Чтение онлайн

Не успела она выйти из лифта, как рядом послышалось громкое мяуканье.

— Привет, Чёрч! — Клэри уселась на корточки, чтобы погладить крутящийся вокруг ног комок серой шерсти. — А где все?

Чёрч перевернулся на спину и выразительно мяукнул.

Девушка со вздохом сдалась.

— Вот ведь чокнутый! — Она энергично погладила коту живот. — Я тебя спрашиваю, где…

— Клэри! — По коридору мчалась Изабель — в длинной красной юбке, в волосах, собранных на макушке, блестели заколки со стразами. — Ура! Наконец-то ты пришла!

Изабель обняла подругу с такой силой, что та чуть не свалилась.

— Я тоже очень рада, — слегка задыхаясь, проговорила Клэри.

— Ну и заставила же ты меня поволноваться! — Изабель потянула ее за руку. — Вы с Ходжем пошли в библиотеку, я осталась с Алеком. И тут раздался жуткий взрыв. Я рванула в библиотеку, но там, естественно, уже никого не было. Смотрю, по полу разбросаны вещи, везде кровь и какая-то липкая черная гадость. — Изабель передернуло. — Что это было?

— Проклятие Ходжа.

— Понятно. Джейс мне рассказал про него.

— Серьезно? — удивилась Клэри.

— Ходж избавился от проклятия и сбежал. Я бы на его месте хотя бы зашла попрощаться. Честно говоря, я разочарована. Наверное, он так спешил из-за страха перед Конклавом. Ничего, рано или поздно он даст о себе знать.

Выходит, Джейс не сказал, что Ходж их предал. Клэри пока не знала, как относиться к этой новости. Видимо, лучше промолчать: вдруг Джейс берег чувства Изабель?

— Короче, полный кошмар! Не знаю, что бы мы делали, если бы не появился Магнус Бейн. Он просто выколдовал Алека с того света. Кстати, есть такое слово «выколдовал»? — Изабель нахмурила брови. — А еще Джейс рассказал про то, что случилось на острове. На самом деле мы уже были в курсе: позвонил Магнус и целый вечер только об этом и говорил. Последние события обсуждала вся нежить. Так что ты теперь знаменитость.

— Я?

— Конечно — дочь Валентина!

Клэри пожала плечами:

— Выходит, Джейс тоже знаменитость.

— Вы оба, — преувеличенно радостным тоном заявила Изабель. — Знаменитые брат и сестра.

Клэри с подозрением покосилась на нее:

— Честно говоря, не думала, что ты мне обрадуешься.

Изабель с вызовом уткнула руки в бока:

— Интересно — почему?

— По-моему, я тебе никогда особо не нравилась.

Напускная радость Изабель исчезла.

— Сначала так и было, — призналась она, рассматривая серебристый лак на пальцах ног. — А потом, когда я поняла, что вы с Джейсом исчезли из библиотеки… — Голос Изабель сорвался. — Я испугалась не только за него, но и за тебя. В тебе есть… какая-то уверенность. И Джейс становится гораздо лучше, когда ты рядом.

— Когда я рядом? — Клэри от изумления вытаращила глаза.

— Да. Он становится мягче. Не добрее, а вроде как менее ершистый. — Она замолкла. — Сначала я пыталась обидеть тебя, но теперь понимаю, что вела себя как идиотка. Хотя у меня еще никогда не было подруги, я могу научиться дружить с девушкой.

— Честно говоря, я тоже до сих пор дружила только с мальчишками… И еще, Изабель…

— Да?

— Не старайся быть милой. Веди себя как обычно.

— В смысле, как стерва? — расхохоталась Изабель.

Клэри хотела возразить, когда появился Алек на костылях. Одна штанина его джинсов была отвернута до колена, ниже на ноге виднелись бинты. На виске под темными волосами белел пластырь. В остальном Алек выглядел потрясающе бодрым для человека, который четыре дня назад чуть не умер. Он радостно взмахнул костылем.

— Привет! — Клэри удивленно смотрела на Алека. — Как ты…

— Как я себя чувствую? Отлично! Через несколько дней и костыли не будут нужны.

Чувство вины сдавило Клэри горло. Если бы не она, Алеку вообще бы не понадобились костыли.

— Очень рада, что ты выздоравливаешь. Правда! — сказала Клэри со всей искренностью, на которую была способна.

Алек удивленно заморгал:

— Спасибо!

— Тебя Магнус вылечил? Люк говорит…

— Да! Магнус! — вмешалась Изабель. — Он просто чудо! Неожиданно объявился в Институте, выгнал всех из комнаты и закрыл дверь. Я только видела, как в коридор просачивались красные и синие искры.

— Надо же, а я ничего не помню, — заметил Алек.

— Потом Магнус до утра просидел у постели Алека, чтобы быть рядом, когда он проснется, — добавила Изабель.

— Этого я тоже не помню…

Губы Изабель, накрашенные красной помадой, изогнулись в улыбке.

— Интересно, как Магнус узнал, что с Алеком случилось несчастье? Когда я спросила напрямую, он не ответил.

Клэри вспомнила о сложенном листке, который Ходж бросил в огонь после исчезновения Валентина. Ходж — очень странный человек: не поленился сделать все, от него зависящее, чтобы спасти Алека, а потом предал своих учеников, предал свои идеалы…

Изабель пожала плечами:

— По-моему, мимо него не проходит ни одна новость, которая появляется среди нежити. Магнус — жуткий сплетник, прямо как девчонка.

— Вообще-то он верховный маг Бруклина, Изабель, — напомнил Алек, тщательно пытаясь скрыть веселье в голосе. Он посмотрел на Клэри: — Джейс наверху в оранжерее. Пойдем.

— Ты меня проводишь?

— Ну да.

По виду Алека Клэри не могла понять, что он задумал. Она повернулась к Изабель, но та недоуменно пожала плечами. Видимо, Алек не поделился с сестрой своими планами.

— Идите! У меня все равно куча дел. — Изабель махнула им рукой. — Кыш отсюда!

Алек и Клэри пошли по коридору. Даже на костылях он шагал очень быстро. Клэри пришлось бежать трусцой.

— С моими короткими ногами я так быстро не могу, — пожаловалась она.

— Прости. — Алек сбавил темп. — Помнишь свои слова, когда я накричал на тебя?

— Помню, — тихо ответила Клэри.

— Ты еще сказала, что Джейс… из-за того, что я… ну… — Алек не мог закончить фразу. — Ты сказала, что я…

— Алек, не надо.

— Ладно, проехали! — Он плотно сжал губы.

— Нет. Дело в том, что мне очень стыдно. Я не имела права. Это неправда…

— Правда… Каждое слово…

— Все равно так нельзя. Не каждую правду надо произносить вслух. Я поступила жестоко. На самом деле у фразы Джейса, что ты не убил ни одного демона, было продолжение. Он добавил, что ты всегда защищаешь его и Изабель. То есть он хорошо отозвался о тебе. Иногда Джейс ведет себя как полный урод, но он… — «любит тебя», хотела добавить Клэри, однако вовремя остановилась, — не сказал о тебе ни единого дурного слова. Клянусь!