Чтение онлайн

Но Рысь злился. Может, припомнил неудачу с Нарциссой? Ромашка вздохнула.

–  Я пойду, - прошептала она и, отвернувшись, взялась за ручку двери.

–  Иди, иди!
– прозвучало в спину.

Девушка уже закрывала за собой дверь подъезда, когда до нее донеслось:

–  А те статуи действительно безобразные. Уродливые. Как и ты!

Ромашка замерла, перевела дыхание и выглянула наружу. Рысь, кажется, и сам испугался своих слов, и теперь смотрел на нее даже растерянно.

–  Мне и правда было с тобой интересно, - сказала девушка.
– Ты просто дурак!
– и закрыла дверь.

Она провалялась все утро в постели. Благо, спешить было некуда. Хотя, с распространением сети, понятие выходного дня несколько размылось, потому что выполнять работу можно было и на дому, не стесняя себя рамками рабочего дня. Но все-таки сегодня был выходной. Девушка сладко потянулась и долго лежала с открытыми глазами, глядя то в окно, то в потолок. Вспомнив вчерашний вечер, Ромашка подумала, что, может быть, Рысь не зря на нее обиделся: он все же попросился в гости не на первом свидании. Терпеливей оказался…

Вместе с Дельфиной они погуляли в центре, прошлись даже по магазинам. Правда, их пускали не везде, а в иных местах продавцы явно выказывали неудовольствие от того, что две девушки бесцельно разглядывают витрины, не собираясь ничего покупать. Но подруги уже привыкли к этому и не обращали внимания. В парке, несмотря на зимнюю сырость и прохладу, было людно. Какофония звуков, смешавшая в себе и громкую музыку, и надоедливые рекламные лозунги, и выкрики лоточников, необъяснимым образом поднимала настроение. В такой шумной толпе легче всего затеряться среди самого разного люда, половина из которых, хотя и не могли себе позволить прокатиться на аттракционе "Крутые виражи", но зато получали возможность вдоволь насладиться визгами тех, кому такое развлечение было по карману.

Правда, случались и неприятные моменты. Какой-то парень в толпе принялся лапать Дельфину, и девушкам пришлось удирать от него, лавируя в пестрой массе народа. К их огромному облегчению, верзила вскоре потерял подруг из виду. Это было обычным делом, и девушки уже давно усвоили, что в подобных случаях нечего обращаться за помощью или пытаться вразумить приставучих парней. Лучше всего - быстренько скрыться. Правда, однажды к Дельфине привязался человек в форме полицейского. Неизвестно, чем бы все кончилось, если б Ромашка не изловчилась пнуть его как следует. После того случая девушки еще месяц не показывались в парке, опасаясь, что их узнают.

Сегодня же все обошлось лишь одним неприятным моментом, и под вечер подруги, довольные, разошлись по домам.

А закат этим вечером выдался на удивление красочный. Ромашка долго смотрела в окно, потом открыла ящик стола, достала краски, кисточку, папку с бумагой. Набрала в чашечку воды и обмакнула кисть. Она не рисовала уже очень давно, не вынимала краски и кисть с тех пор, как погиб ее брат. А вот сегодня отчего-то захотелось рисовать.

В том же ящике, откуда девушка достала краски, лежала еще одна папка - с рисунками. Эти рисунки были все одинаковы: два дома по бокам, между ними, на треть высоты листа, стена, - это нарисовано черной акварелью. А над стеной - разноцветное небо. Каждый раз небо получалось у Ромашки другим, но все-таки ее рисунки были очень похожи друг на друга. Когда Дельфина увидела их, то посоветовала Ромашке никому не показывать. И Ромашка так и не поняла, почему: то ли потому, что одинаковые - явный повод для какого-нибудь психиатра усомниться в здравости рассудка художницы, а может по той причине, что, хотя Ромашка сама за городскую стену не выходила, небо, видимое ею из окна, было не городским. А, как известно, каждый, кто проявляет чрезмерный интерес к тому, что находится за городом, за стеной, рано или поздно оказывается зарезанным под темной аркой или пропадает без вести.

Телефон пиликал так громко и надоедливо, что Ромашка оторвалась от своего занятия и включила связь.

–  Ромашка… Привет, это я.

Девушка с легким удивлением узнала голос Рыся. Она слушала, но не собиралась пока отвечать.

–  Слушай, я это… Я действительно глупость сказал, извини.

Ромашка все еще молчала.

–  Ты это… Ты прости меня, ладно? Я сам не знаю, чего это вдруг.

Рысь тоже замолчал, и девушка вдруг подумала: "интересно, кто кого перемолчит?". Но парень снова заговорил:

–  Мне поговорить с тобой надо. Давай встретимся, а?

Девушка сомневалась, буквально разрываясь между желанием сказать высокомерным тоном: "Я подумаю" и просто согласиться: "Хорошо, давай". В конце концов она, наверное, согласилась бы, но голос Рыся в наушниках произнес:

–  Не хочешь, значит?

–  Не хочу, - спокойно сказала Ромашка и отключила телефон.

–  Ромашка! Ромашка, постой, подожди!

Девушка не оглядывалась. Она спешила домой. Было пасмурно, а освещение еще включат не скоро, так что минут через десять-двадцать станет совсем темно, и к этому времени лучше быть уже дома, в своей квартире, за запертой дверью. К тому же Ромашка сразу узнала голос Рыся.

Парень все-таки догнал ее и забежал вперед. Пришлось остановиться.

–  Ромашка, пожалуйста, не уходи, - произнес он, силясь побороть отдышку.
– Послушай, я не хотел тебя обидеть, оно само как-то вырвалось. Честное слово, не хотел. Давай завтра встретимся. Я больше не буду напрашиваться в гости, пока сама не позовешь. Ты мне веришь? Ну, так как? Ты согласна.

Девушка ответила честно:

–  Я подумаю.

Рысь улыбнулся с явным облегчением, но улыбка тут же стерлась с его лица: из темного проулка вышли двое парней примерно одного с ним роста, такие же мускулистые, да ко всему прочему у одного из них была металлическая дубинка.

–  Что Рысь, девчонку клеишь?
– поинтересовался один, с лицом отчаянного головореза и в шапке до бровей, а второй, лысый, неприятно осклабился, оглядывая Ромашку с ног до головы.

–  Вижу, у тебя дела совсем плохи, раз ни на что поприличнее денег не нашлось, - сказал он и, выругавшись, сплюнул.

–  Что вам надо?
– встрепенулся Рысь, да только девушка сразу почувствовала его страх: еще бы ему не бояться.

–  Ты нам должен, забыл?

Лысый схватил Рыся за курточку и поволок в сторону проулка. Тут бы Ромашке и дать деру, но девушка замешкалась, и в следующий миг тот, что в шапке, сгреб ее за плечо и потащил туда же.

–  Я все верну. Совсем скоро, - оправдывался Рысь.
– Я уже нашел покупателей и, думаю, дело выгорит. Обещаю, что скоро…

Лысый с силой тряхнул Рыся, и Ромашка услышала, как голова парня глухо ударилась о стенку.

–  Смотри! Если не вернешь, мы тебя живого наизнанку вывернем, - процедил лысый сквозь зубы.

Рысь закивал, видимо полагая, что разговор окончен и на сей раз ему суждено отделаться только испугом, но второй головорез, который держал Ромашку, вдруг выпустил ее плечо, оттолкнув вглубь проулка, а сам подошел к Рысю.