Чтение онлайн

Они очутились в пустоте. Но только эта пустота была сияющей, светлой. Вокруг них витали удивительные во всех смыслах существа, похожие на людей, излучавшие подлинную любовь. Все они были очень разными, изящными и грациозными, с блестящими волосами, гладкой кожей, идеально сложенными телами, сверкающими взглядами.

– Это хранители, которыми управляют трое архистражей, - с отцовской гордостью представил Ангириум своих первых детей.

– Они когда-то были людьми?

– Да. Самыми лучшими из них. Я им полностью доверился. Они уберегали каждого человека, помогали ему справиться с трудностями, болезнями, пороками. Конечно, это не означало, что люди не будут умирать. Я вовсе не планировал обожествить человечество, нет. Смерть - вполне естественный процесс, который необходим. Вечная жизнь - опасный дар. Я хотел только того, чтобы мои верные хранители предотвращали войны, бессмысленные смерти, убийства, ссоры между странами. Для меня это стало манией. Я вздрагивал каждый раз, когда человека убивали, я чувствовал всю его боль и страх. Тогда я решил, что раз уж начало положено, отступать поздно. Хранителей стало больше. Теперь они могли возглавлять города и поселения. У каждого была одна задача - защищать людей. Я не понимаю, почему они такие жестокие и закрытые? Почему не хотят принять мою помощь? А ведь я так мечтал, чтобы мой мир развивался во благо!

– Люди не ценят жизнь. Хоть имей все богатство мира, хоть одни рваные штаны, - неожиданно для самой себя ответила Кира. Хотя она так никогда не считала и старалась верить в лучшее, но теперь ее разум изменялся.

Ангириум остановился, повернулся своим прекрасным лицом к ней и самым ясным голосом заявил:

– Но я люблю их! Люблю самой большой и чистой любовью, как ребенок любит свою мать.

Воронцова не могла оторвать взгляда от его светящегося образа, завораживающего и доставляющего неописуемое удовольствие. Она была сама преисполнена всеми добрыми чувствами, которые может испытывать человек, глядя, как шевелятся идеальные губы, глаза излучают блеск и страсть. Кира растворялась, это были лучшие моменты ее новой жизни. Она понимала своего создателя, так как сейчас ощущала то же самое к нему.

Когда лицо Ангириума коснулась тревога, девушка сжалась.

– Я всегда думал, что моя жизнь зависит только от людей и больше никто не сможет причинить мне вред, но я ошибался. Конечно, мне было известно, что теоретически хранители могут воспротивиться моей воле. Кому-то из них станет мало того маленького мира, который я подарил, им может быть мало власти. Ведь их основа - тело смертного. И не ошибся.

Перед Кирой возникли деревни, города, мегаполисы, паутины дорог и миллиарды огней. Каждое место, где жили люди, было окутано белой дымкой. Конечно, они этого не могли видеть. Воронцова с восхищением осознала - Ангириум показывает ей всю планету, оберегаемую его хранителями. И только одно черное пятно посреди этого безукоризненного мира мелькнуло вдали. Она узнала свой Город.

– Это случилось недавно. Один из моих детей решил пойти против меня. Он всегда был своенравным. Так уж предначертано, что я не могу определить характер каждого, не могу следить за своими созданиями, читать их мысли, контролировать их полностью. Я могу только знать, что они делают так, как было велено лишь по собственному самочувствию.

– Почему так случилось?
– удивилась Кира.

– Это вполне очевидный процесс: хранители меняют сознание людей, избавляя его от всего плохого, а в ответ мир изменяет их, отдавая им всю свою грязь. Это произошло и с Матвеем. Думаю, он больше остальных подвергся пагубному влиянию, не смог отфильтровать лишнее. Это не могло не отразиться на том городе, который он оберегал. Ты посмотри - полное разрушение. Смерть бродит по его улицам, а беззащитные люди в страхе прячутся от нее. Я больше всего этого опасался.

– Матвей с какой-то целью захватил мой Город, так? Но зачем ему это нужно? Он ведь не добьется власти и не сможет уничтожить тебя, - рассуждала девушка. Они вернулись в настоящее, мрачное и тоскливое.
– Ты ведь сильнее его.

– Ты права - я сильнее. Но Закон нашего мира запрещает применять к нему эту силу. А Матвей оказался хитер: он создал пять приспешников, черных, как тьма. Знаю, ты встречалась с ним, я это чувствую, - мягко произнес Ангириум, ожидая разъяснений.
– Я не мог проникнуть сквозь купол Города и разобраться в происходящем, но здесь была ты - мое лучшее творение, мой тайный агент!

Кира боролась с желанием требовать объяснений и уяснить одну неточность. Но выбрала первое.

– Зачем? Я ведь могла жить, - едва сдерживая слезы, проговорила она.
– Разве не было кого-то более... подходящего?

– О, дитя мое, не суди меня. Твой земной путь заканчивался. Болезнь, о которой ты и не подозревала, скоро забрала бы тебя. Я всего лишь дал тебе второй шанс. И, поверь, никто во всем Городе не испытывал такого раскаяния и принятия тяжелой любви, как ты. Твоя отчаянная любовь к матери-алкоголичке, долгие годы разрушавшей самые добрые чувства между вами, была вспышкой в темноте. Но я прошу, прости меня, - так честно и искренне попросил Ангириум, что Кира сразу же оттаяла.

– Не с Матвеем, - наконец, вдавила Воронцова, все еще глотая остатки обиды.

Творец смотрел на нее вопросительно.

– Я не знаю никакого Матвея, но знаю Леиматри. Это он отец тех подростков, о которых ты говорил. Но они не плохие, я их слишком хорошо изучи...

Ангириум поднял руку. Кира замолчала. Его густые черные брови так напряженно нахмурились, что, казалось, вот-вот сломаются друг о друга. Создатель замер. В глазах мелькали фигуры, события, но слишком быстро, не разобрать.

– Значит, Леиматри, - заледенел его голос.
– Он что-то говорил о своих планах?

Воронцова, сдерживаясь от очередного потока слез, а состояние Ангириума передавалось ей, отрицательно помахала.

– Он собирает души убийц. И вообще весь этот туман - чьи-то сущности.

– Так вот оно что!
– охнул творец.
– Я сразу почувствовал отчаяние, но не смог разобрать его природу... Все-таки я глупец!

Сбрасывая свое величие, он рухнул на землю, как потерянный и загубленный горем мужчина. Его тело долго сотрясала страшная дрожь, как от смертельной болезни. То была агония. Она продолжалось до тех пор, пока Кира не попыталась успокоить недавно уравновешенного и уверенного в себе Ангириума.

– Так вот почему мое тело погибло, - наконец, произнес он, ничуть не радуясь найденному ответу.
– Что тебе еще известно о нем? Ты видела его?

– Да, но все весьма противоречиво. Леиматри приятен и противен одновременно.

– Это он умеет, - напрягся Ангириум, будто кого-то вспомнив.
– Еще что?

– Он сказал, что зарядил Город какой-то энергией, темной, космической. Называет ее рэобскура. Так вот она и предотвращает попытки преступников убивать невинных, забирает их сущности и оставляет их под куполом Города. Им так больно, - голос Киры дрогнул. Она с надеждой посмотрела на творца.
– Пожалуйста, помоги им выбраться!