Чтение онлайн

– Знаете, сегодня на смене мой хороший друг, хирург-офтальмолог. Давайте покажем вас ему.

На секунду в кабинете повисло молчание.

– Да!
– рявкнул я.

– Нет!
– одновременно со мной обреченно сказала Лия.

– Да!
– еще раз рявкнул я, на этот раз громче.

– Нет!
– в голосе слепой звякнуло железо.

– Доктор, я сказал да, значит - да.
– сказал я терапевту, - Ведите нас.

– Нет!
– еще раз вякнула Лия, и уперлась, когда я взял ее за руку, и затем уже тише - Мне нельзя…

Я встал рядом с ней, нос к носу.

– Кто тебе это сказал? Древние? Так забей! Ты будешь единственный зрячий проводник!
– прошипел я так, чтобы слышала только она.

Слепая заметно поникла, но кивнула головой. Я тащил вяло сопротивляющуюся Лию вслед за идущим по коридору Дмитрием Сергеевичем. Мы поднялись на четвертый этаж, и примерно в середине коридора остановились перед дверью с бумажной табличкой, отпечатанной на принтере:

"Сурпатов Е.Н"

И больше там ничего небыло. Странно все как-то, очень странно. Терапевт открыл дверь, и скрылся в кабинете. Минуту там о чем-то говорили, затем Дмитрий Сергеевич выглянул, и пригласил меня и Лию, Виль сел на скамейку, закинул ногу на ногу, и сцепил пальцы на колене. Кабинет оформлением не отличался от коридора, та же краска и побелка, та же лампа на потолке, но кабинет был просторен, и имел еще одну дверь в соседнее помещение. За столом сидел невысокий круглый дядечка в форменном халате и чепчике, с реденькой бородкой на желтом лице.

– Здратути-здратути, - дикция у него оказалась не бей лежачего, - Меня зовут Евгений Николаевич, подемте-подемте, воть сюда, воть сюда!

Колобок-офтальмолог подпрыгнул со стула, и резво подкатился к столику с аппаратом для осмотра глаз, и двумя руками указал на сиденье, куда я кое-как усадил своего упирающегося проводника. Задумчиво потерев подбородок, он походил вокруг слепой, осматривая ее со всех сторон.

– Повязочку-то снять надабна, снять надабна повязочку!
– сказал он.

Слепая, как мне показалось, пришла в ужас, закрыла глаза руками и вцепилась пальцами в край повязки. А ведь действительно, без повязки я ее видел только во сне, и в душе у "механиков"... Я подошел к ней, присел на колено, положил ладонь на щеку, и повернул голову к себе.

– Лия. Сделай, как говорит доктор.

– Я не могу!..
– в ее голосе звучало отчаяние.

А что если и правда не может? И сделав это, я испорчу свою слепую? Но если она сможет видеть - я готов рискнуть.

– Давай, солнышко. Надо.

Я старался говорить мягко и убедительно, не убирая руку со щеки Лии, и это подействовало: она прижалась щекой к моей ладони, и сняла повязку. Я посмотрел в белые глаза, и тем же самым занимался у меня за спиной Евгений Николаевич. Обойдя слепую, он приложил ее голову к аппарату, сам сел с другой стороны и начал осмотр, глядя то в окуляр, то крутя какие-то верньеры, и двигая регуляторы. Закончив осмотр, он поднялся.

– Дааа, интересссный случай. Врожденный дефект глаз. Но знаете, мы это можем исправить. Какого цвета хотите радужку?

Я не ожидал такого вопроса, и замешкался, а когда пришел в себя, выдал:

– Зеленые!

– Очень хорошо. Пойдемте, милочка, нам в операционную. Это не больно, и много времени не займет. Да, сударь, я так понимаю, страховки у вас нет, поэтому оплата в сумме девять тысяч кредитов, будьте готовы сделать перевод когда я закончу.

Я все еще не верил в происходящее, но сумма вывела меня из транса.

– Я пойду за деньгами! Дмитрий Сергеевич, мне нужен паспорт для девушки, и меня поправить. Я скоро вернусь!

И выбежал в коридор.

Увидев меня, Виль подхватился и вскочил со скамейки. Я махнул рукой, зовя его за собой, и помчался к выходу. Где искать Рустема я примерно помнил, но что-то меня дернуло туда не ехать. Пробегая мимо регистратуры, я тормознул, и заглянул в другое окошко, где сидела худенькая молоденькая работница все в том же халате и чепчике.

– Девушка, милая, подскажите где здесь ближайший обменник!

Девушка хлопнула глазами и приоткрыла рот, не въехав в мой вопрос.

– Деньги, деньги мне надо поменять на кредиты!
– попытался объяснить я.

– Ааа, - протянула регистратор, - Это вам на проспект Ленина, сорок семь, там можно поменять.

Я душевно поблагодарил ее, и рванул на стоянку. Охранник все так же прогуливался по периметру, наши мотоциклы сиротливо стояли там, где мы их бросили, и оружие лежало на месте. Быстро обвесившись своим арсеналом, мы запустили двигатели, и я включил планшет, чтоб посмотреть карту. Электронные карты - это великое благо! Ленина 47 нашлось быстро, и было это в двух минутах езды.

Обменник располагался на первом этаже в обычной кирпичной пятиэтажке, в окнах стекла, фасад обшарпанный, но не разбитый, в паре окон квартир висели занавески, остальные были пустые, и это создавало какое-то гнетущее впечатление, но я никак не мог понять его природу. Обменник оказался отделением банка, фасад выкрашен в светло-зеленый, что напомнило мне один из банков моего времени, но название отличалось, надпись гласила "Банковская Касса". Ну, касса так касса. Я остановил мотоцикл напротив входа, и двинулся внутрь, открыв стеклянную дверь столкнулся с охранником, одетым в черную форму и бронежилет, на ремне через плечо у него болтался компактный пистолет-пулемет заводского производства. Я таких не видел… Попытался присмотреться к оружию, но система молчала.

– С оружием нельзя.
– строго, но вежливо сказал он.

Я чертыхнулся, и потрусил обратно, на ходу снимая все свои орудия убийства. Сложив все кучкой на сиденье, метнулся в “Кассу”, и попал внутрь без препятствий. Народу не оказалось, только скучал один операционист, юноша средних лет в белой рубашке и светло-зеленом галстуке, на манер пионерского. Я подошел к нему.

– Здравствуйте! Где я могу поменять золотые рубли на кредиты?

Посмотрев на меня и оценив внешний вид, юноша ответил: