Чтение онлайн

Отец вышел со двора. Дронго стоял у дверей, продолжая разговаривать с Касумовым, и краем глаза заинтересованно наблюдая за отцом. Тот прошел в соседний двор, поздоровавшись, попросил воды. Это был двор, находившийся на противоположной стороне улицы, недалеко от дома Нияза Байрамова. Соседский мальчишка вынес воды для пожилого человека. Отец перекинулся с мальчишкой парой фраз, потом вернулся к своему сыну.

– Ну и какой вывод ты сделал? – спросил он.

Дронго насторожился. Неужели отец мог что-то выяснить за полчаса, пока он находился в Нардаране? Касумов с некоторым сожалением смотрел на пожилого человека. «У каждого свои странности», – думал он.

– Они проверяют по второму разу всех родных и близких покойного, – пояснил Дронго, – а заодно составили список всех его соседей.

– Это, конечно, продуктивно, но малоэффективно, – возразил отец, – знаешь, я начинаю понимать, в чем твоя проблема. Ты действительно слишком часто проводишь время за рубежом. Там твои эффектные трюки на публику еще срабатывают, а здесь, когда нужно небольшое знание местных обычаев, ты теряешься. Это не очень хорошо, тебе не кажется, что ты несколько оторвался от своих родных мест?

– Кажется. Слава Богу, что мне нечасто приходится работать именно в Баку. Здесь бывает не так много по-настоящему сложных преступлений.

– Вот-вот. А это убийство ты считаешь очень сложным. Я тебя всегда учил мыслить нестандартно, уметь замечать мелочи, но всегда находить собственный путь. Кажется, я немного перестарался.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Если бы ты был внимательнее, ты бы мог сам ответить на мой вопрос. Кто еще, кроме родных и близких, мог появиться здесь вечером или ночью, не вызывая подозрений у соседей?

– Не знаю, я думал, электрики или местные представители власти.

– Ночью, – фыркнул отец, – я же говорю, что твое умение мыслить нестандартно однажды приведет тебя к плачевным последствиям. Посмотри во двор, что ты там видишь?

– Дом, двор, палатку, сарай...

– Еще что? – требовательным голосом спросил отец.

Касумов, заинтересовавшись, подошел ближе.

– Бассейн...

– Какой бассейн?

– С водой... с питьевой водой... – Он замер, пораженный.

– Вот именно, – торжествующе сказал отец, – ты привык к тому, что на Западе, где ты так любишь бывать, бассейн – это место для плавания. И только для плавания. А в Нардаране живут по старинке. Здесь купаются не в бассейнах, а в море. А в бассейнах хранят питьевую воду, которую используют на нужды хозяйства. Но в бассейне погибшего воды нет.

– Как ты догадался?

– Посмотри на дымящийся самовар. Рядом стоят привезенные бидоны с водой. Я специально подошел к бассейну, посмотрел внутрь. Там почти нет воды. А ведь бассейн был единственным водным резервуаром для большого хозяйства погибшего. Он не купался в бассейне, а использовал воду на личные нужды. Я прошел к соседям и довольно быстро выяснил, что воду им привозили три дня назад вечером. Как раз в день убийства. У всех соседей бассейны стоят наполовину полные и только в доме убитого в бассейне нет воды. А ведь по местным правилам в нардаранские дома воду привозят обычно один раз в неделю.

Он достал платок, не спеша вытер лоб. Отец никогда не выходил из дома без элегантной шляпы, которую он умел носить с неподражаемым изяществом старых аристократов. В летние дни он иногда разрешал себе ходить в кепке, но любимым головным убором все равно оставались шляпы, немного похожие на цилиндры, в которых ходили в девятнадцатом веке. Отец убрал платок и продолжал говорить:

– Обратите внимание, что бассейн был пуст. Покойный вряд ли мог израсходовать целый бассейн воды после своей смерти. Значит, водовоз до него просто не доехал. Обычные водители водовозов – это местные жители из соседних сел, которые днем развозят воду на заказ, а вернувшись поздно вечером, сливают цистерны с водой своим соседям, чтобы не делать порожних рейсов. Кто мог подъехать к дому, не вызвав подозрений, шум какой машины любой сосед в Нардаране сочтет нормальным? Только водовоза. Только привезенной воды. Поэтому не лаяли и собаки. На воду собаки не лают, тем более если водитель знакомый и раньше тоже привозил сюда воду. Вот и вся твоя разгадка. Проверьте всех водовозов, которые могли быть здесь в ночь на первое апреля, и наверняка найдете если не убийцу, то хотя бы сообщника преступления.

Эльдар стоял в позе пораженного ударом человека. Он медленно повернул голову к Дронго и изумленно спросил:

– Это он говорил серьезно?

– Он всегда серьезен, – улыбнулся Дронго.

– А на будущее учти, – добавил отец, – что, кроме привычного анализа, нужно уметь правильно оценивать местные условия, обстановку, все, что тебя окружает. Убийство в Лондоне или в Нардаране – это совсем разные вещи. И даже в центре Баку ситуация совсем не та, что может сложиться в этом поселке. Надеюсь, на будущее ты это учтешь? Где наша машина?

– Вон там, – шепотом произнес Касумов.

Отец повернулся и пошел к машине. Дронго двинулся следом.

– Подождите, – схватил его за руку Касумов, – вам не говорили, что ваш отец – гений?

– А вот это совсем напрасно, – услышав его фразу, отец повернулся к нему лицом. – На самом деле я всего лишь внимательный наблюдатель. Зато он разбирается в таких вещах гораздо лучше меня. Просто иногда он торопится и не хочет обращать внимания на мелочи. А вообще-то я сделал выводы благодаря его обстоятельному рассказу. Мне оставалось только расставить акценты.

Дронго пожал плечами и шепотом сказал Касумову:

– Позвоните мне завтра. Надеюсь, теперь вам будет гораздо легче найти убийцу, – с этими словами он поспешил за отцом. Уже сидя в машине, он тихо признался: – По-моему, ты был сегодня в ударе.

– Нет, – ответил отец, – ты был совсем маленьким, когда умер твой дедушка. Вот это был человек. Он был настоящим гением. А мы всего лишь жалкие подражатели. Но у тебя еще есть шанс немного отличиться.

Дронго улыбнулся, и больше они не сказали друг другу ни слова, пока машина не въехала в город.

Уже несколько дней полковник Мовсаев со своей группой пытался выяснить, какие грузы переправлял в Баку прибывший всего на один день в столицу России турецкий гражданин Натиг Кур. Проверка грузов на таможне аэропорта Домодедово подтвердила, что турецкий гражданин не привозил и не декларировал никакого дополнительного багажа во время прибытия в Домодедово. Следовательно, за одну ночь он сумел приготовить три ящика, которые проследовали с ним рано утром из Шереметьево-один.