Чтение онлайн

Через десять минут мы отложили в отдельный полотняный мешочек артефакты, пригодные для обмена. Ганс Кубышка мог достать и устроить всё, с истинно немецкой педантичностью соблюдая оговорённые условия сделок. Я смотрел, как Сандра укладывает вещи, и всё увереннее понимал, что хватит уже бегать по Зоне. Фрези ушла своей дорогой, даже если мы когда-нибудь где-нибудь встретимся, это не будет встречей двух близких людей. Общее прошлое, не более. Доехать до Кубышки, сплавить ему кучку ценных порождений этого перекрёстка миров, и... И куда? Там видно будет. Мысль отправиться на поиски гипотетического отца Элен Уордер я не оставил, но пока отложил как проходящую по разряду "Пойди туда, не знаю куда".

– Всё, едем. Тут самое большее часа три-четыре. Дорога сохранилась. Грузимся.

Накатанная грунтовка оказалась даже лучше, чем я ожидал. "Ханомаг", побывавший в руках механиков Айбаса, шел легко, глотая почти все неровности своей шахматной подвеской. До логова тороватого фрица мы доехали даже меньше чем за три часа, при этом не напоровшись в пути на неприятности. Всякое специфическое зверьё Зоны разбегалось "по домам", сталкеры, военные и прочий люд тоже старался смыться кто куда.

Ганс Кубышка не стал оригинальничать и сворачивал хозяйство. Но из-за масштабности оного и дотошности хозяина, это нисколько не было похоже на драп. На подровненной маленьким бульдозером полосе стоял Ан-12, сам бульдозер оранжевым тараканом прямо сейчас заползал в его объёмистый трюм. Немного в стороне наготове стоял погрузчик, ещё один таскал в самолёт поддоны с армейскими контейнерами.

– Это мы вовремя угадали, - пробурчал я, направляя БТР в сторону жилых строений. Нас встретили два улыбчивых арийца, бессменные местные церберы Фридрих и Вильгельм.

– Guten tag, Herr Harald, guten tag, damen, - радостно оскалились они.
– Heinz hat auf sie gewartet.

– Warum?
– удивился я.

– Er wusste das sie kommen wurden. Gescheit, - Фриц постучал себя по лбу.

– Да уж, такого умника как Ганс ещё поискать, - я согласился с Фридрихом.
– Er leben sein Verstande.

– Ja, ja, - закивали оба стража.
– Wilkommen sie, - сказал Вилли, откатывая ворота.

Ганс, по обыкновению, встречал гостей на просторном крыльце. Сейчас он был вовсе не Кубышкой, но прозвище приклеилось к нему накрепко с самого начала. Обычный плотный дядька неопределённо за пятьдесят, с лысиной и седым полукругом волос.

– Ну что, делаешь ноги, Ганс?
– я стиснул немца.

– Куда деваться. Видать, такова судьба историческая, делать ноги из России, - ухмыльнулся он.
– Заходите, все разговоры за столом.

Сандру он знал, а после представления Элен пристально посмотрел на неё и мне показалось, будто прошептал что-то на родном языке. Она не обратила на это внимания, разглядывая логово Ганса, украшенное в фантасмагорическом стиле, смешавшем что-то русское, что-то германское, и остальное непонятно откуда. Как мы его обычно подкалывали, "оккупант обжился". После подобных речей, как правило, разговор переходил в плоскость альтернативной истории, с громогласными ссылками на авторитетных военспецов с обеих сторон фронта, а заканчивалось всё мировой бутылкой шнапса.

Служанки быстро собрали нехитрый обед и испарились. Ганс налил в серебряные рюмочки какую-то душистую настойку и провозгласил:

– Не пьянства ради, а здоровья для. Так с чем пожаловали?

– Как обычно. У нас товар, у вас купец.

Я схрумкал дольку маринованного огурца, а потом вынул из внутреннего кармана мешочек. На стол выкатилась горсть самых мелких - и самых ценных артефактов Зоны. По моим скромным прикидкам, они тянули тысяч так на шестьсот евро.

Ганс посмотрел и, не говоря ни слова, нацедил себе полную рюмку. Выпил.

– Ничего себе. Одних только активных линз десять пар. Так... криптолиты, гидролиты, ого! Давненько мне "бешеную слизь" не приносили. Да ещё четыре дозы разом.

Ганс поднял небольшой, с парфюмерный пробник размером, флакончик из прозрачного стеклоподобного материала. Внутри опалесцировала ядовито-зелёная субстанция. Она растворяла ещё больше веществ, чем плавиковая кислота, но такие вот флакончики её удерживали вполне безопасно. Обычно "бешеную слизь" находили в заброшенных, неведомо чьих лабораториях, попадавшихся в центральных секторах. Нам же она досталось в виде трофея.

Толстые пальцы Ганса ещё немного пошуршали пакетиками, склянками и просто артефактами, которым не требовалась никакая упаковка, но было очевидно, что он определился.

– Вот что, други, - немец слегка хлопнул ладонями по столу.
– Кругло говоря, это миллион евро. В любом твёрдом исчислении. Камушки, золото, платина, рений. Немедленно. И конвой с моими мальчиками до ближайшего блок-поста. Но.

Он внимательно посмотрел на нас, вновь на лишнее мгновение задержав взгляд на Элен.

– Я так понимаю, грубая материя вас сейчас не очень интересует. Спрашивайте.

Я глянул на Сандру, на Элен. Как говорится, пролетариату нечего терять, кроме своих цепей...

– Ганс, у тебя есть информация о переходах в те мерности, которые проявлены в различных секторах? Хотя бы уцелевших. И о самих мерностях. Нам достоверно известен только один, к недавним союзникам, плюс с допусками ещё пара. И то без деталей, что там, по ту сторону.

Кубышка крякнул и немедленно выпил ещё одну рюмку шнапса.

– За горло берёшь как трофейная команда Жукова. Ты знал?

– Догадывался, - лаконично ответил я, наливая по кругу.
– У тебя не может не быть настолько ценных сведений.

Немец задумчиво сжевал целую пластину тонко нарезанной ветчины и признался:

– Да. За это время у меня накопилось кое-что. Одиннадцать разведанных переходов. Ты ведь знаешь, что артефакты не сами по себе расползались по Зоне, девять десятых тащили оттуда особо ушлые сталкеры из самых ранних. Дотаскивали, ясен пень, не все и не всё. Вот оно и терялось-находилось, ага. Шесть миров техногенных, вроде нашего, плюс-минус сотня лет, три условно можно назвать магическими, остальные два - мёртвый и полумёртвый. Давняя война, то ли междусобойчик, то ли с кем-то извне.