Грешники
Шрифт:
– Не ошибся.
– Зачем звонишь тогда?
– Сам не знаю, соседка.
Вот.
Мужчина, который несколько часов назад хладнокровно вещал мне о том, что у нас ничего не получится - он поддался порыву.
И набрал мой номер.
А я теперь в волнении топчусь у ворот и жду, звуков его голоса в трубке.
– Почему ты на улице?
– щелчок зажигалки, он затягивается ментоловой сигаретой.
– Потому, что ночь хорошая. Теплая и синяя. Комариная.
Комар жужит возле самого уха.
Отмахнулась и отступила ближе к дороге.
– Домой не пойдешь?
– Не пойду.
Савва замолчал, осталось слышно лишь радио - круглосуточно бодрую болтовню диджея, сменяемую музыкальными вставками.
– Зачем ты к мужу вернулась, Злата?
– новый вопрос негромким бархатистым голосом, и по моей коже бегут мурашки.
– Ты ведь из поселка к отцу сбежала, - напомнил он и выдохнул дым.
– Интересно тебе?
– ответила резко.
– Возвращайся и спроси лично, - поставила условие. И...
Сбросила вызов.
Уставилась на затихший телефон. Просто бесполезный кусок пластмассы. Экран черный и мертвый.
Савва не перезванивает.
Вытерла вспотевшие ладони о джинсы и прошлась вдоль забора.
Чего я добиваюсь? Чтобы он, как Кирилл, на мое место мне указал? Слов, что я со своими требованиями к чужому мужу...могу катиться куда-то подальше.
Шумно выдохнула. И сощурилась, всматриваясь вдаль, туда, где двумя яркими кругляшами вспыхнули фары.
Сердце трепыхнулось в груди.
Господи.
Это он.
Едет, чтобы спросить лично.
Убралась с дороги в траву, растревожив всех насекомых. Прижалась к забору и вцепилась в лямку рюкзака.
Кажется, несколько дней прошло прежде, чем черный Сааб плавно затормозил напротив калитки. Водитель перегнулся через сиденье и щелкнула ручка.
Распахнулась дверь.
Покосилась на наши коттеджи. Мой возвышается темной скалой. А в окнах его дома горит свет, подруга не спит.
Савва, как я и представляла, сидит, откинувшись в кресле, одна рука на руле. Он неотрывно смотрит на меня и терпеливо ждет.
Рванула к машине. Юркнула в салон и хлопнула дверью, в ноги бросила рюкзак.
Сааб тут же тронулся с места. Проехал немного вперед и развернулся, мимо наших коттеджей, дальше по поселку, к шлагбауму.
Зажала ладони между коленей, сижу. Исподлобья разглядываю соседа. Его расслабленную позу, широко расставленные ноги, сильные руки и русые волосы, небрежно спадающие на лоб.
Он ни о чем не спрашивает, просто едет, и я тоже молчу, вдыхаю запахи табака и парфюма и никуда не хочется из этой машины выходить, мне нравится, с ним рядом, нравится ветер, что треплет волосы и скорость, по полупустой трассе в сторону города, к далеким огням.
Мне хочется. Залезть в его голову, узнать о чем он думает, когда смотрит вот так, прямо перед собой.
– Во сколько тебе надо вернуться?
– нарушил паузу Савва. И повернул голову.
Встретила его взгляд и зависла. Серые глаза спокойные, умные, неторопливо скользят по моему лицу, изучают.
Сглотнула.
Я знаю, о чем думает.
О том, что я вылезу из его машины и залезу в постель к мужу. Что я вернусь к Кириллу.
А Савва...
Всё то время, что мы едем - выбирал, между мной и дружбой. И выбор свой сделал, ведь он смотрит - и от него волнами расходится нетерпение, желание, в его взгляде натиск, под которым я мысленно стою с поднятыми руками.
Я сдаюсь.
– Хоть во сколько, - ответила хрипло.
– Я не к Кириллу...я к папе.
Еще пару секунд он меня разглядывал. И отвернулся к дороге, мой ответ никак не прокомментировал, и я прикусила язык - не время выяснять, куда потом поедет он.
Может быть, я еще спрошу.
Позже.
Центр города, как всегда оживленный, лето и вечеринки до утра, из проезжающих авто орет музыка, звучит смех.
Савва припарковался напротив мигающей вывески клуба. Он вышел из машины, и я заторопилась следом.
Воздух прохладный и свежий, небо на востоке стало сероватым - скоро рассвет.
Хочу, чтобы меня взяли за руку.
Но Савва двинулся к клубу. Я за ним. За спиной раздался призывный свист, обернулась.
И поморщилась - Барсов, сидит на крыльце, через дорогу, его крупная фигура - горячая гора мышц, что рухнула на ступеньки.
– Тоже не спится?
– крикнул он и приветственно махнул рукой.
– Абрамов, ты бы хоть ночью передышку супруге давал.
Савва сощурился, словно прикидывая, надо ли тратить слова.
– Заходи, - распахнул передо мной железную дверь. И я не медля нырнула в спертый воздух клуба. Ощутила на пояснице мужскую руку, подталкивающую меня к залу. И подняла лицо на соседа. Он опустил глаза на меня.
– Есть хочешь?
Мотнула головой.
– Выпьешь?
– Текилу.
Он усмехнулся.
Шагнул по гудящему залу и каким-то чудом, почти сразу выловил из толпы высокую девушку в прозрачной блузке с бейджиком администратора на груди.
– Лейла, - за руку он потянул ее к себе.
– На сегодня всё, закрываемся.
– То есть?
– администратор уставилась на оживленную толпу.
– Сейчас? Но мы же до шести утра...
– Сейчас.
Она хлопнула густыми ресницами. Несколько секунд соображала, глядя в невозмутимое лицо Саввы.
– Поняла, - коротко выдала.
– Идем, - широкая ладонь надавила на поясницу, увлекая по залу, мимо стойки, к пустому столику в углу, на котором красуется белая табличка-бронь.
Савва отодвинул стул.
– Хм, - уселась. На спинку повесила рюкзак. Подняла взгляд на соседа.