Чтение онлайн

Сандро охватила паника, когда он пошел ко дну и почувствовал под ногами пол кельи Сульена. Но здесь было не очень глубоко. Он открыл глаза и понял, что находится прямо возле деревян­ного шкафа, в котором Сульен хранил рясы. Ему удалось по­ставить на него одну ногу и вынырнуть. Убрав мокрые волосы с глаз, он заметил весло. Его ему через окно протягивал Скай, - а лодка вот-вот могла перевернуться. Сандро подтянулся, про­лез через проем и рухнул на мокрое дно качающейся из сторо­ны в сторону лодки.

— Тино! Брат Тино! — раздался крик где-то над ними. Это был брат Туллио, он махал им из окна верхнего этажа. Лучано налег на весла, пока лодка не подплыла под самое окно.

— Вы откуда? — спросил брат Туллио.

— Нас послал брат Сульен, — объяснил Скай. — Во время церемонии благословения произошла ужасная стычка, и мно­гие люди тяжело ранены. Сульен отправил нас за лекарствами, но в Фармации и лаборатории все разрушено. У нас есть толь­ко то, что Сандро удалось найти в закрытом шкафу.

Брат Туллио спустился к ним.

— Эта мокрая мышь — юный Сандро? — поинтересовался он. — А что именно нужно Сульену? Все, что удалось спасти, братья перенесли на верхние этажи.

Очень скоро в лодке оказалась целая корзина с лекарства­ми, и молодые люди могли возвращаться. Скай положил най­денную Сандро драгоценную бутылочку вместе с остальными лекарствами и только сейчас до него дошло, как же здорово им повезло.

— Ты правильно прочитал название, — сказал он Сандро, и мальчишка только ухмыльнулся в ответ, стараясь не стучать зубами.

Уже начинало темнеть, и Джорджия не переставала задавать себе вопрос, сколько же еще ей придется пробыть в Джилии? Но она понимала, что не может оставить здесь Николаса, пока тот без сознания. Как же ему удастся теперь вернуться в свой мир? Скай и Лучано привезли лекарства, а Фрателло, вне себя от радости, со всех своих четырех ног бросился к промокшему и очень грязному созданию, каким сейчас был Сандро. Сульен давал свое драгоценное «Питьевое серебро» только самым тя­желым больным. Лекарства было очень мало, а чтобы его при­готовить требовалась уйма времени. Рецепт приготовления дер­жался в тайне, и этот процесс занимал несколько месяцев, именно поэтому лекарство было таким ценным. Монах дал по пять капель средства Фабрицио и Гаэтано, а потом направился к тому месту, где в бреду лежал Филиппо Нуччи.

— Я запрещаю вам давать лекарство этому негодяю, — за­явил великий князь.

Но Сульен, не обратив на него никакого внимания, отмерил необходимую дозу и отдал ее Джудитге, чтобы та позаботилась о юноше. Княжна Беатриче едва успела схватить отца за руку, иначе тот в порыве гнева ударил бы монаха.

— Хорошо, — бросил он, пытаясь совладать с собой. — Пусть живет. Я смогу повесить на одного Нуччи больше.

После этого Сульен направился в комнату матери-настоятельницы, где он спрятал Николаса, и тоже дал ему выпить ценного снадобья. Веки юноши затрепетали, и монах вздохнул с облегченном. Но отдыхать ему было некогда. Теперь, когда у него появились лекарства, он совершал обход больных, зашивая раны и давая пациентам болеутоляющее, чтобы облегчить их страдания.

К тому времени, когда совершенно измученная Джорджия поднялась на крышу, все,кому требовалась помощь, ее получи­ли. Но в приюте оставалась множество измученных и голодных людей, которых нужно было накормить, а еды не было; все запасы остались на первом этаже, и у них сейчас было только несколько бутылок вина. Мерла уже ждала ее, устало опустив крылья. Она не любила воду. Рядом с ней терпеливо сидела Раффаэлла, пыта­ясь успокоить лошадь одной из своих странно звучащих песен.

Они взобрались на лошадь и, радуясь тому, что покидают Джилию, пронеслись по крыше и приземлились на сухую землю.

Скаю потребовался весь его дар убеждения, чтобы заставить Николаса покинуть Джилию вместе с ним. Единственным же­ланием Николаса было остаться здесь и проследить затем, как проходит выздоровление его братьев.

— Послушай, — уговаривал Николаса Скай, — уже темнеет, а нам нужно поскорее отсюда убраться, впрочем, из монастыря тоже. Кто знает, а вдруг мы вернемся совсем не в то место? И как ты думаешь, что почувствует Викки, обнаружив тебя утром без сознания? Неужели тебе абсолютно наплевать на твою новую семью?

— Я все равно нигде теперь не смогу заснуть, — отвечал Ни­колас. — Только рядом с Гаэтано и Фабрицио.

— Тебе нельзя с ними оставаться, — увещевал его Скай. — Тебя сразу узнают отец или сестра. Но завтра ты сможешь сюда вернуться.

— Я дам вам средство, после которого вы оба заснете, — вме­шался в их разговор Сульен. — Ваши талисманы при вас? Все, что вам нужно сейчас сделать, это подумать о своем доме в дру­гом мире. И я обещаю вам, что сделаю все, что в моих силах, чтобы твои братья были живы до твоего возвращения.

— Что, черт побери, ты сделал со своей рукой? — было первое, что сказала Розалинд, когда зашла разбудить Ская. Она-то ду­мала, что он просто проспал. Скай поздно стравагировал домой и был настолько рад проснуться в своей собственной кровати, что не сразу понял, о чем она говорит. Да на руке красовалась старомодного вида повязка, и было заметно, что рука немного распухла.

— Я поранился, когда фехтовал, — привел Скай первое при­шедшее ему в голову объяснение.

— И почему же ты ничего не сказал вечером ? — не отстава­ла мать. —Дай посмотрю, может, надо наложить швы. Если да, то поедем с тобой в больницу.

— Уже наложили, мам, не суетись, — ответил Скай. Он чув­ствовал себя ужасно — страшно устал, да и рука беспокоила. Но ему нужно было узнать, как дела у Николаса, а потом еще и попасть в школу.

— Ты это о чем? — допытывалась Розалинд. — Когда это ты успел побывать в больнице?

Зазвонивший вдруг телефон избавил его от нового потока вопросов. Он сел на кровати, как пьяный, не переставая по­тирать руку. Лекарство подействовало и ударило в голову. Скай почувствовал, что готов заплакать, —запоздалая реакция, по­думал он. Только сейчас до него начало доходить, что его могли убить в Талии, заколоть, как Карло. Он не мог выкинуть из го­ловы образ мертвого князя.