Грешная
Шрифт:
Но слушай, это не свидание.
В смысле, она же учится в государственной школе."
Он сказал общественная школа таким тоном, словно это сточная канава с пиявками.
"Я встречаюсь только с богатыми девочками."
Ария прищурилась.
"Ты отвратительный."
"Поаккуратней, любовница Шекспира."
Майк ухмыльнулся.
Ария побледнела.
Шекспиром Майкл прозвал Эзру Фитца, бывшего парня Арии, а по совместительству ее преподавателя английского.
Это был второй секрет, которым Мона-А мучила ее.
СМИ тактично держали все их секреты в тайне, но Ария подозревала, что Майк узнал об истории с Эзрой от Ноэля Кана, его напарника по лакроссу, по совместительству - самого главного сплетника школы Розвуд Дэй.
Ария заставила Майка поклясться никогда не рассказывать об этом Элле, но он не мог удержаться от соблазна подразнить ее.
Элла отрезала кусочек хлеба.
"У меня в скором времени, возможно, тоже будет свидание", - неожиданно ляпнула она.
Ария выронила свою вилку для фондю.
Вряд ли что-то могло удивить ее еще больше, даже если бы Элла сказала, что она возвращается обратно в Рейкьявик, где ее семья провела последние три года.
"Что? Когда?"
Элла теребила в руках бирюзовые бусы.
"Во вторник".
"С кем?"
Элла опустила голову и стала видна тонкая серая полоска у корней её волос.
"Так, кое-кто с кем я общаюсь на сайте знакомств.
Кажется, он хороший, но все же, кто его знает? Я не слишком много знаю о нем...
Мы говорили о музыке, в основном.
Мы оба любим Роллинг Стоунз".
Ария пожала плечами.
Когда пошла мода на рок-музыку в семидесятых, она была поклонницей Velvet Underground - Мик Джаггер был гораздо более худым, чем она, а Кит Ричардс и вовсе был ужасен.
"Чем он занимается?"
Элла смущённо улыбнулась.
"Если честно, то понятия не имею.
Всё, что я знаю, - его зовут Вольфганг".
"Вольфганг?" Ария чуть не выплюнула кусок хлеба изо рта.
"Как Вольфганг Амадей Моцарт?"
Лицо Эллы становилось все более и более красным.
"Наверное, я не пойду".
"Нет, нет, ты должна пойти!" - вскрикнула Ария.
"Думаю, это замечательно!" - она была рада за Эллу.
С какой стати все самое хорошее должно доставаться ее папе?
"А мне кажется, что это отвратительно", - пискнул Майк.
"Свидания людей за сорок должны быть вне закона."
Ария его проигнорировала.
"А что ты собираешься надеть?"
Элла уставилась на свою любимую баклажановую тунику.
Вокруг шеи на ней была цветочная вышивка, что больше напоминало пятно от яичницы.
"А что в нем не так?"
Ария выпучила глаза и покачала головой.
"Я купила его в той Датской рыбацкой деревеньке в прошлом году", - возразила Элла.
"Ты была со мной! Та старая беззубая женщина продала ее нам."
"Мы должны купить тебе что-то другое", - настаивала Ария.
И перекрасить твои волосы.
И разреши мне сделать тебе макияж."
Она прищурилась, представляя шкафчик в ванной матери.
Обычно он был завален акварельными красками, банками скипидара и незаконченными ювелирными проектами.
"А у тебя вообще есть косметика?"
Элла сделала еще один внушительный глоток пива.
"Неужели я не смогу ему понравиться безо всех этих... украшений?"
"Ты все равно останешься собой.
Только станешь еще лучше", - уверяла Ария.
Майк ходил туда-сюда между ними, а затем загорелся идеей.
"Знаете, что может сделать женщину еще лучше? Импланты!"
Элла собрала тарелки и понесла их к раковине.
"Ладно", - сказала она Арии.
"Я разрешаю тебе сделать мне макияж для свидания, но сейчас мне нужно отвезти Майка на его свидание".
"Это не свидание!" - заныл Майк и потопал из комнаты вверх по лестнице.
Ария и Элла захихикали.
Когда Майк ушел, они смущенно переглянулись, что-то теплое и необъяснимое словами проскочило между ними.
Последние несколько месяцев не были легкими.
Мона в качестве "А" также рассказала Элле о том, что Ария хранила секрет отца целых три долгих года, и, некоторое время Элла была настолько этим отвращена, что еле терпела свою дочь дома.
В конце концов, она простила Арию, и они прилагали все усилия ,чтобы вернуть их отношения в привычное им русло.
Пока что они не достигли прежнего уровня.
Всё ещё оставалось множество вещей, о которых Ария не могла упомянуть. Они пока с трудом проводили время наедине и Элла еще ни разу не доверилась Арии, что прежде было для них привычно.