Чтение онлайн

Спрашивать не имело смысла. Только увидев в моих руках жемчужину, Сарсента дернулась и рефлекторно схватилась за меч. Инстинкт подсказывал ей, что эта штука опасна. Опасна настолько, что у бывалой воительницы кровь в жилах стынет.

Маги чувствуют магию, а звездные воины полагаются на инстинкты. Хотя как по мне, инстинкты важнее. Уверен, вознамерься я раскрыть свои силы, она бы почувствовала опасность, исходящую и от меня.

– Не может быть, - выйдя из транса, рухнула на колени Айлуна.

– Еще как может, дитя, - опустился и обнял ее Гортон, прошептав на ушко: - Ты сильная. Ты многое пережила. Переживешь и это.

Встав и подтянув за собой Айлуну, учитель попросил ее:

– А теперь дитя, успокойся и расскажи им все, что ты видела.

По главному тракту к столице королевства златогороду Саренхольту тянулась длинная вереница повозок. Все как одна были выкрашены в желтый, синий и бледно-розовый тона.

По цветам на повозках можно понять, какому торговцу принадлежит тот или иной караван. Этот триколор использовал известный во всем королевстве своей всеобъемлющей хитростью и коварством Гриргонэ Аламесто.

В трех первых и последних повозках сидели наемники и маги, что обеспечивали безопасность каравана. Четвертой и пятой, считая с головы, шли повозки снабжения с припасами и оружием. А вот все остальные, что составляло ни много ни мало двадцать семь повозок, были доверху загружены товаром: бочками с пряным вином, мешками со специями и тюками с шелками.

Все, за исключением одной, самой богатой и просторной повозки, в которой путешествовал торговец со своим ближним кругом. Обычно в ней сидели всего два человека - сам торговец и Сарсента. Хотя другие торговцы не гнушались брать с собой родственников и друзей, а так же девиц, что торгуют любовью.

Но Гриргонэ был не таков. Для него дело всегда стояло на первом месте. А значит в дороге никаких шумных компаний, девок и обильных возлияний.

Обычно, но не всегда. Иногда в главной повозке сидели деловые партнеры торговца и богатые путешественники. Первым он всегда был рад, а вот вторых пускал либо из-за титула, либо за немалую сумму. Но даже тогда общая численность попутчиков не превышала шесть человек.

Сейчас же в повозке сидело на одного человека больше. Было бы вообще на троих, не реши Саран составить компанию наемниками, а Олкенья расположиться в повозке снабжения вместе с караванным целителем.

На подушках подле угрюмого Гриргонэ сидела Сарсента, изредка с ним перешептываясь. А напротив, разделенные богато накрытым столом, устроились Гортон, ваш покорный слуга и, что сильно всех удивило, отказавшаяся присоединиться к своим белым собратьям Айлуна. Учитель с магессой без конца болтали обо всем на свете, избегая только одной темы - армии мертвых.

– «Если так пойдет и дальше, когда-нибудь мне придется называть ее мамой», - радовался я про себя за учителя, не взирая на бездну различий между ними и большую, нет, просто огромную разницу в возрасте.

Единственная, о ком я не упомянул, кто сидела в углу в той же повозке и с кем я, по идее, должен был общаться - это Калмея. Будучи одного с ней возраста, нам положено было коротать время за разговорами. Но какие могут быть разговоры, когда она шарахалась от меня как черт от ладана?

Калмею можно понять, ведь она видела, как я убил старосту, знала, что бывает с теми, кто скрывает рожденного и как вишенка на торте - я тот, кто поставил ей с братом выдуманную Печать Смерти. Не в моих правилах упускать любую возможность прокачать умение. Даже такое бесполезное как Клеймо Елма.

Так продолжалось два дня. Спокойная, размеренная поездка. Но вот, когда мы были всего в семи часах пути от столицы, караван неожиданно остановился.

– Пойди узнай, в чем причина остановки, - повелел Гриргонэ своей телохранительнице.

Сарсента кивнула и удалилась. Вернулась она очень быстро, не прошло и пары минут. Напряжена, лицо серьезное. Сразу понятно, что что-то не так.

– Что случилась?
– не дожидаясь, спросил Гортон.

– Стена, - ответила она.

– Какая еще стена?
– не понял о чем речь Гриргонэ.

Я тоже не понял. А вот учитель, судя по выражению лица, очень даже понял.

– Уч... отец, вам что-нибудь об этом известно?
– чуть не вырвалось у меня привычное обращение.

– Вот уж не ожидал, что у них хватит сил воплотить задуманное, - не услышав меня, либо попросту проигнорировав, пробубнил он себе под нос.

– Какая еще стена? У кого у “них”? Мне хоть кто-нибудь объяснит, в чем дело?
– требовал подробностей Гриргонэ.

– У Башни, - опередив Сарсенту, заговорил Гортон.
– После последней войны королевств Башней был разработан чрезвычайный план на случай новых волнений. Во-первых, окружить столицу заклинанием пятого круга Великая Земляная Стена. Если постоянно подпитывать заклинание, ее будет очень и очень сложно разрушить. А во-вторых, провести Райкас и собрать в Башне как можно больше учеников, после чего запечатать при помощи древнего могущественного артефакта, способного замедлить скорость течения время до такой степени, что снаружи пройдет день, а внутри целых два года. Так что десятилетнее обучение закончиться всего за пять дней и у королевства в распоряжении будут тысячи новых магов. Но я и подумать не мог, что у Высших без притока свежей крови, да по прошествии стольких лет, хватит на него сил, учитывая весь масштаб заклинания. Если только..., - нахмурился учитель.
– Нет, не может быть. Не могли же они....

– Не могли, что?
– спросили одновременно я и Гриргонэ.

– Жертвоприношения, - презрительно скривился Гортон.

Не перестаю удивляться некоторым представителям своего вида из этого мира. У тебя на хвосте висит армия мертвых, путь преграждает земляная стена высотой больше двадцати метров, а он думает только о том, что станет с товаром.

– Вы же маги, Ашкрил вас возьми! Так придумайте способ, как проделать в этой проклятой стене такое отверстие, чтобы смогли проехать мои повозки, - кричал, надрываясь, на караванных магов Гриргонэ.

Он будто не понимал, либо не хотел верить, что заклинание пятого круга, созданное Высшими с применением поистине колоссальных сил, полученных от жертвоприношений, просто невозможно разрушить магам, половина из которых даже третьим кругом не владеет.

А в это время мы с учителем стояли у подножья стены и спокойно разговаривали. Только вдвоем, без посторонних.