Чтение онлайн

Кори толкнул ее в сторону Рэнса Кинсайда, который уже держал руки наготове.

– Голова все еще раскалывается, после того как ты меня ударила, – прошипел Рэнс ей на ухо.

– Заткнись! – огрызнулся Кори.

Но Тревис услышал их и удивился.

– Похоже, вашей жене пришлось потратить немалые усилия, чтобы прийти сюда этой ночью, Макрей. По какой-то причине она не очень счастлива с вами.

– Эта причина – вы, уполномоченный Колтрейн. – Кори поежился. – Моя дорогая женушка все еще склонна предаваться грезам о той бурной жизни, которую она вела, будучи вашей любовницей. Я забыл о ее прошлом, поскольку она подарила мне сына. Советую вам сделать то же самое.

– Мне не нужны ваши советы, Макрей. Ваши семейные трудности меня нисколько не заботят. Но мы с вами знаем, какое у меня есть к вам дело, и рано или поздно настанет день платить по счетам.

Мужчины с ненавистью смотрели друг на друга.

– Да, этот день настанет. – Кори слегка поклонился. – А пока желаю вам спокойной ночи и прошу прощения за неудобство и беспокойство, которые вам причинила моя жена.

Рэнс не то понес, не то поволок за собой Китти по коридору, и она всеми силами старалась удержать Джона, боясь, что он выскользнет у нее из рук. Когда они начали спускаться по лестнице, она увидела поднимающегося им навстречу Сэма Бачера и в отчаянии окликнула его:

– Сэм, помоги мне, пожалуйста! Не позволяй им увести меня отсюда. Умоляю тебя…

– Что тут происходит? – разъярился Сэм, поднеся руку к кобуре на поясе.

– Не вмешивайся, Сэм, – крикнул ему Тревис из расколотого в щепки дверного проема. – Пусть себе уходят.

Мольбы Китти, доносившиеся с лестницы, умолкли, когда Рэнс вывел ее через черный ход. Кори и еще кое кто из его людей следовали за ними по пятам.

– В чем дело, черт побери? – Сэм уставился на дверь широко раскрытыми от изумления глазами. – Зачем Китти приходила сюда? И почему кричала?

– Пыталась убедить меня в том, что ребенок мой, фыркнул в ответ Тревис. – Подумать только, я когда-то любил эту женщину! Лишний раз доказывает, что ни в коем случае нельзя доверять этим чертовкам.

– А тебе никогда не приходило в голову, что он говорит чистую правду?

Тревис бросил на своего старинного друга удивленный взгляд.

– Да, да, – произнес Сэм с грустью. – Скорее всего, она говорит правду. Я задал кое-кому вопросы. Мальчик родился почти день в день через девять месяцев после того, как мы с тобой покинули город. Мне удалось разузнать, что ее уволили из госпиталя потому, что местные святоши заявили, будто она не имеет права там оставаться, нося под сердцем ребенка от солдата армии северян. Решительно все были настроены против нее, представляя ублюдка, которого ты убил, прославленным героем, и возлагая на нее вину за то, что с ним случилось.

– Неужели ты во все это веришь? – возмутился Тревис. – Не кто иной, как она, распускает подобные слухи. Она хотела во что бы то ни стало сохранить за собой землю, а для этого был нужен богатый муж. Поэтому она забеременела от Макрея, и тот на ней женился. Она еще весьма привлекательна, и не думаю, что ей понадобилось долго его уговаривать.

– Я тоже так не думаю, но на мой взгляд, все обстояло совсем не так.

– Ты совсем из ума выжил, Сэм? Женские уловки…

– Тебе все представляется по-другому, потому что ты любишь ее. Я же вижу все в ином свете, потому что дорожу этой девочкой, как своей родной дочерью. Я знаю, что она искренне, всей душой любила тебя, и не верю, что она тебе лгала. Этот мальчик наверняка твой сын, и она вышла замуж за Кори Макрея лишь потому, что находилась в отчаянии. Лучше серьезно над этим задумайся, Тревис. Нэнси Дантон тайком пробралась к тебе в номер, нетрудно догадаться, на что она рассчитывала. Ее муж связан с ку-клукс-кланом, и она понимает, что если кто-нибудь не положит конец его междоусобной войне с Макреем, дело кончится тем, что они перестреляют друг друга. Если она сумеет найти к тебе подход, то ты уберешь с дороги Макрея и тем самым облегчишь жизнь ее мужу. Я слышал и кое-что еще: она преследовала Макрея, но ему была нужна только Китти.

– Не нашел лучшего занятия, чем совать свой нос в мои дела? – проворчал Тревис.

– Кто-то должен о тебе подумать, раз ты так чертовски упрям. Я хочу разыскать этого негра, Джекоба. Я доверяю ему, потому что ему доверял Джон Райт. Если он подтвердит, что этот ребенок твой, тогда у меня не останется сомнений, и у тебя их не должно остаться.

– Китти теперь замужем за Макреем. Оставь все как есть, Сэм. Не вмешивайся. Мы здесь по долгу службы, так что давай лучше займемся делами, а потом уберемся отсюда ко всем чертям и вернемся к себе на болота. Там тихо и мирно.

Подойдя к столу, он взял еще одну бутылку виски, откупорил ее и сделал большой глоток.

– Ты очень много пьешь, – спокойно заметил Сэм. – Пытаешься о чем-то забыть?

– Да. Обо всем на свете. Советую тебе сделать то же самое.

– Скажи мне только одно: как бы ты поступил, если бы поверил в то, что этот мальчик – твой сын?

Тревису не понадобилось время на размышление.

– Увез бы его подальше от Макрея, тут уж можешь не сомневаться.

– А Китти?

– К дьяволу ее!

– Черт возьми, Тревис, ты несправедлив к бедной девочке. Кто знает, через какой ад ей пришлось пройти после того, как мы уехали из города в марте прошлого года?

– Она неплохо устроилась, – усмехнулся он язвительно, снова поднося к губам бутылку. – Замужем за самым богатым человеком во всей округе. Получила то, чего добивалась. Если бы она и впрямь любила меня, то уехала бы со мной, как я ее просил.

Сэм молча наблюдал за тем, как Тревис еще несколько раз приложился к бутылке, затем произнес:

– Ну ладно. Если ты твердо намерен настаивать на своем, мне придется доказать, что ты ошибаешься. Этот мальчик – твой сын, а вы с Китти все еще любите друг друга.

– Забудь об этом! – Тревис швырнул бутылку в стену, затем рухнул на постель. – Забудь обо всем! Лучше бы я не приезжал в этот окаянный город! Не видел эти проклятые фиалковые глаза! – Он провалился в сон.

– Рано или поздно, мой приятель, ты узнаешь правду, – пробормотал Сэм. – И завтра ты будешь любить эти глаза, так же как ты любишь их сейчас. Увы, ты слишком упрям, чтобы это признать.

Он поспешил прочь из комнаты. Дел предстояло много, времени оставалось в обрез.

Китти разомкнула припухшие, отяжелевшие веки. Все закружилось у нее перед глазами, тело невыносимо болело. Грудь горела. Она хотела дотронуться до нее рукой и только тут почувствовала оковы на обоих запястьях. Она посмотрела наверх – да, руки вытянуты над головой и прикованы к стойкам кровати.

В полумраке комнаты она окинула взглядом свое обнаженное тело и убедилась, что лодыжки тоже прикованы к кровати.