Чтение онлайн

— Ты мне нужна.

Лин засмеялась. Горький неправильный смех, но всё же лучше, чем ничего.

— Ты мне льстишь.

Ярмак скривился.

— Я хочу попасть в дом судьи.

— Мы обсудим этот вопрос, как только ты мне назовёшь реальную причину. Неужели ты действительно веришь, что, попав в этот дом, сможешь хотя бы ранить судью?

Пауза.

— Ирас держали в его доме.

Ярмаку тяжело далась последняя фраза. Ещё сложнее было рассказывать всё женщине, которую он почти не знал. Женщине, явившейся к нему на рассвете, не испытывая при этом никакой неловкости. Женщине, к которой раньше вломился он.

— Её схватили во время вылазки на ферму. Иногда нам нужны молочные продукты, но не будешь же коров на станции держать, — Ярмак фыркнул. Подобные предложения ему поступали не раз. — Не знаю, каким образом у вас были налажены поставки, мы же воруем у фермеров. У тех, что приняли договор и живут легально. Но тот фермер непонятным образом смог предупредить патруль, и ящерры поймали Ирас. Забрали. Потом… мне сложно сказать, что было потом, её рассказы были очень обрывочны. Но… она попала в дом судьи. Её держали… для особых праздников… Самого судью она не видела ни разу… Ирас была, так сказать, для гостей… Я смог украсть её, нет, не украсть — вернуть. К сожалению, только после того, как благородные ящерры наигрались и изволили отпустить поднадоевшую жертву.

Ярмак наклонился к Лин. Сказал, не мигая:

— Когда я её вернул, она уже не была той, что раньше. Сломалась! А ведь когда-то цветы любила и деревья сажала, горшки сама делала. Когда всё это случилось… — он скривился, — я приказал все цветы убрать подальше. Вижу, что их поливают, но мне неинтересно, кто и зачем.

Лин почувствовала, как по телу пробежала удушливая волна. Захотелось уронить голову на руки и угаснуть, как спичка. Не быть. Не существовать. Сгинуть.

Производил впечатление тон, с каким мужчина рассказывал свою историю. Строго. Вдумчиво. Оттого слова его казались ещё более проникновенными.

А ведь Лин гуляла по этому саду. Она бродила по нему с Руанном, и он держал её за руку. Какие у него были добрые глаза! Для неё они всегда были добрыми.

Ухоженные аллеи. Живые изгороди. Искусственный снег, он так красиво сверкал в его волосах.

Кровать, и юная девушка на ней. Лин всё это видела. Нечего придумывать себе оправдания. Она видела и была готова не замечать.

— Судья не снисходит до всеобщих пиров, — добавил Ярмак. — Он не жалует землянок. Ты — первая из нас, на кого он обратил внимание и привёз в свой дом.

Лин кивнула. Она не смотрела в глаза Ярмаку, а он внимательно приглядывался к ней, как бы считывая реакцию в ответ на произнесённую фразу.

«Я — не одна из вас. Вы приютили в своём доме зверя. Ящеррицу».

— Будь моя воля — ты бы всего этого не узнала. Даже самые приближённые не знают всей правды. Но… я завишу от тебя. Не захочешь говорить — я не смогу на тебя повлиять. Ты не часть «Станции 7», хоть и находишься на моей территории. А мне нужна твоя помощь.

— Вира считает, что я не готова обсуждать эти вопросы… — осторожно заметила Лин.

Она хлебнула чаю. Уставилась на собеседника задумчиво, а потом продолжила:

— Вира права. Но я вряд ли когда-нибудь буду готова. Так что… Не ходи вокруг да около, Ярмак. Чего ты от меня ожидаешь? Чтобы я сказала коды? Я их не знаю, к сожалению. Я ходила, куда хотела, и никаких кодов не вводила. Единственный контроль, о котором мне известно, — это терции и куча «жуков» в саду. Эти — что первые, что вторые — за мной внимательно следили, больше ничего.

— Как так? — удивился мужчина. — Кодовые замки стоят на всех дверях. У каждого слуги свой уровень допуска. Это своеобразная обманка для дома. Ведь по природе своей…

Ярмак умолк и задумался. Может ли быть такое, что её пропустили внутрь системы?

— Выходит, ты даже не замечала…

Он был удивлён. Мужчина встал со своего уютного места, сделал несколько рассеянных шагов и сел обратно.

— Руанн пропустил тебя в систему, — сказал Ярмак, разговаривая больше с собой, чем с собеседницей.

— Что это значит? — забеспокоилась Венилакриме.

Ответа не последовало.

— Ярмак, — повторила Лин с нажимом, — что это значит!?

— Это значит, — Ярмак пригляделся к Лин, будто видя впервые, — что тебя не планировали выпускать. Собственно, как и убивать.

— Я не…

— Тебя вшили в систему защиты дома. Ты не воспринималась там как случайный гость, ты была… Выходит, ты была…

Ярмак захохотал. Лин встревоженно следила, как его всё больше разбирает смех. Она привыкла не доверять такому поведению.

— Ты была… Ох, не думал, что доживу до такого, — от смеха у него выступили слезы на глазах, мужчина смахнул их рукой. — Ты стала хозяйкой.

— Что ты несёшь? — удивилась Лин, начиная нервничать. — За мной следили. Те же терции. И «жуки»…

— Это неважно…

И взглянул на неё прямо.

— Они строят необычные дома. Туда просто так не попасть. На территорию сада — возможно, но не внутрь. Дом — это как живой организм, он пропускает лишь тех, кого хочет видеть хозяин. И уровень допуска определяется личными предпочтениями хозяина.

— Что… к чему…

— Я смог забрать Ирас, потому что она находилась в саду. Но если бы её держали в доме… — он грустно усмехнулся. — Они не держали. Нельзя ведь осквернять святыню… Поэтому-то ящерры не насилуют и не убивают в собственных домах. Дом ведь всё чувствует.

Ярмак опять встал. Ему не хватало места, не хватало воздуха, не хватало терпения.

Она не знает! О чём Вира вообще думала? Почему не рассказала? Почему он вынужден заниматься разъяснениями, вместо того чтобы получать столь необходимые данные?

— Вспомни! Ведь они наверняка при тебе вводили какие-то коды. Может, у слуг даже ключи были?

Она вспомнила. Таблички на дверях. Некоторые слуги к ним прикасались, а Лин ещё думала, что таким образом они ведут своеобразный учёт проделанной работы.