Чтение онлайн

Так мы полетели в Буританию в первый раз. Сели в порту, выставили ящик хорошего коньяка таможне и начали ругаться насчет процента с будущих доходов от продажи битком забитого трюма. Правда, таможенники сначала несколько ошалели, когда мимо них на цыпочках прокрался Хуан, закутанный в черный плащ с безразмерной черной же шляпой на голове. На улице плюс сорок — а он будто в сауну к мазохистам собрался. Ну, карма у человека такая.

— Это он чего?

— Не обращайте внимание, — отмахнулся шкипер. — Какой-то дурацкий секрет хочет украсть… Значит, мы говорили про три процента…

— Пять! — тут же плюнули на шпиона таможенники и уперлись рогом в столешницу. — Пять процентов! И еще один ящик, мы вон там в углу видели…

Одним словом, Хуан нужную информацию где-то добыл и мы через неделю вернулись домой. Чтобы отчитаться о проделанной работе, получить премиальные и отправиться по любимым кабакам отметить завершение сделки. Где нас и нашел мистер Бонд, заявившись с печальной рожей на лице.

— О, Хуан! Штрафную Хуану!

— Я пас… Короче, вот вам новое предписание. Бумаги о неразглашении уже на корабле ждут подписи.

— Подожди… Ты же добыл, что надо было!

— Добыл… Сравнили с тем, что добыли соседи и данные не сходятся. Даже фамилии командиров защитных дивизий не сходятся. Значит — нам скормили дезу. Придется лететь еще раз.

И бедолага будущий пенсионер сидел весь вечер рядом с нами и канючил, что ему так хочется в свой маленький домик на берегу моря, чтобы там на лодочке поплавать, половить рыбу. А мы, злые и бессердечные люди, лишь напиваемся и не хотим войти в его положение.

К утру мы даже протрезвели от этого бесконечного плача Ярославны и в несколько взвинченном настроении вернулись на «Антилопу».

Подписи о неразглашении — шлеп. Трюмы под завязку — бряк. Хуан в каюту — шмыг. Родственникам и знакомым — пока-пока. Движки на полную и до Буритании — шарах.

Таможенники вручили Бонду зонтик от солнца. После чего запросили три ящика коньяка и согласились на четыре процента.

Когда Хуан вернулся обратно, шеф был сумрачен и приволок связанную сексапильную дамочку, которую перехватил перед вылетом чужого корабля. Выцарапав из-под юбки пачку бумажек усадил рядом нашего супер-шпиона и потребовал:

— Вот твой коллега. Или коллегша, я в ваших наименованиях плохо разбираюсь. Вот добытые ей цифры и фамилии. Сверяй. Чтобы потом не жаловался.

Листочки сравнили, шпионку развязали, она от обиды влепила оплеуху Хуану, побоявшись даже смотреть в сторону капитана, после чего оба корабля вылетели, каждый в свою сторону.

Дома: премия, медальки, фуршет с раздутым до безобразия аналитическим отделом разведки, пьяные гонки над столицей на тяжелых истребителях, отсидка в кутузке, где полиция очень обижалась, что их не пригласили на столь интересные развлечения. И по возвращению домой — мятая и грустная рожа Хуана на скамеечке перед ангаром.

— Руководство похвастало перед президентом добытыми сведениями. А у того лежат еще пять папок от других служб. И в каждой — разное понаписано… Так что — снова командировка…

После седьмой поездки мы открыли частное представительство «Антилопа и Ко» в Буритании. После десятой шеф докупил курьер и теперь в гости к соседям мистер Бонд мотался на собственном крохотном кораблике, мы же поставили на линию тяжелый рудовоз, который в ту сторону возил отходы с ближайшего завода, обратно таскал ширпотреб с бывшей пиратской базы. Ее переоборудовали в фабрику для пошива разнообразного контрафактного барахла, которое неплохо брали, кстати. Таможня теперь на обеих границах регулярно получала свой вагон элитного спиртного и следила, чтобы никто из местных бандитов не мешался под ногами и не пытался порушить отлаженные бизнес.

Мы же с облегчением вздохнули и начали заниматься другими, более интересными вещами.

И вот сегодня — шеф с довольно оскаленной рожей стоял на столе и объявлял нам о новом контракте.

А в дверях маячил мистер Хуан. Хуан Бонд. Да сколько можно!

— Значит так. Ты мужик хороший, проблем с тобой никаких не было ни разу. Но ищи себе других персонажей, ладно? Это — в последний. Самый распоследний раз. А то ваши кабальеро уже обнаглели. Типа — раз тайные операции на регулярной основе — то и ценник можно дать поменьше. У них в отделе, видишь ли, народу уже не протолкнуться, им на премии не хватает. А бюджет не резиновый. Так что — в последний раз летим. Потом — сам выкручивайся.

— Само собой, я понимаю, — подобно китайскому болванчику мотал башкой мистер Бонд. — Но в этот раз — без дураков! Моих неприятелей из других разведок повязали, эту тайну прячут под самой сильной охраной. Говорят, там даже из руководства кого-то уволили за разглашение. Поэтому — мы наконец-то добрались до настоящего плана обороны… Только одна проблема. Туда я войду, а вот как бы нам выйти без существенных потерь. Карта городского района вот, но идей пока никаких…

Шеф полюбовался на листок с каракулями и линиями, поскреб бок и вынес вердикт:

— Сделать можно. Но сначала хорошо бы пообщаться с людьми, кто в теме. Шуметь придется, разных серьезных господ тревожить. Тут у нас погранцы сидят, значит им надо будет проставиться. Здесь их спецслужбы, эти про рыбалку и новые спининги намекали. Ну а тут бассейн один их начальник построил. Ему придется виллу у моря рентовать, чтобы не бухтел, когда «Антилопа» прямо сюдя сядет. И таможне, само собой.

— Таможня-то при чем? — удивился Хуан.

— Запомни, таможня — она всегда при делах. И как ты собираешься мимо них без скандала тонну взрывчатки протащить?

— Тонну?

— Тонну. Нашему Томми не меньше понадобится, чтобы с крыши до тебя вглубь здания пробиться. Так что — можно даже две тонны. Чтобы с запасом. Заодно все хвосты уничтожите. Чтобы у тебя только был тот самый единственный план. И чтобы никто не мог снова на кривой кобыле с бумажками нарисоваться.

Поэтому мы взяли три тонны и еще любимые Счастливчиком Бобом огнеметы. Потому как он категорически отказался сидеть во время операции на корабле. Что он, лох какой-то, такое веселье пропустить?