Грешники
Шрифт:
– Сними футболку.
– Что?
Он приказ не повторил, лишь выбросил сигарету и сильнее сжал мою талию. В его глазах отражаются огни фонарей, проезжающие машины фарами освещают его лицо - хищное, властное.
Покосилась на улицу.
Там, снаружи, неспящие прохожие, а у нас окно открыто, если сниму футболку, под которой у меня нет ничего - увидит не только Савва.
Но он молчит и смотрит выжидающе, словно проверяет, решусь я или нет, ему интересна та грань, степень, до которой я подчиняться готова.
А я не могу, мне дико неловко, но следуя какому-то безумному упрямству, вызов бросить этому мужчине - я выгнулась на его коленях и за край потянула футболку наверх.
– Да пожалуйста, я, вообще...
Он не дал мне закончить, рукой обвил талию и рывком перебросил в соседнее кресло, навалился сверху.
Со стоном ответила на нетерпеливый поцелуй.
Снова зазвонил мой телефон.
Не хочу никого слышать сейчас, но вдруг это папа.
– По-постой, - завозилась под сильным горячим телом и шумно выдохнула.
– Подожди, мне надо ответить.
Савва чертыхнулся сквозь зубы и отжался на руках. Пальцами забрался мне под футболку и достал из-под резинки шортов сотовый, мельком глянул на экран.
И молча, с каменным лицом, протянул мне трубку.
Глава 45
– Как дела у моей любимой жены?
– спросил Кирилл, когда я приняла вызов.
– Не звонишь, не приезжаешь. Я уже начал волноваться.
Оглянулась на черный Сааб, запаркованный у бордюра. Савва там снова курит, и меня потряхивает от желания вернуться обратно к нему.
– Что хотел, Кирилл?
– сухо спросила.
– Я занята.
– Чем?
– муж хохотнул.
– Дай угадаю. Наверное, поисками отца.
Не ответила.
Растерянно посмотрела на гогочущих парней у бара, на машину соседа, в которой меня ждут.
– Ты про что?
– осторожно уточнила.
– Зачем мне искать отца?
– А он дома?
– вкрадчиво поинтересовался Кирилл, и от этого его тона на лбу выступил холодный пот.
– Так, - втянула носом воздух, не позволяя себе паниковать.
– Что за идиотские намеки? Если с папой что-то случится...
– Виновата будешь ты, - закончил муж.
– Ведь я по-хорошему просил тебя вернуться, дорогая. Но еще не поздно, Злата. Я в твоем дворе, выходи. Поедем домой.
– Я с тобой не поеду.
– Это ты зря.
Он надолго замолчал, и все это время я топталась под фонарем, наблюдая, как рассыпается на асфальте и гаснет пепел ментоловой сигареты.
Можно, конечно, продолжать думать, что папа где-то с друзьями, что он вот-вот вернется и завалится спать на своем раскладном кресле в кухне.
Можно.
Но вряд ли это правда.
– Что с отцом?
– охрипла. Откашлялась.
– Кирилл. Не делай ему ничего.
– Все, что я делаю, любимая - так это стою под окнами и жду свою гулящую супругу. Сама выйдешь или за тобой подняться?
Поморщилась - муж даже притвориться не пытается, что приехал извиняться. Посмотрела на мужскую фигуру в салоне Сааба и представила, что будет, если я позову Савву с собой.
Защищать жену лучшего друга от самого друга.
Он мне так и не ответил, уйдет ли от Светы, а тут еще и Кирилл, мой отец...
Столько навалилось лишь из-за того, что я поднялась тем вечером на соседское крыльцо.
Будь проклят тот день.
– Выйду, - пообещала и бросила трубку. Вернулась к машине и распахнула дверь, сунулась в салон.
Савва повернулся. Руки лежат на руле, он барабанит длинными пальцами по оплетке.
Я не знаю, с чего начать, и мнусь.
– Развод обсуждали, соседка?
– подал он, наконец, голос. Изучил меня внимательным потемневшим взглядом.
На панели вспыхнул его сотовый.
Савва бросил краткий взгляд на экран.
– Жена потеряла?
– в моем вопросе столько сварливости и дурацкого яда, что хочется язык себе отрезать, но я просто не могу молчать.
– Возьми трубку, давай. Вместе послушаем, что скажет.
– Прекращай, - его голос спокойный, в отличие от моего, он собой владеет прекрасно, а я от нервов, ревности и несправедливости почти подпрыгиваю на месте.
И говорю вовсе не то, что надо.
– Ты не разведешься с ней, да? Ответь прямо сейчас. Отвечай.
– Злата, - позвал он предостерегающе.
– Тон сбавь.
– А если не сбавлю?
Телефон продолжает трезвонить, хочется схватить его и грохнуть об асфальт, чтобы заткнулся, а потом встряхнуть Савву за грудки и...
На самом деле, я и сама все вижу, не дура.
Это я замужем около месяца и терять мне нечего, я влюблена без памяти. А что чувствует он - не знаю, того, что я его возбуждаю и меня можно трахать, привязанной к клетке - явно недостаточно для развода.
А мне нужно, чтобы так же.
Чтобы он из головы меня не выпускал ни днем, ни ночью.
И звонил чаще одного раза в неделю.
– Не хочешь отвечать мне - значит, езжай к ней!
– выкрикнула и в сердцах хлопнула дверью.
И с этим хлопком пожалела о своем поступке так сильно, что едва не бросилась открывать дверь обратно.
Замерла на месте и всё внутри меня замерло, словно после громкого крика в горах, краткий миг перед тем, как лавина обрушится, не уезжай, пожалуйста, только не уезжай - эта мольба молотком застучала в висках.