Чтение онлайн

Поскольку он редко видел корреспонденцию, то производительность Руфь беспокоила Дуэйна не меньше, чем письма, которые она выбрасывала в корзину. Создавалось впечатление, что она в офисе загружена выше всякой меры, хотя было непонятно, на кого работает секретарша, на него или на себя.

Несмотря на то, что она про всех все знала, сама Руфь оставалась полной загадкой для Дуэйна. Бросив мужа двадцать пять лет назад, она так ни с кем и не сошлась, но почему-то с каждым годом молодела и становилась счастливее.

– А вдруг у нее сотни друзей, о которых мы ничего не знаем, – предположила Карла, когда он однажды коснулся обширной переписки своей секретарши.

– Она из города ни ногой, – возразил Дуэйн. – Откуда у нее столько друзей?

– Она покидает город, – заметила Карла. – Я постоянно вижу, как она бегает взад и вперед по проселочным дорогам.

Дуэйн понял, что ему лучше помолчать, но молчать не стал. В этот момент маленький Майк, едва научившийся ходить, попытался ударить кота кусачками, оставленными на кухне. Кот по кличке Леон легко ускользнул от малыша.

– Я не думаю, что, бегая, Руфь Поппер приобрела сотню друзей, – заявил Дуэйн.

Внезапно появившаяся Минерва, заметив расшалившегося Майка, отшлепала его программкой «Кабельное ТВ». Удивленный малыш даже не стал плакать.

– Я не понимаю, почему крошечный ребенок должен играть с острыми предметами! – возмутилась она.

– Дуэйн не доверяет Руфь, – сказала Карла, стараясь вовлечь в спор Минерву.

– Я тоже, – поддержала она Дуэйна, плюхаясь на стул и начиная изучать программу в надежде отыскать там передачу о борьбе сумо.

– А почему ты ей не доверяешь? – спросил Дуэйн.

– Потому что она живет в автоприцепе, – пояснила Минерва. – В автоприцепе может происходить все что угодно.

Иногда категоричность, с которой женщины отстаивали свои позиции, чуть не сводила его с ума. Как Минерва, так и Карла стояли на своем до конца.

Маленький Майк бросил кусачки и заспешил из комнаты. Ему нравилось, когда между ним и Минервой остается свободное пространство.

Минерва встала, пошарила по полкам и обнаружила, что нет шкварок, без которых она не могла жить, поглощая их в неимоверном количестве, когда смотрела телевизор, и запивая их водкой и соком грейпфрута.

– Если ты заподозрил Руфь, то тебе требуется помощь, – нахмурилась Карла. – Можно подыскать психиатра, который тебе понравится.

– Но ты уже обращалась к одному, и он тебе пришелся не по вкусу, – напомнил он.

– Мне он пришелся по вкусу, – возразила Карла. – Крыша у меня еще не поехала, и я решила не швырять деньги на ветер. Я могу получить сколько угодно советов, отправившись в парикмахерскую, причем бесплатно.

– У любого, кто послушает тебя, Минерву и Руфь, может поехать крыша, – заключил Дуэйн.

Как только Дуэйн вышел из своего кабинета, Руфь прекратила печатать. Она не могла работать на машинке, когда рядом кто-то находится.

– Дженни вышвырнула Лестера, – сказал он.

– Я узнала об этом еще несколько часов назад, – заявила Руфь. – Я заметила Дженни на почте. По-моему, это ошибка. Дженни немного тщеславна, а тщеславие предшествует падению.

Она строго посмотрела на Дуэйна и продолжала.

– Это значит, что в городе одной свободной женщиной стало больше. Сюзи Нолан тоже свободна.

– Я собираюсь дать им обеим от ворот поворот, – заметил Дуэйн и, подумав, добавил: – Я не понимаю, почему мы вообще говорим об этом.

– Потому что нефтяной бизнес накрылся, и тебе делать нечего, как только спать с кем ни попадя.

– Дай мне лучше чек, а? Пожалуй, я выделю Лестеру несколько тысяч.

Руфь вырвала чек из чековой книжки.

– На сколько тысяч?

– Я еще не решил.

– Почему бы тебе не проведать Джейси?

Дуэйн очень удивился. Раньше Руфь никогда не упоминала этого имени.

– Сомнительно, чтобы она нуждалась в моей компании, – задумчиво проговорил он.

– Попытка не пытка, – пожала плечами Руфь. – Если бы я потеряла ребенка, то в такой ситуации ответила бы взаимностью.

– Я думал, ты ненавидишь Джейси.

– Я не держу зла по тридцать лет. Тогда она была просто девочка. Кроме того, от трагедий люди меняются. Она находится одна в огромном доме, мучаясь утратой. Эта мысль страшно угнетает меня.

– Сомнительно, чтобы она даже помнила меня, Руфь.

– Ты помнишь ее, так? Чем ее память хуже твоей?

– Я хотел сказать, что мы больше не друзья, – пояснил Дуэйн, – чувствуя, что проигрывает в этом споре, который для него начался так неожиданно.

– У меня складывается впечатление, что ты готов подцепить кого угодно, но отказываешься от встречи с той, которую любил и у которой случилось несчастье. Ты боишься, что снова влюбишься в нее, признавайся?

– Я не знаю, как теперь влюбляются. Я слишком стар для этого.

– Ты никогда не будешь стар для этого.

– Я что-то не заметил, чтобы ты в последнее время влюблялась. Если это такая отличная штука, что же ты медлишь?

Руфь только молча посмотрела на него и улыбнулась. Давно миновала та пора, когда она обожала шефа, а поскольку она была намного старше его, то воспользовалась плодами этого обожания.

– Я – почти полный банкрот, – добавил Дуэйн, видя, что она молчит. – Моя голова ни на что серьезное не способна, я только постоянно думаю о долге в двенадцать миллионов.

– Десять лет назад ты бы о нем даже не вспомнил. Но ты всегда будешь помнить Джейси, и ты всегда будешь помнить меня.