Грешная
Шрифт:
– Ария!
– позвала Элла, заметив прячущуюся под своим капюшоном дочь.
Она начала махать Арии, делая знаки, чтобы та подошла.
Выражение лица Ксавье было крайне кротким.
Ария была уверена, что как только Ксавье второй раз останется с ней наедине - он извинится.
Но только не сегодня, в этот день и без того было много проблем.
Она схватила руку Спенсер, отвернувшись от своей матери.
– Пойдем, - сказала она торопливо.
– Сейчас.
Спенсер пожала плечами.
Они столкнулись с толпой на крыльце.
Ария снова натянула капюшон на голову, а Спенсер закрыла лицо рукавом, но репортеры все равно преследовали их.
– Спенсер! Как вы думаете, что произойдет в сегодняшнем суде?
– кричали они.
– Ария! Какими потерями все это обернулось для вас?
Ария и Спенсер плотно сжали руки, двигаясь максимально быстро.
Полицейский стоял у дверей здания суда, держа их открытыми для девушек.
Они нырнули внутрь, тяжело дыша.
В холле пахло мастикой для натирки пола и лосьоном после бритья.
Иен и его адвокаты еще не прибыли, поэтому много народа толпилось в коридоре.
Среди них было много полицейских и чиновников, соседей и друзей.
Ария и Спенсер помахали Джексону Хьюзу, окружному прокурору с аристократичной внешностью.
Когда Джексон отошел, Ария проглотила свою жвачку от удивления.
Семья Эли стояла позади него.
Это были миссис и мистер Дилаурентис, а с ними...Джейсон.
Ария видела его совсем недавно: он посетил мемориал Эли и пришел на оглашение обвинения Йену, но каждый раз, когда они встречались, она поражалась тому, как великолепно он выглядит.
– Здравствуйте, девушки, - поздоровалась миссис Дилаурентис, подходя ближе.
Морщины под ее глазами стали более явными, чем помнила Ария, но она все еще оставалась стройна и изящна.
Она оценивающе оглядела Арию и Спенсер.
– Вы обе так выросли, - грустно сказала она, подразумевая, что если бы Эли все еще была жива, она бы тоже подросла.
– Вы справляетесь?
– спросила Спенсер самым взрослым голосом, на который она была способна.
– Так хорошо, как только можем.
Миссис Дилаурентис храбро улыбнулась.
– Вы снова останетесь в городе?
– спросила Ария.
Семья жила в Филадельфии до обвинения Йена несколько месяцев назад.
Миссис Дилаурентис покачала головой.
– Мы арендовали дом недалеко от города на время разбирательства.
Мы подумали, что будет очень сложно приезжать сюда каждый день из города.
Лучше держаться поближе.
Ария удивленно приподняла бровь.
– Мы можем чем-нибудь помочь?
– спросила Ария.
– Например...работа по дому? Вам нужно расчистить подъездную дорожку? Мой брат и я могли бы приехать.
Сомнение мелькнуло на лице миссис Дилаурентис.
Она теребила руками жемчужное ожерелье на своей шее.
– Спасибо дорогая, но это не понадобиться.
Она улыбнулась смущенно и немного натянуло, и извинилась.
Ария смотрела как миссис Дилаурентис идет назад к своей семье.
Она держала голову на столько непреклонно и прямо, что казалось, что на ее макушке лежит книга.
– Она какая-то...странная, - пробормотала Ария.
– Я не могу представить, каково ей сейчас.
Спенсер дрожала.
– Это слушание возможно будет адом.
Они толкнули внутрь тяжелые деревянные двери в зал суда.
Ханна и Эмили уже сидели на втором ряду, прямо позади больших столов для адвокатов.
Ханна сняла свой школьный пиджак и бросила его на спинку стула.
Эмили теребила в руках край своей юбки.
Обе девочки тихо кивнули Арии и Спенсер, когда те проскользнули на свои места рядом с ними.
Зал суда быстро наполнился людьми.
Джейсон сложил папки и файлы на свой стол.
Адвокат Йена приехал и занял свое место через проход.
Неподалеку, на скамье присяжных, сидело двенадцать человек, которых Ария никогда не видела раньше. Они были набраны обоими адвокатами.
Суд был закрыт для репортеров и для большинства жителей Розвуда. Только близкие родственники и друзья могли присутствовать, наряду с полицией и свидетелями.
Когда Ария осмотрелась, она увидела родителей Эмили, отца Ханны и ее будущую мачеху, и сестру Спенсер - Мелиссу.
На противоположной стороне зала суда, Ария заметила своего отца, Байрона.
Он пытался усадить Мередит, несмотря на то, что она не была на поздней стадии беременности.