Чтение онлайн

Собственно, город был побольше, чем считалось среди жителей Северной Пустыни. Холмики с подозрением на искусственное происхождение можно было различить даже до того, как Ялар заметил руины вдали. Но именно руины, что сохранились худо-бедно, местные жители называли Городом Мертвых. И эти руины являли собой самый жуткий сюрприз для Галы Чагай, за всю ее недолгую жизнь.

Как человек, обожавший в школе уроки истории, Гала знала, как примерно должен выглядеть древний город. Приземистые здания из камня или глины, дворцы и храмы с колонами, какие-нибудь статуи. Все это присыпано песком или заросло травой, и плющ оплетает колоны древних сооружений. Еще Гала знала, что страны с долгой историей, у которых сохранились такие вот города, на другой грани обожают приманивать ими туристов, показывать, рассказывать водить экскурсии, чтоб все охали и ахали. Но Город Мертвых на этой грани был самым наглым вызовом Галиным представлениям.

Древние руины некогда были весьма высокими зданиями. Мало того что первые три-пять этажей по-прежнему стояли, так еще и сверху выглядели какими-то обкусанными или обрубленными. А ведь сооружений больше пяти этажей Гала просто не видела на этой грани. Но даже не высота была главным фактором, поразившим ее.

То, что осталось от древних зданий, было неестественно угловатым и каким-то шаблонным. Уж больно походили руины одна на другую, словно к их строительству приложили руку одни и те же люди. Такая однотипность в сочетании с геометрической правильностью, невзирая на годы и столетия, никогда не встречалась на этой грани. Зато на другой, на так называемой Яви, она была золотым правилом архитектуры. Только там могли построить нечто подобное. Где главное — не красота, а время, которое, как известно, деньги, а денег тратить хочется как можно меньше.

Руины не были ни каменными, ни кирпичными. Сколько ни приглядывайся, невозможно было различить в стене отдельные ее элементы. Стена сама была элементом, а вручную такие элементы не соберешь.

Бетон, вспомнила Гала слово с другой грани. Просто бетон и подъемные краны.

Окончательно же добило ее здание с колонами и надписью-барельефом. На ее, Галы, родном языке. «Рута-Банк». На другой грани ей приходилось видеть это здание в родном городе. И живьем, и на рекламных проспектах. Вот только там оно было целым, ухоженным и даже блистающим. И никак не полуразвалившимся и наполовину засыпанным песком.

— Смотрите! — воскликнула она, — как это может быть?

— Тихо ты, — на Галу покосились, как будто она испортила воздух в лифте, — хочешь, чтоб все мертвяки сбежались? Что может быть?

— Это! Видите? Это «Рута-Банк»! И руины зданий — они современные! Как на другой грани. Это мой родной город с другой грани!

— А что именно тебя удивило? — поинтересовался Боград, — тебе не впервой видеть здесь вещи, у которых на другой грани есть двойники. Университет в столице, например. Там ведь столица тоже на берегу моря расположена?

— Вы что, не понимаете? — Гала от волнения руками замахала, — при чем тут универ? Тут средневековье, понимаете? Эта грань более отсталая. Здесь не может быть зданий из бетона и, тем более, банков. Разве что менялы и ростовщики. А это здесь откуда?

— Ну, на самом деле, — начал терпеливо объяснять Боград, — тут нет ни бетона, ни банков. И я надеюсь не дожить до их появления. А то, что ты видишь — просто древние руины. Остатки.

— Но ведь это все представления опрокидывает, — забегала Гала подле руин «Рута Банка», — считается, что эта грань более отсталая. Что она в развитии остановилась, а Явь, так называемая, ее обогнала. Получается, что нет. Совсем наоборот, то, что сейчас на Яви — все это было здесь. Давным-давно. Как же я раньше не догадалась! Огненная Смерть — это ядерный взрыв! И, от радиации — ожоги, долгая мучительная смерть, бесплодие. Еще твари типа гигантских скорпионов. Это называется мутация.

Гала кричала, жестикулировала, ходила туда-сюда, спутники слушали незнакомые на этой грани слова, глядели на нее со смесью удивления и раздражения, потому и пропустили, когда из-за угла просунулась пара костлявых рук и ухватила девушку за горло. В глазах потемнело.

Очнувшись, Гала не сразу поняла, где она, что это за яркий свет с потолка, и что это за лицо склонилось над ней.

— Привет, Гал! — сказало лицо, улыбаясь, — давненько не виделись. Сикоко там времени прошло? Неделя, больше?

— Вир… лена? — Гала произнесла осторожно, не веря своим глазам. Ее подруга больше не лежала на соседней кровати, похожая на труп, а смотрела на нее. Живая, здоровая, без малейшего ущерба для своей дорогой внешности, — а мы тебя спасать пошли…

— Мы? — удивленно посмотрела на нее Вирлена.

— Да. Я, потом твой парень, Михай, еще странник Боград… Слушай, а как тебе удалось освободиться? Мадракс что, тебя добровольно отпустил?

— Давай, не будем о «хорошем», — красивое лицо Вирлены слегка помрачнело, но только слегка, — я по тебе очень скучала. По всем вам. Всей нашей общаге.

— Ты знаешь, Вир, прямо не знаю, как тебе сказать, — Гала немного помялась, не зная, как подойти к одному деликатному вопросу, и не нашла ничего лучше, чем сказать «в лоб», — Михая убили.

— Эх, Михай, Михай, — вздохнув, произнесла Вирлена с почти театральными интонациями, — я так и знала, что он доиграется. Уж больно привык считать себя самым крутым. И очень хотел, чтоб я только ему принадлежала. А я не тачка. И не шмотки. Помнишь, я сказала, что люблю всех. Тебя, его, соседей по комнате, одногруппников. Даже таксиста, что подвозил меня.

— Ты не поняла, Вир, — голос Галы стал тревожным, — убили Михая… и хотели убить меня. В крайнем случае, повесить на меня убийство. Что-то происходит, Вир. С тех пор как тебя похитили. Некоторые люди оказываются совсем не теми… кем кажутся с первого взгляда. Чем дальше — тем страшнее.

— Галочка! — ласково сказала Вирлена, обнимая подругу, — да не грузись ты. Проще надо! У тебя депресняк, или стресс какой. Нервы не восстанавливаются, сама же знаешь. Переучилась, перетрудилась, перенервничала меня спасать. Кстати, далеко вы прошли?

— До Города Мертвых, Вир. Еще бы денек и дошли бы до Мадракса.

— А ты не промах, Гал. Не ожидала от тебя. На той грани и чудища, и идиоты с мечами, и колдуны. Неужели тебе не страшно… было?

— Было страшно. Поначалу. Но больше нет, потому что здесь — страшнее. Там все ясно. Кто друг, кто враг, кого куда бить и на кого положиться. Здесь нет такого. И, на первый взгляд, все в порядке. Чисто, комфортно, безопасно. А свернешь на шаг вправо или влево — считай, труп. Не на кого рассчитывать и не на что. Нет ни друзей, которые придут на помощь, ни оружия, чтобы защищаться, даже врага явного нет. Которого если не убить, то хотя бы в рожу его плюнуть напоследок. Просто, человек был — человека нет. Никто даже не вспомнит.