Чтение онлайн

— Слушай, теперь я такой же Геймер, как и все остальные! Как и ты. Поэтому давай сюда Гримуар и не лезь!

Ого, намерения серьёзные, сразу видно.

— О чём вы тут спорите? — спросила неожиданно появившаяся Настя.

Леся озвучила ей свои намерения, и теперь мне противостоял девичий дуэт. Отступать они не собирались. Возможно, за неполные сутки Настя успела войти в узкий круг посвящённых.

— Ладно, — сдался я и пропустил Лесю к письменному столу. Терять нам всё равно уже нечего.

Через полминуты беспрепятственно прочитал имя персонажа — Александр Багинский, отец Леси. Продолжительность двадцать минут. Вполне достаточно, чтобы подписать бумагу и сделать перевод. Кто-то определённо выиграет от этих нехитрых действий, но точно не Александр Багинский и его Первородная личность. Очередной поселенец Междумирья. Ладно, останемся целы, разберёмся с Первородными по возвращении.

— Порядок? — спросил я, когда Леся пробудилась.

— Полный, — сухо ответила она.

Через пятнадцать минут после окончания её сеанса в Гримуаре появился свежий текст.

Выполните промежуточное задание

Персонажи: только Геймеры в своих телах (использование друг друга невозможно)

Цель: добраться до Храма Переходов и спуститься в Бездну. Геймер № 1 знает местоположение

Срок выполнения: до 15:30 15.06.2019

Награда: открытие модов «Реконструкция» (лимитированный) и «Поиск локаций», скилла «Языковой»

В случае неудачи все Геймеры и открытые персонажи будут деактивированы

Про знающего Геймера больше похоже на издёвку. Но главное — без санкций за моё преждевременное открытие Храма.

— У нас меньше полутора часов, дамы и господа! Пошевеливаемся! — Романыч встал с софы и похлопал в ладоши, как заправский тренер в раздевалке.

На всякий случай, у каждого с собой рюкзак с провизией. Маловероятно, что в нереальном месте может понадобиться обычная еда, но мы ведь туда шли в своих материальных, а не астральных телах.

После активации у всех «Белых ворон» двухчасового игрового режима я аккуратно упаковываю Гримуар и чернильницу с пером. Проверяю напоследок дом. Хотя, что можно тут забыть? Только себя.

Настина «Шкода» испытывает анафилактический шок, когда мы влезаем в неё всемером. Биг-Ти, само собой, отдаём переднее сиденье. Лесе приходится сесть ко мне на колени, и я рассчитываю, что такая вынужденная близость пойдёт нам на пользу. С другого края располагаются Романыч с Кутнюк на коленях, а между нами втискивается Мышка.

На пустырь едем в гробовом молчании. Точно, что на собственные похороны. Романыч шутит на эту тему, но тут же отгребает по щам от Кутнюк. Эмоциональная вспышка у «Спайс гёрлз» случается, когда Настя выруливает на пустырь и останавливается напротив Храма Переходов. «Боже, выглядит, как дом с привидениями! — Какие страшные окна! — Я боюсь туда идти! — Ну и страх. Вэл, скажи, что это всего лишь сон!».

— Это всего лишь сон, Лесь. Не парься, сейчас проснёшься и пойдёшь на любимый фитнес.

Мне кажется, Храм выглядит ещё мрачнее и неестественнее, чем при первом посещении. Но я знаю, что в нём ничего нет, кроме сиротского лифта, поэтому смело веду «белых ворон» за собой. Нажимаю светящуюся кнопку вызова, створки расходятся. Набиваемся в кабинку, будто сельди в бочку. Исхитряюсь кое-как нажать нижний этаж. Главное — не в Междумирье, где время идёт по своим законам. В идеале, стоило бы навестить по пути Куратора Джейкоба, отчитаться в проделанной работе и рассказать о причинах появления нового Первородного. Но слишком опасно. По выселению постояльцев он и без моих отчётов поймёт, с кем получилось, а с кем нет.

На мгновение зрение отключается, но в остальном будто ничего не происходит. У меня уже есть теория на этот счёт — переход в Бездну или Междумирье совершают сознания, тела же остаются… может, в этом самом лифте. Хранятся до востребования, а потом их убирает Чистильщик. В таком случае, пощёчина Кутнюк породила фантомную боль. Или же я ошибаюсь, и мы действительно физически переходим в иные плоскости мироздания.

— Перегруза не будет? — спрашивает Романыч не то в шутку, не то всерьёз.

— Не думаю, — отвечаю я.

— Тогда почему мы стоим на месте?

Створки раздвигаются.

— Потому что приехали.

Я сразу определяю, что третий образ Храма не похож на два предыдущих. Он заполнен. Внутреннее пространство усеяно толстыми высокими колоннами, опутанными травянистыми лианами. На стенах по всему периметру установлены кронштейны с горящими факелами. Напротив лифта возвышается трибуна с кафедрой. С исчезающего в темноте потолка свисают длинные стебли странных растений, чьи листья напоминают пятиконечные сюрикэны. Но это не клён. Выход и полдюжины окон закрыты металлическими решётками с толстыми прутьями. Снаружи — кромешная тьма.

Когда створки лифта за нами закрываются, я замечаю, как гаснет индикатор в кнопке вызова. Пробую нажать — никакой реакции. Всё, обратного пути нет. Тим замечает мою попытку.

— Дело плохо, бро? — спрашивает он удивительно спокойным голосом.

— Всё отлично, мы на верном пути, — заявляю я и прохожу к трибуне. Неспроста же она здесь.

Девчонки жмутся к Биг-Ти. Пчёлы облепили цветок. Романыч откалывается от группы и начинает рыскать по углам. По центру кафедры характерный вырез-углубление. Не сомневаюсь, для чего оно предназначено. Снимаю с плеч рюкзак и достаю Гримуар. Раскрытая книга в точности повторяет контур углубления. Пытаюсь снова взять Гримуар, но его будто на суперклей посадили.

— Похоже, с ритуалами покончено, — говорю я, обернувшись.

К «Спайс гёрлз» постепенно приходит уверенность. Они покидают личное пространство Тима, точно отшелушившиеся частички его брони. Бродят по Храму сонными призраками.

— В таких местах меня всегда пробивает на хавчик, — говорит Настя и вытаскивает из рюкзака плитку шоколада. Затем садится на небольшой выступ под одним из окон и принимается поглощать сладость.

— Эй, смотрите, что я нашёл! — кричит Романыч.

Мы мигом устремляемся к нему. В одном из углов громоздится сундук размером с комнату для карлика. Но он заперт и даже силищи Тима вкупе с нашими потугами не хватает, чтобы поднять крышку.