Чтение онлайн

— Поворачиваешь налево, проходишь два проулка и увидишь там стоянку тук-туков, — произнёс рыжий, показывая направление рукой, — До отеля Кима ехать минут двадцать. Но лучше выйти немного позже, где начинается шоссе на Трат, а затем вернуться. Там несколько баров, заправок, магазинов и рынок, поэтому на тебя не обратят внимания. База «орхидей» стоит немного особняком и вглубь от дороги. Обратно тачку поймаешь без проблем. Оттуда постоянно кто-то едет в центр или на пляж.

Я знаю карту города, поэтому ненадолго задумавшись, прикидываю маршрут. Думаю, за три часа можно обернуться.

— Джим? — обращаюсь к уходящему рыжему, — А чего вы так развеселились при моём появлении? Вроде все трезвые и ничем не закинулись.

Мужик повернулся в мою сторону, сделав удивлённое лицо. Затем заржал, как лошадь, и ответил.

— Ты серьёзно? Посмотри на себя в зеркало, юморист.

[1] Народ чауле или чаунам можно перевести как «люди моря» или «водный народ». Часто их называют морскими цыганами, потому что их жизнь была кочевой и связана с морем. Некоторые из них и сейчас ведут кочевой образ жизни и живут в плавучих домах, которые называются кабанг. Но у многих чауле теперь есть и постоянные дома в поселениях Андаманского побережья в Таиланде и Малайзии. По внешнему виду они отличаются от тайцев своим темным цветом кожи, а цвет волос иногда бывает темно-рыжего оттенка.

[2] Сун — империя, расположенная в Южном Китае.

Глава 2

Вот же мелкие заразы! И я расслабился, позабыв про вечные подколки близняшек. А они воспользовались ситуацией, повязав мне бандану, ну с очень оригинальным принтом.

Мае с помощницей всё видели, потому и хихикали полдороги. Никому нельзя верить в этом мире, особенно бабам. Чёрт, а ведь мне нельзя светить уши, и надо найти новую повязку. С другой стороны — отличная маскировка! Народ будет больше смотреть на тряпку, да и очки не позволят толком запомнить моё лицо. Застёгиваю рубаху на три пуговицы, чтобы скрыть стволы, и направляюсь в сторону тук-туков.

Кстати, все пассажирские и грузовые перевозки в провинции принадлежат тайцам и лао, я их особо не различаю. Смысл в том, что государство гарантирует коренным жителям заработок и неприкосновенность многих сфер бизнеса от проникновения иностранцев. Очень правильный закон, особенно вспоминая Россию моей реальности, переполненную мигрантским мусором. Поэтому подданные короля зарабатывают извозом, торговлей, держат большую часть общепита, и вообще почти всю сферу услуг. Пришельцы же, занимают остальные ниши, более технологичные и связанные с оборотом магических артефактов. Синдикаты с корпорациями имеют свой транспорт, рестораны и клубы. Но компании, обслуживающие массового потребителя, принадлежат подданным короля.

Поэтому до пятака, расположенного на оживлённом перекрёстке, меня вёз пожилой сиамец. Водила постоянно улыбался, посматривая на бандану. Нет, надо её сменить, чем я сразу занялся, купив обычную белую повязку, скинув свою в закутке продавца.

Все рынки Юго-Восточной Азии чем-то похожи. Вот и здесь соседствовали лавки с одеждой, техникой, посудой и разной бытовой мелочёвкой. Отдельно располагался угол с фруктами, а за ними кафешки, откуда несло запахами готовящейся пищи.

Вокруг стоял привычный гвалт и на меня вроде не обращали внимания, кроме излишне прилипчивых зазывал. Понятно, что мои метр восемьдесят пять возвышались над более низкими азиатами. Но в Раджапуре хватает европейцев, которые бродили и по здешним рядам.

* * *

Базой «орхидей» оказалось несколько приличных строений, которые правильнее назвать караван-сараем. На участке за проволочной, но высокой оградой, располагался бар солидных размеров. Рядом с ним находилось здание гостиницы и несколько боксов, куда можно загнать грузовики. Чуть дальше виднелись какие-то мелкие сараи, а огромная площадка под парковку. Насколько мне удалось разглядеть, позади строений расположен обрыв, не позволяющий проникнуть на территорию с тыла. Спереди всё на виду, что тоже мешает внезапной атаке.

Как я понял, ранее здесь располагалась стоянка для дальнобойщиков. Ведь рядом с городом проходит трасса, ведущая из кхмерского Кампонгсаома в Бангкок. Расстояние между городами семьсот километров, но половина пути проходит по узкой двухполосной трассе, петляющей вдоль гор, заросших джунглями. Периодически её надо очищать от упавших деревьев, скатившихся камней и осторожно разъезжаться со встречным транспортом. Поэтому скорость движения вплоть до Трапа не более сорока — пятидесяти километров в час. И водители предпочитают отдохнуть здесь после тяжёлого пути.

А большая часть вообще курсирует между Раджапуром и Кампонгсаомом, ведь западные кхмерские земли больше завязаны на Сиам. Тут дорога относительно приличная, изобилие дешёвых товаров и есть работа. Предприимчивый народ неплохо зарабатывает на трафике, причём вполне легально. А ещё здесь безопаснее, чем на северо-востоке.

Только мне сейчас не до экономики контрабандной столицы региона. Диспозиция примерно ясна, плохо, что нельзя подойти к периметру поближе. Однако есть варианты для получения информации.

Наблюдателя я заметил сразу, но тот не проявлял агрессии, а только осторожно фиксировал мои перемещения. Наконец, мне надоели шпионские игры. Машу рукой и показываю излишне любопытному созданию на киоск, где продают напитки. Покупаю себе и потенциальному информатору сок в бумажном стакане с трубочкой. Местные вообще всё пьют через соломку. Дай волю, они ссать и срать через неё будут.

— Чё надо, ёпта? — интеллигентно произнесло недоразумение, схватившее стакан.

Снага оказался понятливым и встал так, чтобы его было не видно из-за киоска. Зачем лишний раз светиться, ведь обычно народ не особо пересекается с представителями этой расы. Кстати, зелёные орки — единственные пришельцы, умудрившиеся плотно влезть на сиамскую поляну. Они изначально нанимались на стройки, плантации и креветочные фермы, очищали участки от джунглей и вывозили мусор. То есть нелюдям перепала самая тяжёлая, грязная и низкооплачиваемая работа. По мере развития города и появления более выгодных вакансий, местные меняли профессии. Вот их места и занимали орки с гастарбайтерами из Камбоджи.

Но постепенно снага залезли в мелкую торговлю, ремонт бытовой техники и вклинились в местные доки, где составляли около половины разнорабочих.

Даже чаунам пользовались услугами зелёных, которые забирали рыбьи потроха и по дешёвке скупали непроданный улов. Да и вывоз мусора, включая ассенизацию, всегда приносил неплохой доход. В общем, ребята неплохо закрепились, продолжая жить своей общиной. Ещё снага видели и замечали многое происходящее в городе. А на них мало кто обращал внимания.