Чтение онлайн

Писцы действовали весьма подготовленно. Прошло не так уж много времени, прежде чем они вывели Лифт в коридор, нагрузили кипой отчетов и разбежались выполнять различные обязанности. Ее оставили с одной из младших письмоводительниц, не намного старше самой Лифт, которая должна была проводить ее до убежища.

Лифт смылась от девочки на первой же развилке, юркнув в боковой коридор, пока юная письмоводительница рассказывала о чрезвычайном положении старому осоловевшему ученому в коричневой шикве. Лифт сбросила прекрасную азирскую накидку, запихнула ее в угол, оставшись в штанах, сорочке и рубашке нараспашку, и направилась в менее людную часть здания. В просторных коридорах кричали друг на друга писцы. Она не ожидала столько шума от кучки сморщенных стариков и старух с чернилами вместо крови.

Здесь было темно, и Лифт пожалела, что обменяла свою счастливую сферу. Коридоры различались между собой азирскими узорами на ковровых дорожках, но и только. По стенам тянулись ряды сферных ламп, но заряженная сфера светилась только в каждой пятой. И каждая давно изголодалась по буресвету. Лифт потратила целую минуту на одну из ламп, расшатывая задвижку, но та была заперта на совесть.

Лифт пошла дальше по коридору, заглядывая в забитые бумагами комнаты. Книжных полок оказалось меньше, чем она ожидала. В отличие от библиотеки здесь у стен стояли выдвижные ящики, в которых и хранились стопки документов.

Чем глубже в здание она забиралась, тем тише становилось, пока не начало казаться, будто идешь по мавзолею, только для деревьев. Отчеты она скомкала и запихнула в карман. Их было так много, что засунуть в карман еще и руку уже не получалось.

– Госпожа, – позвал Виндль с пола. – У нас мало времени.

– Я думаю, – ответила она.

Это было ложью. Она старалась избегать размышлений.

– Жаль, что план не сработал, – добавил Виндль.

Лифт пожала плечами.

– Все равно тебе здесь не нравится. Тебе нравится садоводство.

– Да, у меня в планах была милейшая выставка обуви, но... полагаю, мы не вправе разводить сады, когда мир на пороге конца света. И если бы меня приставили к тому доброму сапожнику, меня бы здесь не оказалось. И Сияющий, которого вы пытаетесь спасти, был бы, считай, покойником.

– Скорее всего, он и так, считай, покойник.

– И все же... все же стоит попытаться, правда?

Дурацкий пустоносец со своими подбадриваниями. Она взглянула на него и вытряхнула из кармана комки бумаги.

– От них никакого толку. Нам нужен новый план.

– И времени в запасе гораздо меньше. Закат приближается вместе с бурей. Что будем делать?

Лифт выбросила бумажки.

– Кто-то должен знать, куда идти. Женщина, которая разговаривала с Мраком, его ученица, сказала, что ее расследование не стоит на месте. Говорила она уверенно.

– Ха, вы же не думаете, что к ее расследованию привлечена кучка писцов, разгребающих отчеты?

Лифт склонила голову набок.

– Это было бы умно, – произнес Виндль. – В смысле, даже мы до такого додумались.

Ухмыльнувшись, Лифт побежала обратно, туда, откуда пришла.

15

– Да, – подтвердила толстуха-письмоводительница, растерявшись после просмотра учетной книги. – Это отдел Бидлела, комната двести тридцать два. Описанная вами женщина наняла их две недели назад для неизвестного проекта. Мы очень серьезно относимся к неразглашению информации о наших клиентах. – Вздохнув, она закрыла книгу. – Императорские полномочия – исключение.

– Спасибо. – Лифт крепко обняла женщину. – Cпасибо-спасибо-спасибо-спасибо.

– Хотела бы я знать, что все это значит. Бури... думаешь, что именно тебе рассказывают все подряд, но меня не покидает чувство, что даже короли пасуют, если против них ополчился мир. – Она покачала головой и посмотрела на Лифт, которая до сих пор ее обнимала. – Я направляюсь в закрепленный за мной пункт сбора. Вам стоит поискать укрытие.

– Конечно-всенепременно-пока. – Лифт отпустила ее и понеслась в комнату с отчетами в противоположном от буреубежища направлении.

Генна выглянула в коридор.

– Бидлел уже эвакуировался! Дверь будет заперта! – Помедлив, добавила: – Поаккуратнее там!

– Пустоносец, можешь найти номер, который она сказала? – бросила Лифт на бегу.

– Могу.

– Отлично. Ведь столько пальцев у меня нет.

Они неслись по похожей на пещеру, уже опустевшей Дирекции. Спустя всего полчаса после издания диктата – Виндль отслеживал время – все были на пути к выходу. Перед бурей горожане запирали двери или направлялись в безопасные места. У кого нормальные дома, пересидят в них, беднякам оставалось идти в убежища.

Несчастные паршуны. Здесь их не так много, как в Азимире, но по приказу князя всех собрали и выгнали на поживу буре. По мнению Лифт, это было ужасно несправедливо.

Впрочем, никто не слушал ее жалобы по этому поводу. И Виндль полагал, что паршуны могут превратиться в пустоносцев. А ему виднее.

И все равно несправедливо. Она бы не оставила Виндля снаружи. Пусть он и заявляет, будто это не причинит им вреда.

Виндль провел Лифт на два этажа вверх, затем начал отсчитывать комнаты. Крашеный пол на этом этаже был деревянным, и Лифт чувствовала себя немного странно. Деревянный пол. А вдруг он проломится и они провалятся вниз? Деревянные постройки всегда казались ей непрочными, поэтому на всякий случай она ступала осторожно. Пол...

Лифт нахмурилась и, присев, посмотрела по сторонам. Что за звуки?

– Двести двадцать один... – бормотал Виндль. – Двести двадцать два...

– Пустоносец, заткнись! – прошипела она.

Изогнувшись, он вполз на стену. Лифт прижалась к ней спиной, нырнула за угол в боковой коридор и снова прижалась к стене.

По ковру затопали сапоги.

– Поверить не могу, что ты называешь это зацепкой, – раздался женский голос. Лифт узнала по нему ученицу Мрака. – Ты точно служил стражником?