Чтение онлайн

«Я. Нет. Плохо».

Мне секунд десять понадобилось, чтобы понять, о чем это он.

— Ты на меня не злишься?

Кивок.

— Хвала Древу! — Я буквально почувствовал, как с души падает тяжеленный камень. — Но все равно прошу у тебя прощения за этот форс-мажор.

Еще один наклон лобастой башки. Мол, извинения принимаются. После чего:

«Еда. Хорошо».

— Это да, брат. Еда тут не чета нашей! Одно плохо — такими деликатесами тебя кормить я смогу нечасто. По крайней мере, в ближайшее время. Деда, в смысле, деда реципиента, арестовали по подозрению в госизмене. А он мало того, что мой официальный опекун, у которого доступ ко всем нашим средствам, так еще и сама семья, хоть и дворянская, очень бедная. Но с этим мы разберемся!

На последнее заявление Уний сообщил, что готов помогать. Мы с ним посмеялись над тем, как он будет разбираться с финансами — та еще картина! Как я понял, что мой земляк тоже хохотал? Ну, кашель, оказывается, действительно был аналогом, тут я не ошибся.

Потом я ему накидал свой план действий, идею с командами, которыми мы будем общаться на людях. И как-то незаметно перешел к рассказу о мире, в котором мы с ним теперь будем жить. Так-то переселенцев готовили к миграции, давали все сведения, добытые Кочевниками, но одно дело — лекции там, и совсем другое — здесь.

— Так как я тут графом числюсь, тебе нужно понимать особенности здешнего сословного общества. Ну, просто, чтобы чей-нибудь не тот лакированный башмак не обоссать, — здесь я улыбнулся, а Уний растянул пасть в беззвучном зевке. Смешно, мол. — Ну а что? По моей легенде ты очень хорошо дрессированный пес, умеющий чуть ли не человеческую речь понимать, так что будь любезен соответствовать!

«Математика».

— Я знаю, что ты умный, Уний. Но ты, уж извини, в теле мастифа. И у тебя вряд ли появится возможность показать кому-то свои знания.

«Ярмарка. Представление. Вопрос».

— Нет, конечно, я не буду тебя так использовать! Хотя идея неплохая, можно будет немного денег поднять! Да шучу я, шучу, чего сразу рычать? — Замахал я руками, после чего пояснил: — Даже если бы я захотел так поступить, мне происхождение не даст. Пусть и бедные, но Брюсы — аристократы. Высшее общество за такое распнет, а нам тут надо устраиваться как-то. Ладно, слушай инструктаж.

Я быстренько прогнал в голове, что хотел сказать, и решил начать с политинформации.

— Итак, мы в Российской империи. На троне Андрей Васильевич из рода Шереметьевых, третий носитель имени. Под ним Совет Семи Князей. Перечислять фамилии не буду, тебе пока без надобности, потом подробнее пройдемся. Так, что еще? А! Несмотря на явные признаки самодержавия, монархия считается все же парламентской. Тут есть Сенат, в две Палаты которого входят представители разных сословий. Этот орган может заблокировать решения Совета и даже императора. Кроме шуток, один раз даже получилось, лет пятьдесят назад, чем местные страшно гордятся. И сам император не устает вспоминать — типа, смотрите, какие мы просвещенные!

Двигаясь по заготовленной программе, я вываливал на собеседника тонны информации, часть из которой он уже знал, но без тонкостей и нюансов. Например, рассказал, что европейские страны в общем и целом лежат под русско-германским альянсом и давно уже не пырхаются, послушно выполняя роль сателлитов одного из гегемонов. Что на двух материках в Западном полушарии живет и здравствует коренное население, которое смогло развиться до крупных государств, так как Эпоха великих географических открытий здесь пришлась на вторую половину семнадцатого века, а главными первооткрывателями выступили русские и германцы.

В результате колониализма, известного на множестве соседних с нашим родным Листком, здесь не было. У гегемонов и так земли было хоть заешься, так что с немного отстающими по развитию от европейцев мешика (самоназвание одного из крупнейших народов) был заключен мир.

— Империя Ацтлан полностью контролирует Южный континент в Западном полушарии, а Союз Пяти Племен — северный. Поднебесная уничтожила государство Ниппон триста лет назад и полностью подчинило его, породив Великий Исход. При поддержке тогдашнего русского царя несколько миллионов ниппонцев переселились на здешнюю территорию, и их аристократия стала родниться с нашей. Маратхи подмяли под себя все южные земли и находятся в постоянных зарубах с ханьцами из Поднебесной. Примерно так выглядит политическая география.

«Главный. Город. Нет. Москва. Вопрос» — пока я рассказывал, Уний с задумчивым видом бродил между разложенными табличками. И когда я закончил, выложил передо мной чуть ли не целое предложение.

А может мне не таблички, а что-то в виде интерактивного экрана для разговора с ним приспособить? На котором можно лапами буквы нажимать? Правда, придется ему научиться задавать вопросы на здешнем языке, да и сама такая приблуда обойдется ой как недешево. А у меня денег нет. Ладно, значит, пока таблички…

— Столица Российской Империи — Владимир, — ответил я, раздумывая над вопросами межвидовой коммуникации. — Огромный город с населением в восемь миллионов — и это только постоянно проживающих, а с приезжими так и все десять будет. Перенесена из Москвы чуть больше четырехсот лет назад, в период, когда династию Рюриковичей сменили Шереметьевы.

«Еда. Деньги. Вопрос».

Как выяснилось, земляка больше волновали не геополитика с географией, а более бытовые и насущные вопросы.

— Деньги на жизнь, пусть и не шикарную, у нас есть, — ответил я. — Всё же бедные аристократы — это не прям нищие. С голоду не помрем точно. Но нужно получить доступ к управлению. Сейчас закончим тут, позавтракаем и пойдем в Тайную Канцелярию. Будем выбивать из этих ребят доступ к нашим средствам.

«Человек. Кровь. Злой. Вопрос» — за время общения я уже наловчился почти с полуслова понимать, что мне хотел сказать Уний. Несмотря на то, что порой выглядели его вопросы очень неочевидно.

— Не знаю я, Уний. Может дед и правда заговорщик. Он, конечно, старый пень, но ведь еще и сильный энергет. Вполне возможно, что у него хватило бы сил на то, чтобы выступить против власти. Правда, я не знаю, на кой черт ему это понадобилось.

«Ты. Человек. Кровь. Проблемы. Вопрос».

— Мне уже дали понять вчера, что Тайная Канцелярия не рассматривает меня как подозреваемого. Обычно родственников подозреваемых тоже втягивают в разработку, но тут сработало то, что Роман Брюс последние годы при смерти лежал — никто на него и думать не будет.