Грань Миров: Противостояние
Шрифт:
– Как я и говорил, его мать простой голод. Это подтверждается строением его тела, ведь он почти не отличим от них. Насколько я знаю, в сражении с твоей стаей он использовал технику чудовищной силы. А по Обречённым горам не каждый день ходят демоны полукровки, как две капли воды похожие на голодов, и призывающие силу сравнимую с лордами, знаешь ли.
Закончив речь, говорун чуть склонил голову набок и прищурился, изучая реакцию гончей. Та в свою очередь недовольно рычала, опустив взгляд и, кажется, была полностью поглощена раздумьями. А время, меж тем, медленно тянулось. Многие повозки проехали мимо странной четвёрки замершей у скалы, некоторые демоны недовольно рычали и даже кричали что-то, но как только замечали двух Вэги и знаменитую гончую сразу же смолкали, решив просто продолжить путь.
Наконец, Журба-зен принял решение. Подняв голову, он посмотрел прямо в глаза карлика, которого совсем недавно хотел разорвать на куски, и медленно произнёс:
– Хорошо, рассказывай свою историю. Я тебя выслушаю.
Комментарий к Часть пятая – Наследие Глава
XXII
– Поступь рока Версия после редакиции
====== Глава XXIII – Все уже здесь ======
31 день месяца близнецов 2125 года по летоисчислению мира демонов
Третий круг – Чревоугодие, топи грешников
Огромный демон с прекрасными рогами медленно взобрался на таинственную гряду, возникшую в роще Цербера. Не скрывая удивления, он замер на её вершине. Обдуваемый ветром он, слегка приоткрыв рот в изумлении. Не понимая верить своим глазам или нет, он тихо ахнул и обвёл взглядом чудовищный кратер.
Кристоронн узнал о поражении стража круга всего пару часов назад. Его любимец – полукровка разведчик рассказал об огромных разрушениях, однако, увидев место великой битвы, даже принц ада был шокирован до глубины «души». Вся долина Цербера была стёрта с лица Чревоугодия, будто никогда и не существовала. Вместо неё здесь оказался кратер примерно в километр диаметром. Лишь взойдя на гряду окружающую его, владыка гнева уверился в словах полукровки.
Голая потрескавшаяся от неумолимого жара земля, покрывала его. Несколько уцелевших деревьев за его пределами были обуглены и лишь чудом смогли выстоять. Ни болот, ни грязи, ничего. Лишь сухая мёртвая корка и гигантский провал кратера.
«– Да что это такое? Что же это за сила?» – пронеслось в голове принца, но стоило ему осознать смысл, как он яростно взревел и со всей силы топнул лапой. Огненный вихрь взвился ввысь, а гряду кратера рассекла широкая трещина. Выпустив, таким образом пар, демон развернулся и спокойно пошёл вниз. У подножья его ждал полукровка-прыгун. Стоило Кристоронну приблизиться, как он тут же склонился в почтительном поклоне. Даже не обратив на это внимание, владыка прошёл мимо, бросив на ходу лишь одно:
– Я хочу видеть его!
Древний грот скрывался среди гор восточной границы Чревоугодия. От кратера до него тянулась широкая полоса поваленных деревьев и взрытых огромной тушей болот. Преодолев этот путь Кристоронн со свитой смело вошёл внутрь. Чистейшее озеро, не тронутое вездесущей гнилью и вонью, предстало перед ними. И прямо посреди некогда прозрачной воды лежал Цербер.
Страж Обжорства был едва жив, но все-таки жив. От трёх голов осталась лишь одна, но это лишний раз доказывало жестокость битвы, через которую ему пришлось пройти. Огромное тело всё ещё покрывали кровоточащие раны, но самые широкие уже начали заживать. Услышав шаги незваных гостей, Цербер открыл глаза и грозно зарычал. Замерев на полушаге, Кристоронн и окружающие его демоны остановились готовые к бою. Однако в следующее мгновение рык прервался гортанным бульканьем, и яростный зверь зашёлся кашлем. Кровавые брызги оросили некогда чистые воды, медленно кружась и растворяясь.
Мигом, растеряв всю свирепость, в глазах демонов страж круга из яростного Цербера превратился в раненого пса. Широко распахнув глаза, Кристоронн не смог подавить удивления. Он хорошо помнил то время, когда вместе с братьями он сражался с этим духом голода. Хотя с тех пор прошло много времени, и Цербер стал совсем другим. Но всё-таки он оставался грозным соперником. Вот только жалкий зверь, загнанный в угол, что предстал перед ним… совсем другое дело. Отбросив попытки сохранить гордость, пёс с трудом успокоил дыхание и вновь закрыл глаза.
«– Он уничтожен… Повержен, но оставлен в живых, чёрт!!! Да что здесь происходит?!»
Окончательно растерявшись, владыка гнева нерешительно замер в каких-то десяти метрах от Цербера. В голову пришла странная мысль, что если подойти ближе, то непременно подхватишь туже заразу. Страшную болезнь окутавшую всё вокруг. Слабость. Она буквально витала в воздухе, разрушая образ из памяти. Неожиданно Кристоронн ощутил злобу. Это чувство выросло из глубины его естества в ответ на уничтоженный образ древнего соперника. До конца своих дней он будет вынужден вспоминать это жалкое зрелище, при одном лишь упоминании Цербера и третьего круга.
Волна ярости окутала демона, разжигая пламя. Свита попятилась от своего хозяина, ощутив липкую злобу исходившую от него. В этот же момент Цербер дёрнул носом, словно тоже учуяв её. Открыв глаза, он медленно перевёл взгляд на принца ада. В этом взгляде не было страха, лишь согласие с судьбой. Прочитав это, Кристорон пришёл в настоящую ярость – ярко вспыхнув адским пламенем. Весь грот разом осветился, длинные тени от сталактитов растворились во вспышке света, а Цербер чуть прищурил глаза. Затем его пасть растянулась в странной улыбке, и он заговорил.
– Ты всё такой же принц… Владыка гнева, – преувеличено весомо произнёс пёс и сам же рассмеялся над словами. – Чего ты ждал? Что после такого буду, как ни в чём не бывало сидеть в том кратере и сторожить этот круг?
Презрительно фыркнув, Кристоронн отвёл взгляд, подбирая слова, затем он вновь посмотрел на него и практически выплюнул:
– Ты трус! Поджав хвост, спрятался здесь, готовый отдать жизнь кому угодно, кто придёт забрать её! Всё здесь провоняло трусостью, да я прямо чую, как она разъедает мою шкуру!
Принц говорил громко, чётко выговаривая слова. Будто насмехаясь над стражем, но его истинные чувства не укрылись от внимательного взгляда Цербера. Он просто не мог поверить, что грозный противник из его воспоминаний мог превратиться в дворнягу. Чувствуя как его воспоминания, раскалываются о суровые скалы действительности, он захотел вновь разжечь искру гордости в давнем враге…или друге. Быстро поняв истинные чувства принца, Цербер лишь усмехнулся, но всё же тепло благодарности разлилось где-то глубоко внутри.