Чтение онлайн

Он ошеломленно воззрился на нее.

– Сядь, милая. Пей чай. Я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь. Но прежде чем ты попробуешь обо всем этом говорить, я хочу увидеть нашего ребенка.

– Конечно. С ним Беллин. Я оставила его всего на минутку, чтобы отмыться и съесть чего-нибудь горячего. – Она опустила взгляд на свои чисто отдраенные руки, а потом снова посмотрела на Рэйна. – Я не стала бы его бросать. Ты это знаешь.

– Мне и в голову такого не пришло. Милая, я не понимаю, о чем ты говоришь. Мне кажется, что с тобой не все в порядке, но прежде чем мы станем это обсуждать, я намерен увидеть нашего малыша. Ты отдыхай, я быстро вернусь.

– Нет, я пойду с тобой. Нам сюда.

Она взяла со стола кружку и медленно двинулась к выходу из камбуза.

Он ошеломленно вышел за ней обратно под дождь и прошел мимо рубки, пробираясь сквозь дождь и темноту. «Смоляной» был не похож на все те живые корабли, на которых Рэйну случалось бывать. У него не было на форштевне фигуры, не было рта, чтобы говорить. Тем не менее Рэйн явно ощущал его присутствие, даже до того, как поднялся на борт этого судна из диводрева. Сознание пропитывало корабль целиком. На носовой части видно было мягкое сияние: оно исходило от установленного там полотняного укрытия. Рэйн поднырнул под клапан палатки и увидел крупную женщину, сидящую рядом с привернутым фонарем, и очень маленького младенца на деревянной палубе рядом с нею. Он безмолвно воззрился на него.

Малта вцепилась ему в плечо, задержав на месте.

– Я понимаю, – проговорила она сбивчиво, – он выглядит совсем не так, как мы думали. Он измененный, я вижу. Как меня и предупреждала повитуха. Как этого все опасались. Но он жив, Рэйн, и он наш… – На последних словах ее голос сорвался. – Ты разочарован, да?

– Я поражен. – Он осторожно опустился на колени и протянул дрожащую руку. Обернувшись к Малте, он спросил: – Мне можно его трогать? Можно взять на руки?

– Дотронься до него, – разрешила Малта, присаживаясь рядом с ним. Крупная женщина постепенно отодвигалась, чтобы им не мешать, медленно и осторожно. Она выскользнула из-под полотняного укрытия, оставив их вдвоем. Она не произнесла ни слова. Он приложил руку к груди сына. Его ладонь накрыла ее целиком. Малыш зашевелился, поворачивая лицо к Рэйну и устремляя на него темно-синие глаза. – Но не поднимай его, – предостерегла Малта.

– Я его не уроню!

Он невольно улыбнулся ее тревоге.

– Дело не в этом, – тихо объяснила она. – Ему необходимо оставаться близко от «Смоляного». «Смоляной» помогает ему дышать. И помогает его сердцу биться.

– Что?! – Рэйну показалось, будто его собственное дыхание замерло, будто его сердце замерло в груди. – Почему? В чем дело?

Ее изящная рука легла на грудь их сына поверх его руки, замыкая круг, в который теперь входили они втроем.

– Рэйн. Наш сын изменен Дождевыми чащобами. Очень сильно изменен. Вот что это означает, вот почему так много женщин отправляют своих детей прочь, пока их сердце не успело слишком к ним привязаться. Он борется за жизнь. Его тело стало другим. Он не человек, но он и не Старший. Он застрял посередине, и внутри у него что-то не так. Так объяснил «Смоляной». Он говорит, что сможет поддерживать в нашем малыше жизнь, но чтобы изменить его именно так, это нужно, чтобы он мог выжить, необходим дракон. Дракон может сделать нечто особенное, похожее на то, как нас изменила Тинталья. Что-то такое, что заставит его организм работать.

По палубе за их спинами протопали тяжелые шаги, полотняный полог был резко поднят.

– Мой корабль с тобой разговаривает? – вопросил Лефтрин.

В его голосе слышалось возмущение.

Не вставая, Малта повернула к нему голову.

– Это было необходимо, – сказала она. – Я не понимала, что нужно моему малышу. Ему пришлось мне объяснить.

– Ну, было бы приятно, если кто-нибудь объяснил мне, что происходит на борту моего собственного корабля!

– И я могу это сделать, сударь. – Это сказала та женщина, Беллин, которая залезла к ним в укрытие. Казалось, она почувствовала, что Рэйну необходимо остаться наедине с женой и сыном – а, может, ей хотелось поговорить с капитаном без свидетелей. – Давайте вернемся в рубку, и я расскажу вам, почему младенец здесь. Скелли уже вернулась?

– Я на нее наткнулся, когда она пыталась разбудить лифтера. Хеннесси их нашел и отправил ее за мной. Он ведет Тилламон. Сестру Рэйна. Она помогала нам искать Малту.

– Значит, все в порядке. Идемте. Я сварю еще кофе и расскажу все, что знаю.

Лефтрин секунду колебался, но умоляющий взгляд Рэйна помог ему принять решение.

– Так и сделаю, – отрывисто бросил он и вылез из палатки.

Как только он ушел, Малта передвинулась ближе к малышу, обернувшись вокруг него. Не задержавшись ни на секунду, Рэйн повторил ее действия, так что их сын оказался внутри дуг, составленных их телами. Он приблизил голову к голове Малты, втянул в себя аромат ее волос и сладкую уверенность в том, что она и их ребенок благополучно находятся с ним.

– Рассказывай, – тихо попросил он. – Расскажи мне все, что случилось, после того как мы расстались.

– Кто это мог прийти так поздно? – вслух поинтересовался Карсон, скатываясь с кровати.

– И что за неприятности? – пробормотал Седрик.

Он как раз начинал засыпать! Не вставая, он смотрел, как Карсон натягивает штаны и преодолевает то небольшое расстояние, которое отделяло их кровать от двери. Плотнее закутавшись в одеяло, он попытался компенсировать то тепло, которое ушло из постели вместе с крупным телом охотника.

– Татс?

Седрик услышал изумленный вопрос Карсона. Паренек что-то пробормотал в ответ.

– Мне можно войти? Пожалуйста! – Юноша произнес эту просьбу более внятно.

Отступив от двери, Карсон впустил его в дом. Охотник закрыл дверь, прошел к очагу и бросил туда полено. Взлетели искры, появилось несколько робких язычков огня.

– Ну, садись, – пригласил Карсон Татса и, подавая пример, устроился на одной из самодельных скамей. Татс стряхнул с волос капли дождя и занял место на второй.

– Что-то случилось? Дракон заболел? – спросил Карсон, видя, что Татс продолжает молчать.

– Ничего такого, – тихо признался Татс. Он посмотрел на огонь, а потом перевел взгляд в темноту. – Тимара и Рапскаль не вернулись из города. Они еще в начала дня улетели на Хеби. Он сказал, что хочет ей там что-то показать. Я думал, они вернутся до ночи. Все знают, что Хеби не любит летать в темноте. Но стемнело уже несколько часов назад, а их не видно.

Карсон немного помолчал, глядя, как языки пламени осторожно лижут бок полена, а потом принимаются его пожирать.

– И ты боишься, что с ними что-то случилось?