Чтение онлайн

"Я имею в виду, что ваш возраст должен быть одним из ваших соображений. С каждым годом риск выкидыша или преждевременных родов возрастает".

"Что именно вы хотите сказать?" спросила я.

"Вы можете рассмотреть возможность суррогатного материнства, если планируете иметь детей в более позднем возрасте. В идеале и с учетом осложнений, если ты готова, ты должна попытаться забеременеть прямо сейчас. Но, в конечном счете, я не хочу, чтобы вы чувствовали, что вас торопят".

Слишком поздно для этого, бу. Я перешла от пяти лет к тому, чтобы вылететь на шоссе материнства, как только он это сказал. Потому что, опять же - какого черта? Это была не моя жизнь. Я должна была подождать до тридцати пяти, выбрать симпатичного донора спермы - я даже собиралась раскошелиться и купить очень дорогой абонемент в банк спермы, чтобы увидеть фотографии этих потенциальных мужчин - потом родить пару детей и создать свою собственную мини-семью.

"Следующий месяц кажется подходящим временем для беременности", - услышала я свои мысли. "Сейчас посмотрю, смогу ли я перенести свою встречу с воском".

"Мисс Пенроуз", - укорил доктор Бьорн, вставая, чтобы налить мне стакан воды. Он протянул его мне. Я выпила его одним глотком. "Я знаю, что это не та новость, которую вы хотели услышать. Здесь тебе не нужно быть храброй. Это нормально - быть расстроенным".

Это, конечно же, было неправдой. Расстраиваться было привилегией других людей. Я была запрограммирована быть бесстрашной. Жизнь бросала в меня кривые шары направо и налево. Я проносилась мимо них, как герой мультфильма, с улыбкой на лице.

Я подняла с пола свою сумку Chanel. "Если мне нужно забеременеть в этом году, я забеременею. Нет мужчины? Нет проблем. Я найду донора спермы. Я слышала, что они высокие, умные и умеют считать. Что еще можно требовать от папы ребенка?". Я издала металлический смешок и встала. Акушер-гинеколог остался сидеть, все еще глядя на меня в полном шоке.

Да, я знаю. Я бессердечный. Безэмоциональный. И, по состоянию на пять минут назад, клинически лишена матки.

"Ты не хочешь подумать об этом?" - спросил он.

"Тут не о чем думать. Время работает против меня. Я найду донора спермы и сделаю это".

У меня также не было таких денег, которые нужны, чтобы воспользоваться услугами суррогатной матери. Кроме того, беременность была частью сделки. За последние несколько лет я наблюдала, как мои подруги и сестра выпрыгивали детей, как будто они были дозаторами PEZ. С круглыми красивыми животиками, эксцентричными желаниями и задорными улыбками, они размышляли над вечным вопросом: пастельные краски или обои для детской?

Я хотела все эти вещи.

Каждого из их обыденных, тривиальных переживаний.

Кроме одного.

Мужа.

Замужество не входило в мои планы.

Мужчины были непостоянны, ненадежны и, прежде всего... опасны для меня.

"Ну, в таком случае..." Доктор Бьорн протянул мне руку для пожатия. "Я прописываю вам 50 миллиграммов кломифена. Вы должны принимать его, начиная со второго дня менструального цикла в том месяце, когда вы планируете забеременеть. Пять таблеток, по одной на каждый день, в течение пяти дней. Принимать в один и тот же час. Оставайтесь гидратированной и следите за своим циклом. Тесты на овуляцию станут вашим новым лучшим другом. Когда вы найдете своего идеального донора, дайте мне знать. Я хочу ознакомиться с их историей болезни, чтобы понять, подходят ли они вам".

"Замечательно!" Я развернулась и, размахивая руками, вышла из кабинета, уходя, пока он не успел подсунуть еще один серьезный диагноз относительно моего тела.

Я помахала администратору на прощание и вышла из здания, ничего не помня об этом. Наверное, у меня был внетелесный опыт.

Я направилась к своему спортивному BMW, когда зазвонил мой мобильный телефон. Я достала его из сумочки. Это была моя сестра, Перси.

"Привет, Перс". Я тепло поприветствовала ее, в моем голосе не было и намека на беспокойство. Притворяться, что у меня все в порядке, было искусством, которое я давно отточила.

"Привет, Белль. Где я тебя застала?"

"Только что вышла от акушера-гинеколога".

"Нет ничего лучше, чем когда в твои внутренности тычет лупой совершенно незнакомый человек". Она вздохнула с тем, что, как я подозревала, было настоящей тоской. Черт, она и ее муж Киллиан были извращенцами. "Там внизу все в порядке?"

Я услышал, как мой племянник, Астор, издавал звуки взрыва на заднем плане. Он любил представлять, как все взрывается, когда играл в "Лего". Этот ребенок становился на девяносто девять процентов тираном, и я был здесь для этого. Тетушке нужны были новые ледоколы, а наличие племянника-диктатора - отличная тема для разговора.

"Мой vag в безупречном состоянии, для человека, который перегружен работой и недополучает зарплату". Я надвинула на нос свои дизайнерские солнцезащитные очки, идя по улице. "Тебе что-нибудь нужно?"

Мы с сестрой разговаривали по крайней мере четыре раза в день, но обычно она не спрашивала, где я. Возможно, она хотела, чтобы я посидела с Астор. Теперь, когда у нее появился новорожденный - малыш Квинн, самый красивый малыш на планете Земля, - ей часто требовалась помощь.

"Нет. Мама приедет, чтобы присмотреть за детьми. Киллиан приглашает меня на свидание. Наше первое после рождения Квинн. У меня возникло странное желание позвонить тебе, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. Не знаю, что на меня нашло", - жаловалась моя милая, интуитивно понятная младшая сестра.

Персефона "Перси" Фицпатрик была всем, чем я не была - романтичной, материнской натурой и приверженцем правил.

И еще женой самого богатого человека в Америке. Ничего особенного.

Я остановилась, опершись рукой о стену из красного кирпича. Передо мной раскинулась Салем-стрит во всей своей летней красе, усыпанная пекарнями, красочными кафе и цветами, льющимися из подвесных корзин.

"Нет, Перс. Ты была совершенно права. Мне нужно было услышать твой голос".

Невозмутимая тишина заполнила мои уши. Когда Перси поняла, что я не собираюсь подробно объяснять, почему мне нужно услышать ее голос, она сказала: "Могу ли я что-нибудь сделать для тебя, Белль? Хоть что-нибудь?"

Ты можешь родить для меня ребенка?

Ты можешь вылечить мою матку?

Можешь ли ты стереть мое прошлое, которое испортило меня так основательно, так исчерпывающе, что я больше не могу доверять ничему и никому, кроме себя?

"Достаточно просто слышать твой голос", - улыбнулась я.

"Люблю тебя, Белль".

"Снова с тобой, Перс".

Я положила телефон обратно в сумку, бесстрастно улыбаясь, как будто ничего страшного не произошло.

А потом... потом я почувствовала, что мои щеки намокли от яростных, неудержимых слез.