Чтение онлайн

— Как и все, хочу по туннелям побродить.

— Деньги, значит, нужны?

— А может, и кое-что другое... — многозначительно ответствовал зверолов.

— Нет там никаких артефактов! — разволновался Губач. — Миф это всё. — Успокоился быстро и вкрадчиво полюбопытствовал: — А грибами галлюциногенными случайно не торгуешь?

— Господь миловал.

— Верующий, значит?

— Не особо, — поморщился Тод.

— Вас, людей, не поймёшь.

— Вас, гномов, тоже.

— А нас и понимать не надо, — оскалился Фазиль. — Если б понимали, то сидели б на нашем месте, а так сидите... — узкое лицо Губача совсем растянулось. — Я понял, на чём тебе сидеть. По старой дружбе не придётся тебе платить за допуск в Зубастые горы. Только одно дельце сделаешь. — Набрал полную грудь воздуха и выдал: — Сядешь в огромную кучу дерьма!

Зверолов побагровел от возмущения. Писарь недоумевал. А Фазиль праздновал триумф.

Вопреки негодованию Тод заметил:

— Я же нечаянно вас в дерьмо толкнул.

От гнева Губач налился кровью, ещё чуток — и из ушей пар пойдёт. Смекалистый писарь наконец-то сообразил, как же познакомились его начальник и зверолов. Постарался удержать смех, попытка закончилась чем-то средним меж хрюканьем и посвистыванием.

Не считая падения в кучу фекалий, Фазиль многие годы не испытывал такого позора. Это ж надо, какой-то простолюдин перед рядовым писарем осрамил «Лучшего инспектора зимы»!

— Двадцать золотых и не меньше!!! — заголосил Губач так, что стёкла задрожали. — А теперь вон отсюда! — Рьяно отряхивался, точно кал до сих пор марал рубашку.

От греха подальше Тод живо покинул общество гномов.

— Ну как? — Франко не дал прохода.

— Двадцать золотых, — опечалился зверолов.

— Ничего себе! — прокричало в толпе.

— Чем же ты так провинился перед коротышками? — изумился Франко.

— Старые счёты.

Высокий кривоносый мужчина без настроения вошёл в зал, дверь гулко захлопнулась.

— И что теперь делать? — озадачился Тод.

Приятель прошептал на ухо:

— Я подамся воровать. — И — уже громче: — А для тебя тоже есть выход.

На лице зверолова сгустились тучи — или не одобрял воровство, или скептически оценивал будущий совет Франко.

— Я слабенький, — болтал уроженец Лодриджа. — А ты у нас силён, плечи-то вон какие широкие. Так что тебе прямая дорога в телохранители.

— Так много не заработаю.

— Не в том дело. Купцы ведь тоже жаждут отправиться в туннели. А торгаши с гномами в хороших отношениях.

— Можно поподробнее?

— С удовольствием. За допуск купеческого телохранителя коротышки просят всего золотой.

— Осталось малость — наняться на службу, — пасмурно проговорил Тод. — И где же искать купца желающего взять телохранителя?

— Посмотри туда.

Зверолов глянул в указанном направлении. На стене висела огромная доска объявлений. Раньше из-за спешки её не замечал.

— Надеюсь, для тебя что-то путное найдётся, — обнадёжил Франко.

Юноши пошли к объявлениям.

К доске булавками крепились белые и пожелтевшие бумажки. Одни наслаивались на другие, частично скрывая более давние сообщения. Мысли, которые хотел донести неизвестный автор, хоронились, словно засыпанные песком пустыни древние города; вот обрывок строчки — торчащий шпиль башни, вот размашистая подпись — оголённая ажурная оконная решётка.

Как для провинциального зверолова Тод читал сносно. Сапожник срочно нуждался в «молодом, смекалистом, непьющем» помощнике. Запрос о-го-го. Найти в Каменном Мешке непьющего парня — всё равно, что девственницу в борделях Гасфарга. В лавке какого-то негоцианта недоставало грузчиков. Некто по имени Жеронимо предлагал обогатиться на изготовлении кирпича. Для богатых сеньоров имелись услуги дилижанса курсирующего в Жлиис; конвой прилагался. Объявление на добротной плотной бумаге заявляло об открытии в южном квартале магазинчика сладостей. Можно было прикупить за полцены мешок шерсти, а если есть денежки — прямая дорогая в бордель Рыжей Агнессы.

— Вот подходящее, — пособил Франко. — «Саакасумский купец Хамед наймёт умелых телохранителей для похода в Зубастые горы. Оплата высокая. Северный квартал, напротив таверны «Хохотушка».

— Ну что ж, попробую себя в роли охранника. А ты?..

— Я ж уже сказал. Ни руками, ни ногами махать не умею. Придётся что-нибудь... Ну ты понял.

— Лучше не рискуй, — остерёг Тод.

— Не волнуйся.

Парни вышли из здания Налогового Совета. Солнце припекало. В городе властвовало безветрие.

— Ежели что, — заговорил Франко, — вечером в «Снегире и Сойке» встретимся.

Тод крепко обнял приятеля и пожелал:

— Береги себя.

Комната тонет в потёмках. Солнце не в силах пробиться через висящие на окнах драпировки. Содержания книжных шкафов не разобрать. За письменным столом сидит пожилой мужчина. Аккуратно подстриженная седая бородка сразу бросается в глаза. Больше ничего запоминающегося.

Скрипнула дверь, с гибкостью пантеры в помещение прошмыгнул юноша.

— Как успехи, Франко? — донельзя сухим голосом спросил хозяин комнаты.

Парень сделал несколько шагов и доложил:

— Всё прошло великолепно. Зверолов ничего не заподозрил.

— Твоё мнение о нём?

— Типичный селюк. Простоватый, не особо умный, слабохарактерный.

— Всё подтвердилось...

— Именно, — кивнул Франко. — С ним можно разыгрывать любую карту. От денег вовек не откажется. На баб падкий. — Нарочито задумавшись, продолжил: — Если никчемная официантка с ним такое сотворила, что и говорить о наших девочках. Да с их-то умением Тод на почве неразделённой любви вскроет себе вены.

— Ты забываешься, он нужен живым... пока, — мрачно закончил бородатый мужчина.

— Этот зверолов сущий болван. Я начинаю опасаться, а вдруг это не тот, кто нам нужен?

— Это он, — столь властно сказал мужчина, что юноша вздрогнул. — Ошибки здесь нет. А тебе, Франко, не стоит высказывать столь глупые предположения. У каждого своя задача. Помни об этом.

Парень осмелился задать вопрос:

— Почему стоило его отпускать? Он же был у меня в руках. Почти лучший друг, — во фразе чувствовался яд.