Чтение онлайн

— Ты пришел, — заговорила она. — Я и не верила. Думала, ты опомнишься и решишь со мной не связываться. Как добрался?

— У меня есть один знакомый, который не очень-то любит Кардинала. Он меня и привез. А ты?

— Мотоцикл, — указала она рукой на небольшую машину, спрятанную за брошенным катером.

— И что же ты мне хочешь рассказать? — спросил я. — Что это за досье «Айуамарка», про которое ты говорила?

— А ты долго не рассусоливаешь, — заметила она. — Не волнуйся. К этому вопросу мы еще подойдем. Но сначала я хочу побольше узнать о тебе. Пока мне известно только, что ты работаешь на Кардинала, что ты страховой агент и очень неплохой любовник. Расскажи мне о себе. Не стесняйся. Я хочу знать все.

— Ладно. — Я на несколько секунд задумался. — Меня зовут Капак Райми. Я приехал в этот город с год назад, чтобы стать гангстером на манер моего дяди Тео…

Я рассказал ей все о своих первых днях в городе, безвременной смерти Тео, знакомстве с Кардиналом, Адрианом, И Цзы и Леонорой (о Кончите я умолчал). Я даже перечислил свои любимые кушанья и фильмы. Минут двадцать говорил, не переставая. Почти ничего не утаил.

— Все? — спросила она, когда я выдохся. Я кивнул. — Хорошо. Теперь я знаю, что нескоро попрошу тебя открыть рот. Мать честная, у меня чуть уши не завяли! Обычно люди так разбалтываются минимум после четвертой рюмки. Впрочем, я сама напросилась.

Но ты кое о чем позабыл, пока угощал меня своим мировоззрением и личными вкусами. О реальном Капаке Райми ты мне не рассказал. Сплошная новейшая история. Ну а детство? Отец у тебя тоже гангстер? Что за люди твои братья и сестры? Когда ты решил заделаться правонарушителем? Давай, Капак, колись. А то сейчас помру от любопытства. — Она надо мной издевалась, пыталась вывести из себя. И небезуспешно.

— Это все не важно, — отмахнулся я. — Какая разница, где я родился и как рос? Было, было и быльем поросло.

— А мне былье нравится — оно красивое.

— Это не имеет значения, — повторил я.

— Все имеет значение. — Она щелкнула меня по носу, улыбнулась, лизнула меня в переносицу языком. — Давай, — проворковала она, — поделись с тетушкой Амой. — Я пытался схватить ее, а она со смехом вывернулась. — Не-не-не, пока о прошлом не расскажешь…

— На фиг прошлое! — взревел я. К-лицу у меня прихлынула кровь. — Что с него толку? Мне на него плевать. В тот раз, пока мы трахались на лестнице, как кролики, прошлое ничего не значило.

— Верно, — процедила она. — Но с кроликами вот какая загвоздка: в итоге они всегда получают пулю в голову, и остаются от них только косточки на тарелочке. — Выйдя из тени здания, она подошла к краю пирса. Зачерпнула горсть камешков, начала кидать их на зеркальную гладь реки, играя в «блинчики». Я подошел к ней, подставив лицо тем немногим солнечным лучам, которым удавалось прорваться через клубы тумана. Казалось, мы — двое последних уцелевших людей в апокалиптическом городе-призраке. Она вновь заговорила, не глядя на меня:

— Вчера ночью я опять лазала в «Парти-Централь». Хотела навести справки о тебе. Раздобыла твое досье — особое, то, которое Кардинал прячет, доступное лишь избранным. Ты видел это досье, Капак?

— Нет, — ответил я.

— Интересно, просто зачитаться можно. Досье жутко подробное. Просто безумие какое-то. Списки твоих клиентов, друзей, сослуживцев. Отчеты о каждом твоем дне в городе, даже за тот период, пока ты работал у дяди. В какие клубы ты ходил, с кем гулял, какие дела проворачивал. Любимые коктейли и хобби. Описано, как ты ходишь, как говоришь, как держишься. Твои фотографии — их вообще уйма. Ты и с расстегнутыми штанами у писсуара, и с женщинами в постели, и просто спишь. В какие магазины ходишь, что покупаешь, чем питаешься. Образцы почерка, с заключением графолога. Указано, каким кремом для бритья пользуешься, сколько раз на дню моешься и переодеваешься. Финансовое положение, в подробностях. Более дотошного досье я не видела. Оно такое интимное, что в дрожь бросает. На твоем месте я бы забеспокоилась: столько усилий на такое дело потратил бы только сумасшедший.

Итак, досье глубокое и откровенное, но вот беда — одной мелочи в нем не хватает. Неувязка вроде бы маловажная, но все равно странно.

— Продолжай, — мрачно буркнул я. — В чем соль анекдота?

— О твоем прошлом там — ни слова. — Ама заставила камешек отскочить от воды одиннадцать раз. Я бездумно, машинально отсчитывал его прыжки. — Ни слова о том, где ты родился и вырос, кто были твои родители, где ты учился.

— Ничего странного, — возразил я. — Я же говорил, мое прошлое не имеет значения. Моя жизнь до приезда сюда ни хрена не стоит. Моя настоящая жизнь началась тут. Раньше я был самым обыкновенным парнем, настоящим лохом. Нет смысла вносить в это досье сведения о старом Капаке Райми.

— Ты сам знаешь, что несешь чушь, — отрезала она. — В этих архивах записано прошлое каждого — от уборщицы до Форда Тассо. Хотя бы в общих чертах. Думаешь, Кардинал не раздобыл бы копии твоего свидетельства о рождении и школьного аттестата, характеристики с прежней работы? Черт возьми, Капак, даже у обычных начальников такая информация есть. Человека, о котором ничегошеньки не известно, на работу не возьмут. Где твоя медицинская карта, где номера страхового свидетельства и водительских прав, где паспортные данные? Пусто. Ни слова. Словно тебя никогда не было. В этом здании к каждому имени прилагается прошлое. Но не к твоему, — Ама сделала паузу. — И не к моему.

— К твоему?

Мимо протарахтел грязный траулер. Один матрос, стоявший на палубе у поручней, помахал нам. Ама с улыбкой помахала в ответ, но мне было не до простых радостей жизни. Не сводя с нее глаз, я молча ждал, что еще она скажет. И лишь проводив взглядом судно, которое скрылось за излучиной реки, она продолжила:

— Когда я впервые приехала сюда, я была счастлива. Рядом со мной был отец, очень приятно было воссоединиться с ним после многолетней разлуки. Я обзавелась новыми друзьями. Было несколько мужчин, с которыми я весело проводила время. Начала работать в ресторане и быстро там освоилась. Жизнь стала радостной и простой. Ни печали, ни забот, ни помех. Я чувствовала, что оказалась на своем месте. Думала, что так и буду здесь жить-поживать, как в сказке, унаследую от Кафрана ресторан, нарожаю детей, подниму на ноги целое счастливое семейство. Не хватало только распрекрасного принца, но я была уверена, что он где-то за углом, ждет, пока я его найду.

Но как-то раз мои друзья разговорились о своей юности, старых приятелях, школах, учителях, мальчиках. Обычно во время таких бесед я отмалчивалась, чувствовала себя неловко. А тут одна девчонка попыталась втянуть меня в разговор. Стала расспрашивать, как выглядит мой родной город, какая у нас была семья, с кем я дружила. Я, как обычно, только бурчала в ответ всякую ерунду, но у нее разыгралось любопытство, и она стала настаивать. Пришлось опять отделываться отговорками. Тут вмешались и остальные — чувствуя мое сопротивление, они решили, что я скрываю какую-то страшную тайну.