Чтение онлайн

— Кино одно старое видала. Там красавчик такой негритянку-певичку в постель укладывал. Нормальная такая картина, я даже всплакнула.

— Бред твоя картина. И вообще — ты забыла, зачем пришла?

— Да-да — Светка! Так что делать будем?

— Ждать. Три дня, как положено. Через три дня не объявится — надо подать заявление в отдел по розыску. Там заведут дело, и… все.

— Точно. И все! — Машка встала со стула, подошла ко мне, села на колени и, обняв за шею, поцеловала своими упругими сладкими губами. — Ну Вась… чмок… Васенька… чмок… ну помоги… чмок! А то я сейчас плакать буду! Хочешь, чтобы я плакала?

— Не хочу, — голос мой предательски дрогнул, и Машка хитро сощурилась. Она знала мою боязнь женских слез.

— А если не хочешь — давай искать Светку! Вознаграждение гарантирую. Натурой.

— Слабое ваше вознаграждение, — пробормотал я под нос и, вздохнув, ссадил с себя Машку. Встал, потащился в комнату за курткой. Осмотрев полки, взял в карман неактивированный биокомпас (на всякий случай), несколько склянок с магическими ингредиентами и с сожалением подумал о моем старом пистолете, который не так давно я сдал в дежурку. Как бы он сейчас сгодился!

— Пошли, спасательница.

— Куда?

— В Светкину квартиру. Мне нужны фотографии, а также чего-нибудь, что поможет в поисках. Там есть сейчас у нее дома кто-нибудь?

— Маринка, дочка.

— Она пустит тебя в квартиру?

— Ну да, пустит — почему и нет?

— Значит, пошли.

Мы спустились по пахнущей кошачьей мочой лестнице пятиэтажки во двор, где дворничиха сметала в кучу мусор, оставшийся с зимы, прошли в соседний подъезд, поднялись на второй этаж, и Маша нажала кнопку звонка у железной двери направо. В глубине квартиры послышалась трель звонка, и скоро за дверью послышался звонкий девчачий голос:

— Кто там? Кого надо?

— Мариночка, это тетя Маша! Открой мне!

— А мамы нету!

— Я знаю, открой, Мариночка, это очень важно.

Запоры щелкнули, и Маша облегченно вздохнула. Похоже, все-таки существовала возможность того, что дверь могла остаться закрытой.

Из дверей выглянула десятилетняя девочка, как две капли воды похожая на Светку — русоволосая, голубоглазая. Светка так-то мне нравилась, не нравилась только ее привычка кружиться с кавказцами. Она вечно моталась с очередным Арменом или Гурамом и Машку сбивала с пути истинного. Я подозревал, что похищение из этого ряда событий.

— Заходите, теть Маш! — пригласила девочка.

— Это дядя Вася, он со мной. — Маша шагнула за порог и спросила: — Скажи, Мариночка, у мамы есть альбом с ее фото?

— Есть, да, а что случилось? Где мама? Она должна была прийти из магазина и до сих пор нет. Я думала, что это она пришла.

— С мамой беда, Мариночка. Мама… пропала. Вот дядя Вася будет ее искать. Он маг, и ему для поиска надо фотографии твоей мамы. Ты можешь дать нам их?

— Я сейчас! — губы девочки дрожали, но она справилась с плачем и побежала в спальню. Вернулась через минуту, с мокрыми глазами, но решительная и спокойная:

— Вот, тут! Берите, если надо.

Девочка стоила того, чтобы найти ее мать, подумалось мне, хорошая девчонка. Жаль, что жизнь ее превратит в подобие матери…

Я отобрал пару фото, подходящих для работы, потом попросил:

— Маш, глянь там в мусорке… нет ли прокладок или чего-то подобного… с кровью Светки. Если найдешь — все будет гораздо проще.

Маша пошла на кухню, пошарилась, и скоро вернулась — ни с чем. Мусора не было, все чисто. Ну что же — будем работать с тем, что есть. Развернул принесенную с собой карту города, подозвал Маринку и сказал:

— Думай сейчас о маме. Вспоминай — как она ходит, как дышит, как смеется — представь ее так, как будто она стоит рядом и ты описываешь ее внешность.

Девочка испуганно кивнула головой, а я закрыл глаза и замер. Потом протянул руку и ткнул пальцем в какую-то точку на карте. Открыл глаза, посмотрел — черт! Коттеджный поселок. Поле Чудес. Там простых нет — только богатенькие и очень, очень злые. Сунься к ним — можно огрести неприятностей по самое «не хочу»…

— Маш, это Поле Чудес. Она там. Вывезли за город, и она в одном из коттеджей. Похоже, что я не потяну один. Надо ментов. Придется писать заявление, иначе никто работать не будет.

— Я все напишу, все! — заполошно всплеснула руками Маша. — Только вытащи ее оттуда! Боюсь я чего-то, недоброе дело творится!

— Машк, а ты, похоже, и вправду становишься предсказательницей, — я внимательно посмотрел на мою подругу и покачал головой. — Я тебе точно говорю, ты мутируешь. У тебя раньше были приступы? Чтобы ты не помнила, что с тобой было, а все рядом говорили, что ты чего-то вещала?

— Не помню… Вась, да ну ее… эту мудацию — давай Светку спасать! Девчонка ведь одна останется, если что! За что ей страдать-то? Ты слышал, что по городу находят мертвых девок? Надругаются над ними, кровь выкачают и бросают! Ой, что это я — ты же мент, ты-то точно должен знать.

— Ты чего при девчонке несешь, — прошипел я сквозь зубы. — Дурья башка, у тебя соображение-то есть?

— Да это я так просто… придумываю, — делано веселым голосом сказала Маша, глянув на набухающую слезами Маринку, — ты чего взялась, вытащим мы твою мамку!

Я еще раз уничижительно покачал головой, глядя на Машку, та растерянно пожала плечами, а мне пришлось идти в кухню, чтобы пообщаться со своими коллегами — похоже, что бывшими.

— Семеныч, вот такая история, — закончил я свой рассказ. — Я один не потяну. И оружия нет, и что я в одиночку, с Машкой, сделаю?

— Ну — с Машкой-то ты и в одиночку великолепно справишься, уверен, а вот с похитителями… ты сейчас там, да? У похищенной дома? Жди, мы скоро. — Семеныч отключился, а я облегченно вздохнул: раз Семеныч взялся за дело, дрожите, злодеи! Главное, чтобы не успели Светку покрошить…

Через сорок минут запиликало световое кольцо, сообщая, что великий капитан Федоренко прибыл на своем старом пепелаце. Вот ей-богу, эта колымага напоминает аппарат из старого-престарого фильма. Только что винта на крыше не хватает. В салоне — если его можно назвать салоном — уже сидят Коля и Петька, ну и Семеныч, собственной персоной. Машку пришлось оставить дома — и сесть некуда, места мало, и делать-то ей там особо нечего. Потом допросим, если что.