Чтение онлайн

Она опять засветилась от удовольствия.

– Подыграю. Мама говорит, что я прекрасная актриса.

Мама ей говорит… Мне вон тоже мама говорит, что я способный, но ленивый. По-моему, тут все наоборот.

– Так кто к тебе подходил?
– перешел я к делу.
– Нам важно это знать. Чтобы обеспечить твою безопасность.

– А я помню?
– Милка горделиво улыбнулась.

Пришлось перейти к допросу, задавая наводящие вопросы.

– Корзинкина?

– Она меня избегает. Мы с ней на конкурсе «Мисс 107-я школа» конкурировали. Она на первое место претендовала. А у самой глаза разные…

– Правый и левый?
– на всякий случай уточнил я.

Милка рассмеялась:

– Нет, оба правые. Но один голубой, а другой карий. И вообще, она…

– Плотников?
– перебил я.

– Два раза подходил, - злорадно сообщила Милка.

– И куда он тебя звал? В бассейн?

– Он никуда не звал. Он мне предложил сочинение написать. Я, конечно, отказалась.

Правильно сделала: Плотников такое сочинение напишет!…

– Жучков?

– Жучков возле меня вертелся, - призналась Милка. А я внутренне вздохнул, обуреваемый двумя противоречивыми чувствами.
– Он своим родственником хвалился. Который колдун. Может помочь приворожить любого мальчика. Навечно.

– Ты согласилась?
– дрогнувшим голосом спросил я.

Но Милка мое волнение поняла по-своему. И не захотела меня огорчать. И снижать свой рейтинг первой красавицы.

– Ты что, Дим?
– она распахнула глаза во всю их голубую ширь. И захлопала ресницами. Во всю их дюймовую длину.
– С моими-то данными! Да мне никакие колдуны не нужны. Сама с кем хочешь справлюсь.

Ну и дура, чуть не вырвалось у меня.

– Соглашайся, - твердо посоветовал я.
– Можешь на меня все свалить. Мол, не поддается Димон моим чарам.

– Не поддается?
– усмехнулась Милка.
– Да если я захочу, будешь бегать за мной, как братец козленочек за сестрицей Аленушкой.

– Слушай внимательно, - и я нашептал ей в ухо нашу задумку.

Милка немного испугалась, а потом согласилась. Красавицы тоже бывают умные. Иногда.

Пока Милка хвасталась по всей школе о том, что ее талантливая мама за постановку в Париже какой-то пьесы получила «гран-приз» в валюте, мы с Алешкой прикидывали, как нам наиболее надежно обезопасить Милкину квартиру. И эту самую фиктивную валюту.

Ничего интересного в голову не приходило. Наверное, потому, что мы плохо представляли себе место действия.

Алешка словно прочитал мои мысли.

– Дим, - сказал он.
– Нужно к ней домой сходить. Освоиться.

– К кому?
– на всякий случай уточнил я.

– Ну… к твоей невесте, - усмехнулся он.
– Пусть пригласит жениха и его братика на чашку чая. И мы там что-нибудь придумаем.

Придумаем… Там мы что-нибудь придумаем, это точно. Но вот как придумать, чтобы Милка нас домой пригласила?

– Очень просто, - сказал Алешка.

– Это как?

– А мы без приглашения придем. Прямо так и скажем: так устали, что очень чая хочется. С тортом «Причуда».

– А торт где возьмем?
– туповато спросил я.

– Это ее забота, - отмахнулся Алешка.
– Раз уж люди к ней в гости пришли.

Приперлись, точнее.

А впрочем, чего нам стесняться? Ведь мы же не для чая, а для нее же стараемся. И для ее семьи.

– Пошли!

Мы причесались перед зеркалом и пошли.

Милка не очень удивилась нашему визиту. Наверное, привыкла, что к ней все время мальчишки шляются под разными предлогами. То сочинение для нее написать, то алгебру у нее списать. То жуликов в ее квартире отловить. Но повела себя довольно странно.

– Чего приперлись?
– вежливо спросила она.

– В гости, - сказал Алешка.
– И квартиру твою заодно посмотреть. Для безопасности. У тебя чай есть?

– Чай?
– удивилась Милка.
– Есть. И сахар есть.
– Она никак не могла врубиться, каким образом чай и сахар могут обеспечить ее безопасность. Но тем не менее посторонилась, пропуская нас в квартиру.

Как только мы вошли, я сразу понял, что нам нужно сделать. Я на секунду представил, что будто это я - квартирный вор. Я подобрал ключи и иду грабить. Что ни говорите, а поджилки у меня вибрируют. Мало ли что может произойти. Может, случайно хозяева оказались дома и дом полон здоровых мужчин… Может, меня ждет засада… Да мало ли что может случиться?

И вот я, отперев дверь, вхожу в квартиру настороже и со всеми предосторожностями. Передо мной - темный коридор. Я нашариваю на стене выключатель и включаю свет. И цепенею от страха: в конце коридора стоит тот, кого я боюсь больше всего и кого я ожидал застать здесь меньше всего. Вечно он появляется в самое неподходящее время.

В руке его - направленный на меня пистолет с черной дыркой ствола. И мои руки медленно поднимаются вверх. Ключи, падая, звякают в пол…

Здорово! Вот только где его взять? Этого самого, с пистолетом. С черной дыркой ствола.

Милка между тем ведет нас на кухню, ставит на плиту чайник.

Алешка усаживается за стол, осматривается.

– А у вас ничего, - говорит он светским тоном.
– Миленько.

Эта фраза имеет, конечно, свой подтекст: «У вас, вообще-то, ничего. Но посмотрим, чем вы нас угостите».

Милка ставит на стол чашки, сахарницу и тарелку с мелкими черными сухариками. Разливает чай.

– Угощайтесь, дорогие гости.
– Она придвигает к Алешке сухарики.

Он вежливо отказывается:

– Спасибо. У нас таких дома полно. Мы тоже черствый хлеб не выбрасываем.
– И добавляет: - К нам тоже гости ходят.

Милка намек понимает, лезет в холодильник и со стуком ставит перед Алешкой тарелку с куском торта:

– На! Не подавись только!
– Кажется, она хотела сказать совсем наоборот.