Чтение онлайн

Филипп пересёк асфальтированную дорогу, старательно избегая того, чтобы его пёс не поранился, наступив на острые обломки бутылочного стекла, и продолжил прогулку по земляной тропке.

Пройдя по этой дорожке метров тридцать, Филипп оказался у пересечения с ещё одной тропинкой и, свернув налево, продолжил прогулку.

Филипп остановился как вкопанный. В метрах тридцати перед ним у самой тропки в тени, отбрасываемой кроной берёзы на примятой траве, бесформенной грудой плоти, лежала чёрно-белая корова.

Мёртвое тело отличается от спящего — эту разницу не всегда можно выразить словами, и тем не мене она лежит на поверхности для того, кто хотя бы раз в жизни сталкивался со смертью. Вот и сейчас Филипп сразу же безошибочно почувствовал, что существо, распростёртое перед ним, было стопроцентно мертво.

Однако когда Филипп уже вынес свой окончательный вердикт, гора плоти внезапно дрогнула, заставив Филиппа усомниться в своём заключении.

Когда от тела животного отделилась фигура человека — это оказалось для Филиппа полной неожиданностью.

Филипп не мог толком сформулировать внезапно возникшее недоброе предчувствие, но то, что от этого человека, как ледяным ветром, повеяло опасностью, он мог сказать наверняка.

Он уже хотел было повернуть назад, для того чтобы избежать встречи с этим зловещим незнакомцем, но тот уже увидел его и легко перемахнув через тушу коровы, неуклонно наращивая скорость, двинулся в его сторону.

* * *

Когда Семён вышел из подъезда своего дома по Волгоградской 15, он вряд ли мог предположить, что события могут повернуться подобным образом.

Он с большой долей вероятности мог бы рассчитывать на столкновение с органами правопорядка, или с бойцами одной из враждебных им группировок. Ни то ни другое из вышеупомянутого не сулило бы ему ничего хорошего, и, тем не менее, то, что ждало его снаружи оказалось гораздо опаснее всего того о чём он бы мог предположить.

Кроме того, в данный момент его голова была занята совершенно другой проблемой: сейчас, когда ему была так необходима связь, его сотовый телефон оказался бесполезной дорогой коробочкой из чёрного пластика не имеющей никакого другого применения кроме как декоративного. Семён уже поменял симку другого сотового оператора, но и это не дало никакого эффекта. Всё выглядело так, словно он оказался в «мёртвой зоне», либо, и это казалось ему более вероятным, чёртов телефон попросту накрылся.

Вообще то сегодня его ожидал очень напряжённый график работы: Семёну предстояло встретиться с ребятами и навестить пару точек, где из непонятливых клиентов необходимо было выбить долги, так что без мобильной связи он был просто как без рук.

Теперь же он не мог даже вызвать автомобиль, на котором обычно работала его бригада, или собрать всех ребят возле необходимого объекта, предварительно созвонившись.

Похоже, что теперь за каждым членом долговой бригады придётся идти пешком — а это задачка не из лёгких.

Семён совершенно отвык от таких заморочек: то, на что раньше у него уходило чуть менее тридцати минут, теперь понадобиться более двух часов.

Сотовая связь оказалось тем самым техническим фактором, который однажды легко и непринуждённо войдя в нашу жизнь, засел в ней настолько прочно, что лишь однажды утром внезапно потеряв её, понимаешь, насколько серьёзно ты на неё подсел, и как здорово от неё зависим.

Остаётся только удивляться, как всего несколько лет назад люди вообще могли жить без мобильников.

Не пройдя и десяти шагов от железной двери подъезда Семён стал свидетелем довольно неприятной сцены: двое мужчин набросились на молодую девушку и повалили её наземь. Вся троица упала в небольшую лужу, постоянно собирающуюся в этом месте у обочины после дождя.

Семен не мог понять чего хотят от неё эти люди, но то что это ни ограбление и не изнасилование он понял сразу. Скорее всего это была банальная пьяная ссора между знакомыми, поэтому не обращая внимания на её истошные вопли о помощи, Семён прошёл мимо.

А тем временем грязная вода, в придорожной луже, смешиваясь с кровью обильно хлеставшей из глубоких болезненных ран на теле девушки, окрасилась темно-красное.

Спустя несколько мгновений несчастная, изувеченная и обессиленная она смолкла, а ещё через несколько секунд эти двое оставили бездыханное тело лежать в грязной луже лицом вниз и устремились вслед за Семёном.

Обернувшись на приближающийся топот ног, Семён понял, что эти двое преследуют именно его. На этот раз Семён отнёсся к создавшейся ситуации весьма серьёзно. Когда эти двое напали на совершенно неизвестную ему девчонку — ему не было абсолютно никакого дела до её проблем (жизни, судьбы, будущего), но теперь, когда они переключились на него, дело принимало совершенно другой (иной) оборот.

Он смерил приближающихся к нему мужчин оценивающим взглядом и пришёл к выводу (заключению), что справиться с ними будет делом каких-нибудь пяти, десяти секунд максимум.

Для Семёна, здорового, тренированного парня, который с самого детства был завсегдатаем спортивных секций, а позже отслужившего в одном из элитных подразделений ВДВ, дать предварительную оценку противника было элементарно просто. Более того, в своих расчётах он ошибался очень редко, и, как правило, эти погрешности составляли всего каких-нибудь пять секунд.

Именно эта его способность, в купе с прекрасным владением множеством эффективных боевых приёмов, послужила фактором, предопределившим выбор его теперешней профессии сразу после возвращения из армии.

Вернувшись к гражданской жизни, он, по его собственному мнению, оказался без достойных средств к существованию, и пришёл к выводу о том, что единственное, что он умеет делать и довольно хорошо — это бить, ломать, крушить, поэтому должность бригадира в команде по вышибанию долгов стала для него просто идеальным вариантом из бесконечного множества других профессий.