Шрифт:
Пролог
Раина смотрела на него, затаив дыхание. Мужественное лицо в обрамлении жестких, стриженных по моде волос излучало скрытую силу. Волевой подбородок, густые, почти сросшиеся брови, карие пронзительные глаза – все дышало страстью. Это впечатление нисколько не портил даже крупный нос с небольшой горбинкой, очевидно появившейся в результате травмы. В конце концов должен же быть у такого совершенства хотя бы один недостаток?!
На мгновение девушке показалось, что он смотрит на нее. Тотчас она ощутила, как по всему телу пробежала сладостная дрожь. Какое мучение – находиться рядом со своей мечтой, всем своим существом тянуться к ней и осознавать ее недоступность. Ну что за злая ирония судьбы! А тут еще эта легкая насмешка на его красиво очерченных губах.
На глазах Раины выступили слезы бессилия оттого, что не в ее силах изменить что-либо. Еще никому не удавалось выиграть схватку со временем. За исключением, быть может, древних богов, чьи мраморные изваяния, изобилующие вокруг, являлись молчаливыми свидетелями ее слабости.
Девушка вспомнила, как впервые встретилась с ним. Тогда она, выпускница исторического факультета Оксфорда, с радостью приняла предложение одного из профессоров пройти стажировку в музее Ашмола, известного своей коллекцией искусства эпохи Возрождения. По мнению доктора Аткинсона, это должно было помочь ей углубить познания в выбранной области.
В первый день она пришла пораньше и, чтобы скоротать время, решила пройтись по залам. Несмотря на летнюю жару, под каменными сводами музея было прохладно. Девушка медленно бродила между витрин с экспонатами, задерживаясь лишь у некоторых. За годы учебы в университете у нее была возможность изучить их досконально.
Неожиданно она встретилась глазами со взглядом смуглого мужчины. Незнакомец был практически скрыт полумраком ниши, в которой находился. Свет попадал лишь на его лицо, притягивающее какой-то почти дьявольской красотой. Как завороженная, Раина смотрела на него, не в силах отвести взгляда.
Возможно, именно то, что она оказалась под магическим воздействием неведомых чар, и не позволило ей сразу понять свою ошибку. Незнакомец не был живым человеком. В нише стоял мастерски выполненный раскрашенный терракотовый бюст герцога Джулиано Галлезе. Когда же девушка осознала это – было поздно. Кареглазый красавец прочно завладел ее сердцем. Отныне все мысли Раины были направлены на то, чтобы узнать как можно больше о жизни Джулиано Отважного. Постепенно, незаметно для себя она полностью погрузилась в эпоху прекрасного герцога – эпоху Возрождения.
Спустя несколько месяцев девушка могла не только перечислить все даты и события, так или иначе связанные с жизнью Джулиано, но и имела полное представление о нраве и привычках герцога Биеллы. С какой ревностью она встречала любое упоминание о его любовных связях. Прекрасные женщины, вдохновлявшие своих современников на создание поэм, воспринимались Раиной как более удачливые соперницы.
Ее интерес к личности Джулиано Галлезе превратился в одержимость. Вскоре служащие музея стали посмеиваться над ней, считая подобное поведение несколько странным для молодой девушки, но Раину это совершенно не волновало. О чем она и не замедлила сообщить доктору Аткинсону в ответ на его робкое замечание, что рвение, с которым она занимается историческими исследованиями, заслуживает похвалы, однако не стоит того, чтобы приносить ему в жертву молодость.
Хотя Раине уже исполнилось двадцать шесть лет, она еще не встречала мужчины, способного взволновать ее воображение подобно тому, как это сделал герцог Биеллы. Еще бы, ведь он такой… такой…
Снова взглянув на предмет своего обожания, Раина тяжело вздохнула. Как жаль, что неизвестный мастер не догадался изобразить Джулиано в полный рост, ограничившись лишь бюстом.
Резкий звонок оповестил посетителей о скором закрытии музея. Склонившись к Джулиано, Раина прошептала, виновато глядя в его глаза:
– Прости, но я должна идти. Мне необходимо успеть на лондонский экспресс. Сегодня у Мириам вечеринка, и она взяла с меня обещание обязательно быть на ней.
Мириам приходилась Раине младшей сестрой и была полной ее противоположностью. Моложе всего лишь на год, она уже сменила четырех бойфрендов и сейчас жила с пятым. Во время редких встреч Мириам неустанно возносила хвалы плотским радостям и всячески стремилась убедить сестру покончить с затворническим образом жизни. Именно с этой целью она и устраивала свои экстравагантные вечеринки в Сохо, на которые приглашала множество молодых людей в надежде, что хоть один из них понравится Раине.
Осмотревшись по сторонам и убедившись, что ее никто не видит, девушка поцеловала кончики своих пальцев и коснулась ими губ Джулиано.
– До завтра!
1
Теин нетерпеливо взглянул на часы, затем на Дуайта.
– Если тебе нравится – оставайся, а я намерен улизнуть.
– Что с тобой, старина! Мы ведь только пришли. Давай повеселимся немного. Чего тебе принести выпить?
Не дожидаясь ответа, Дуайт растворился в пестрой толпе приглашенных. А Теин обреченно посмотрел вокруг. Так всегда! Стоит довериться старому приятелю, и тут же попадаешь в какую-нибудь передрягу. Как, например, в этот раз. Ну кто бы мог подумать, что «интересный вечер в кругу людей искусства» обернется сумасшедшей тусовкой художников-авангардистов и еще Бог знает кого?..
Ругая себя за то, что позволил Дуайту заманить его сюда, Теин отошел от бешено извивающихся под нечто отдаленно напоминающее музыку молодых людей. Ему не хотелось стать жертвой какого-нибудь шального па. Устроившись у окна, Теин принялся разглядывать собравшихся.
Странная публика, он никогда не понимал идеалов, к которым она стремится. Хотя, возможно, это в нем говорит воспитанная с детства приверженность к консерватизму. Ну какой здравомыслящий мужчина обратит свой взгляд на наряженную как японская гейша, но при этом с волосами цвета сумасшедшей канарейки, хозяйку дома? Скорее уж ему будет интересна ее собеседница – высокая девушка с очаровательной улыбкой.
А если с нее снять очки в старушечьей оправе, освободить каштановые волосы от тугой заколки, позволив им свободно струиться по спине, то она окажется просто прехорошенькой. Что ж, вполне возможно, эта вечеринка окажется не такой плохой, как он предполагал поначалу. И Теин решительно направился к незнакомке.
Среди друзей Мириам Раина всегда чувствовала себя несколько неуютно. Ее смущала их склонность к эпатажу, легкость, с которой они вели разговоры о сексе, и неумеренность в потреблении алкоголя. Когда после окончания очередной вечеринки она указывала сестре на уснувших вповалку гостей, та лишь легкомысленно разводила руками: что, мол, поделаешь, люди искусства весьма непосредственны.