Группа крови
Шрифт:
Электричка везет меня туда, куда я не хочу.
В тамбуре холодно и в то же время как-то тепло,
В тамбуре накурено и в то же время как-то свежо,
Почему я молчу, почему не кричу – молчу?
Электричка везет меня туда, куда я не хочу.
Восьмиклассница
Пустынной улицей вдвоем
С тобой куда-то мы идем,
И я курю, а ты конфеты ешь.
И светят фонари давно,
Ты говоришь: «Пойдем в кино!»,
А я тебя зову в кабак, конечно.
У-у, восьмиклассница…
Ты говоришь, что у тебя по географии трояк,
А мне на это просто наплевать.
Ты говоришь, из-за тебя там кто-то получил синяк, —
Многозначительно молчу, и дальше мы идем гулять.
У-у, восьмиклассница…
Мамина помада, сапоги старшей сестры…
Мне легко с тобой, а ты гордишься мной.
Ты любишь своих кукол и воздушные шары,
Hо в десять ровно мама ждет тебя домой.
У-у, восьмиклассница…
Мои друзья
Пришел домой —
И, как всегда, опять один.
Мой дом пустой,
Но зазвонит вдруг телефон – и
Будут в дверь стучать и
С улицы кричать, что хватит спать, и пьяный голос скажет:
«Дай пожрать!»
Мои друзья всегда идут по жизни маршем,
И остановки – только у пивных ларьков.
Мой дом был пуст, теперь народу там полно.
В который раз мои друзья там пьют вино,
И кто-то занял туалет, уже давно разбив окно,
А мне уже, признаться, все равно.
Мои друзья всегда идут по жизни маршем,
И остановки – только у пивных ларьков.
А я смеюсь, хоть мне и не всегда смешно,
И очень злюсь, когда мне говорят,
Что жить вот так, как я сейчас, нельзя.
Но почему? Ведь я живу…
На это не ответить никому.
Мои друзья всегда идут по жизни маршем,
И остановки – только у пивных ларьков.
Ситар играл
Джордж Харрисон, который очень любит деньги,
Послушал мантры и заторчал,
Купил билет на пароход и уехал в Дели,
И в ушах его все время
Ситар играл.
Кто на нем играл? Чей это ситар?
На ситаре играл сам Рави Шанкар.
Он сидел в позе лотоса на спине у слона
С ситаром в руках.
Джордж Харрисон купил пар двенадцать бус.
Джордж Харрисон сказал: «Я буду жить любя!»
А потом он сказал: «Гуд бай!» – и ушел в себя.
Ситар играл…
Виктор Цой. Акустический концерт в Темяшкине. Старый Петергоф, общежитие матмеха ЛГУ. 28 октября 1982 года. Фото из архива Сергея Котегова
Дерево
Я знаю, мое дерево не проживет и недели.
Я знаю, мое дерево в этом городе обречено.
Но я все свое время провожу рядом с ним,
Мне все другие дела надоели.
Мне кажется, что это мой дом,
Мне кажется, что это мой друг.
Я посадил дерево.
Я знаю, мое дерево завтра может сломать школьник.
Я знаю, мое дерево скоро оставит меня.
Но пока оно есть, я всегда рядом с ним.
Мне с ним радостно, мне с ним больно.
Мне кажется, что это мой мир.
Мне кажется, что это мой сын.
Я посадил дерево.
Когда-то ты был битником
Эй, где твои туфли на манной каше,
И куда ты засунул свой двубортный пиджак?
Спрячь подальше домашние тапки, папаша,
Ты ведь раньше не дал бы за них и пятак.
А когда-то ты был битником, у-у-у…
Когда-то ты…
Ты был когда-то битником.
Ты готов был отдать душу за рок-н-ролл,
Извлеченный из снимка чужой диафрагмы.
А теперь – телевизор, газета, футбол,
И довольна тобой твоя старая мама.
Рок-н-ролльное время ушло безвозвратно,
Охладили седины твоей юности пыл…
Но я верю, и верить мне в это приятно,
Что в душе ты остался таким же, как был.
На кухне
Ночь, день, спать лень.
Есть дым – черт с ним.
Сна нет, есть сон лет.
Кино кончилось давно.
Мой дом, я в нем
Сижу пень пнем.
Есть свет, сна нет.
Есть ночь, уже уходит прочь.
Стоит таз, горит газ.
Щелчок – и газ погас.
Пора спать в кровать.
Вставать, завтра вставать…
«Неизвестные песни»
1983–1985 годы
1. Разреши мне…
2. Братская любовь
3. Подросток (Ты мог бы…)
4. Любовь – это не шутка
5. Ты обвела меня вокруг пальца
6. В поисках сюжета для новой песни
7. Весна
8. Последний герой
9. Около семи утра
10. Лето
Разреши мне…
Я стою в темном углу.
Я не знаю, что случилось со мной.