Город
Шрифт:
Клод нехотя кивнул и поплелся за пиратом.
В каюте Джетти усадил его на стул, а сам сел напротив:
— Ну что же, — начал он издалека, — должен сказать, что работы ты не чураешься, это хорошо. Умеешь ты пока мало, но со временем поймешь, что к чему. Так что ты нам подходишь, можешь остаться! — он вскочил и отпер большим ключом сундук в углу, оттуда извлек бутылку и две кружки. — Это надо отметить!
— Да, но вы же хотели мне объяснить, в чем будут заключаться мои обязанности… — удивился Клод.
— Да, разве? — ненатурально удивился Джетти Слик. — Ну, все может быть. Но сначала давай выпьем за нового члена команды! Ура! — он наполнил кружки.
Клоду ничего не оставалось, как выпить, за чем последовал приступ кашля — в кружке, конечно же, оказался неразбавленный ром.
— А теперь, — сказал Клод, отдышавшись, — вы мне скажете…
— Скажу! — радостно подтвердил капитан. — Скажу, что надо еще выпить! Ура обычно бывает троекратным!
Он снова наполнил кружки и поднял свою, чтобы чокнуться с Клодом:
— Ура!
— Ура! — с сомнением поддержал его Клод.
Пират окинул молодого человека оценивающим взглядом, будто думая, стоит ли сразу переходить к третьей кружке, а потом сказал:
— Ну, а теперь расскажи мне о себе.
— Что рассказать? — слегка заплетающимся языком спросил Клод.
— Все. Я же должен знать, кто в моей команде!
— Я мало что могу сказать, — начал Клод, — в Город я попал меньше года назад, а что было до этого, не помню. Как и все, живущие в Городе…
Время пролетело незаметно. Клод и сам не заметил, как выложил все о себе и о Городе. Первая бутылка давно закончилась, и Джетти Слик извлек вторую, побольше. Впрочем, она уже тоже подходила к концу.
В голове у Клода изрядно шумело, а выговаривать длинные слова становилось все труднее и труднее. Клод понял, что чертовски пьян. Он бросил взгляд на капитана, который как раз рассказывал очередную морскую байку, настолько неправдоподобную, что Клод еще несколько дней назад не поверил бы ни единому слову. Теперь, после встречи с акулой и подводным оленем, а также сиренами, он был готов поверить половине. Впрочем, может, еще и алкоголь пробуждал в нем доверие к Джетти.
Клод улыбнулся и прикрыл веки, чувствуя, что скоро уснет.
— Эй! — чья-то рука схватила его за плечо и немилосердно встряхнула.
Молодой человек недовольно открыл глаза и встретился взглядом с капитаном.
— Ты что, спать собрался? — спросил тот, сверкая единственным серым глазом, — мы же так и не обсудили твою новую должность!
— Хорошо, — кивнул Клод, — давай обсудим мою новую должность.
На следующее утро он очнулся с гудящей головой и противным привкусом в пересохшем рту. Клод застонал и сжал виски руками. Это не помогло. Он осторожно, стараясь не совершать резких движений, встал и огляделся. Он находился в каюте капитана. Даже больше — сидел на его кровати. А с другой стороны кровати спал Джетти Слик. Как Клод умудрился не заметить его присутствия раньше, было не очень понятно, так как кровать-то была очень тесной. Как он окончил вечер в таком странном месте, Клоду тоже было не ясно — его воспоминания о вчерашнем дне обрывались на разговоре с капитаном.
Клод вскочил и осмотрелся в поисках одежды. Брюки нашлись на полу, а рубашка на стуле рядом. Он схватил их и начал торопливо одеваться.
Разбуженный его шебуршанием, проснулся Джетти Слик и, привстав на локте, посмотрел на молодого человека.
— Ты куда-то опаздываешь? — спросил он удивленно.
— Я… э… нет… просто… — промямлил Клод, не переставая одеваться.
— А… — протянул Джетти, будто что-то поняв из сумбурного бормотания, и снова уронил голову на подушку. — Тогда ладно.
Клод посмотрел на него с ужасом и постарался успокоиться и одеваться помедленнее, с достоинством. Судя по всему, спешить все равно было уже поздно.
Он натянул ботинки и в нерешительности застыл, глядя на Слика.
Тот все же не спал, так как почувствовал его взгляд и снова посмотрел на Клода:
— Да не нервничай ты так, парень! — лениво протянул он. — Все уже позади! Ты теперь знаешь, что такое быть юнгой!
Это заявление стало последней каплей. Если до этого у Клода оставались какие-то сомнения и надежда, что вчера он просто напился, а капитан, по доброте душевной, раздел его и оставил спать в своей кровати, то теперь они окончательно пропали. Он с ужасающей ясностью понял, что проезд на пиратском корабле ему придется оплачивать не только тяжелым каждодневным трудом, но и торговлей собственным телом. Клод покраснел от стыда и, пробормотав «я пойду!», выбежал на палубу.
Солнце только что встало, и снаружи народу было не много. К счастью, все пираты стояли достаточно далеко от Клода, так что нездорового румянца на его лице никто не заметил.
Он подошел к борту и уставился невидящим взглядом на море.
«Нет, пираты — это очень романтично и все такое, но ведь и в Городе было не так уж плохо», — подумалось ему. А чего он вообще хотел оттуда убежать? Неужели трудно сочинять по одному маленькому стишку в год? Гораздо легче, чем ублажать капитана по ночам!
Под чьими-то ногами заскрипели доски, и Клод обернулся. К нему приближался капитан.
— Ну что, юнга, как тебе на моем корабле? Не так уж и плохо, правда? — Джетти ухмыльнулся и положил Клоду на плечо руку.
— Да, корабль замечательный, — дрожащим голосом ответил Клод, — но вот только…
— Да? — капитан ожидающе посмотрел на него хитрым карим глазом.
— Только… а нет ли на борту другой вакансии? Мне кажется, я не создан для того, чтобы быть юнгой…
— Да? — повторился Джетти, удивленно потирая подбородок. — А мне так не показалось! Я очень доволен твоей работой, очень! Уверен, что и остальные оценят тебя по достоинству…
— Что? — закричал Клод, отскакивая.
— Ну да, — развел руками капитан. — Юнга-то один, а команда большая. Всем же хочется…
— Вы знаете, я передумал! — Клод схватился за сердце. — Я больше не хочу здесь находиться. Может, вы меня высадите обратно, на остров с сиренами?
— Так мы же уже далеко уплыли, — объяснил Джетти Слик, все еще кровожадно улыбаясь, — смотри сам — вокруг ни клочка суши. А команда так надеется на тебя! Нет, дружок, менять решение поздно!
Сзади к капитану подошел толстый одноглазый пират с седой бородой.