Чтение онлайн

Следующий луч прошел под нами. Это значит, что меня послушались, и взяли вверх.

«Они считают, что пробирки еще у тебя, и боятся, что их накроет, — написал мне Эйлиас на кольцо. — Значит, пятьсот километров безопасное расстояние».

«Очевидно, — ответил я. — А их цель нас взорвать вместе с пробирками».

— Сколько сейчас идем? — спросил я Рона.

— Ноль пять, — ответила Ирма.

— А у них?

— Ноль пять. Даже без единички.

А потом я увидел воронку Тракля. Слава Богу, ниже нас. Даже не задели поле.

— Защитное поле работает против воронок Тракля? — спросил я.

— Если не очень близко, — сказала темноволосая нимфа.

— Меняйте курс, — сказал я. — Резко вверх и вправо, потом вверх и влево. Маневрируйте. Сколько сможете.

— Слишком резко нельзя, — сказал Стивен.

— По максимуму, чтобы только обшивка выдержала перегрузки!

Я чувствовал себя почти бесполезным. Три гражданских пилота очевидно прекрасно знали свой большой и неповоротливый корабль, но ничего не понимали в военных действиях, а я, зато ничего не понимал в их корабле.

Очередная воронка засияла под нами в россыпях искр силового поля, и нас резко отбросило вверх.

— На корабле есть какое-то оружие? — спросил я.

— Это пассажирский корабль, господин Вальдо, — сказал Рон.

— Мы входим в пояс аль-Суфи, — доложила Ирма. — Надо сбрасывать скорость.

— Давайте! — сказал я. — Только еще резко вверх.

Впереди уже сияли тысячи мелких звездочек метеоритов и светилась космическая пыль и межзвездный газ.

Ладно, я уже понял, что разгонятся бесполезно. Они быстрее, зато железно держат дистанцию.

— Расстояние увеличивается! — доложила Ирма. — Они отстают.

И еще они перестали стрелять.

Почему?

«Что ты об этом думаешь? — кинул я Эйлиасу. — Почему они не стреляют?»

«Как-то связано с особенностями твоих пробирок. Точно не знаю».

«А где сейчас пробирки на самом деле?»

«На нашем скоростном катере. Уже у входа в гипер».

Понятно. То есть за поясом аль-Суфи.

— Какова с этой стороны толщина пояса? — спросил я.

— На ноль четырех пройдем часов за десять, — сказал Стивен.

Пройдем! А что потом?

— Эйлиас, что слышно о кораблях РЦС, которые послали на защиту миссии?

— В пути. Я им послал сигнал бедствия, как только нас начали обстреливать. Но это же через Дервиш, точнее через наш спутник на орбите. Запаздывание часов десять. А может и больше, зависит от того, насколько они далеко от Остиума.

Пояс пройдем раньше, чем до них дойдет наш «sos».

Да, конечно. Радиосигнал сначала дойдет от нас до Дервиша. Потом по дальней связи его отправят на РЦС. Потом с РЦС его отправят на линкоры. Ответить и обнадежить они не успеют точно.

Мои друзья отстали до семисот километров, но продолжали висеть на хвосте. Похоже, нас ждала еще одна бессонная ночь.

— Нам нельзя покидать пояс, — сказал я.

— Похоже на то, — кивнул Эйлиас.

— Если радикально сбросить скорость, потом трудно будет набрать, — заметил Рон.

— А если забрать еще вверх, насколько мы отклонимся от курса? Где здесь вход в гипер?

Я бывал в системе Дервиша, и все прекрасно вспомнил, мне не надо было объяснять, что такое «Пояс аль-Суфи», поскольку он окружал планетарную систему со всех сторон, но мы всегда подлетали со стороны Махди, через гипер на Остиум я не летал и смутно представлял себе, где он находится.

— Вход в гипер выше эклиптики, — сказал Стивен. — Но все равно отклонимся, если заберем слишком высоко.

— Вы лучше знаете и свой корабль, и эту часть галактики, — сдался я. — Наша задача держаться внутри пояса, пока не придут линкоры РЦС.

— Постараемся, — кивнул Рон.

— Господа! — объявил он по внутренней связи лайнера. — На преследовал катер РАТ. Сейчас он отстал, и опасности пока нет. Мы ждем защиты с Остиума.

Прошло восемь часов, и мы едва доползли до середины пояса. Пилоты сделали и то, и другое: и сбросили скорость, и забрали вверх. Мы шли примерно на ноль двадцати пяти. Но все равно много!

— Эйлиас, Когда будут ваши корабли? — вздохнул я. — Ты, вроде, говорил про неделю.

— Очень надеюсь, что быстрее. Поднажмут.

— Сколько они могут развить?

— Анри, когда ты станешь гражданином РЦС, я тебе все расскажу.

— «Когда»! — хмыкнул я.

— Анри, сходи поешь, — сказал Эйлиас. — Заодно Лиз с Вацлавом успокоишь. Я тебя позову, если что-нибудь случиться.

Я сдался и пошел обедоужинать. Вацлава с Лиз успокаивать особенно не пришлось, поскольку Эйлиас, оказывается делал это по кольцу в реальном времени, практически без перерыва.

Я вернулся в рубку через полчаса.

— Эйлиас, пойди поспи, — сказал я. — В ближайшие несколько часов вряд ли что-то случится.

— А ты?

— Я все равно не засну, — сказал я. — Я потом тебе объясню, на Остиуме.

Эйлиас быстро дал себя уговорить, и мы остались в рубке вчетвером.

— А вы что, железные? — спросил я пилотов.

— Стивен, иди отдыхай, — сказал Рон. — У тебя шесть часов.

И я радостно занял место Стива. Десять часов на ногах!

Все-таки страсть к тому, что сделать все красиво на РЦС не меньше, чем на Тессе. Положительно близкий нам народ. Я опустился в кресло, обитое светлой искусственной кожей. С высокой мягкой спинкой и подлокотниками. Перед огромными иллюминаторами с видом на сияющий пояс аль-Суфи. Межзвездный газ, космическая пыль, оскольки азотного и водяного льда, мелкие камушки и прочий космический мусор, а горит, как тысячи солнц.

Так бы и любовался, если бы забыл о том, что нас преследуют.

Защитное поле периодически искрит, отклоняя и сжигая всю эту хрень. Понятно, зачем пассажирскому кораблю защитное поле. А как ты через пояс аль-Суфи пойдешь на такой скорости?

Через шесть часов мы едва успели миновать середину пояса. Стивен вернулся, и капитал отпустил Ирму.

— Почему начали не с девушки? — спросил я.

— Обидится, — объяснил Рон.

Мы тащились уже на ноль пятнадцати.

Спустя час я получил сообщение от Эйлиаса.