Чтение онлайн

– Я постараюсь, чтобы до этого не дошло, – сказал он, делая глубокий вдох. – Однако сейчас наиважнейшим является борьба с болью.

– Доктор Гуэрини заверил меня, что опухоль суставов хоть и неприятна, но не причиняет большого дискомфорта. Да и Алексей нечасто жалуется.

– Ваше Величество действительно в это верит? – холодно спросил Рудницкий. – Посмотрите, пожалуйста, ребенок мучается даже во сне. Мы не говорим о дискомфорте, только о страдании, что почти на пределе человеческой выносливости.

Царь нахмурил брови, раздумывая об услышанном.

– Доктор Гуэрини – врач с мировой известностью, – сказал он через минуту. – Вы сомневаетесь в его компетенции?

– Не в компетенции. Только в его честности и здравом рассудке.

– Я не понимаю…

– Исходя из применяемой медикаментозной терапии, я считаю, что лечение цесаревича правильное, – пояснил Рудницкий, видя вопросительное выражение на лице царя. – Оно как классическое, так и спагирическое, – добавил он, указывая на заставленный лекарствами столик. – Я и сам бы его использовал. Однако… – Он замолчал.

– Однако?

– Отказавшись от морфия, доктор Гуэрини пренебрег состоянием пациента по желанию Вашего Величества. Наверное, ожидая соответствующего вознаграждения…

– Осуждение тех, кто лучше, и выдвижение беспочвенных обвинений не принесут вам моей благосклонности!

Поляк вздрогнул, когда услышал резкий тон царя, но не отвел взгляд. До того как он успел что-либо ответить, раздался стук и в комнату вошел фон Шварц с медицинской сумкой алхимика.

– Мой диагноз подтвердит любой доктор, – заверил Рудницкий.

Царь не ответил, гневно глядя на него.

– Какой госпиталь считается лучшим в Петербурге? – спросил алхимик у фон Шварца.

– Смотря какой… – осторожно ответил граф.

– Речь идет о независимом медицинском заключении.

– Неделю назад в Петербург приехал профессор Бунда, ученик Склифосовского. Сейчас он преподает в Императорской военно-медицинской академии.

– Не могли бы вы позвонить ему? – попросил Рудницкий.

Фон Шварц послушно подошел к телефону, подгоняемый нетерпеливым жестом царя.

– Что я должен ему сказать? – спросил он.

– Речь идет о лечении случаев излияния крови в суставы.

Мужчина соединился с Академией, коротко представился и потребовал к телефону доктора Бунду. Все это было сделано с невозмутимым выражением лица, но быстрые, резкие движения аристократа выдавали его беспокойство. Он старательно скрывал волнение. Только чего мог бояться доверенный царя? Возможно, его беспокоило состояние здоровья наследника престола, пришел к выводу Рудницкий.

Тем временем царь подошел к замершему от удивления аристократу и протянул руку.

– С вами будет говорить государь император, – нервно сказал фон Шварц.

Беседа длилась недолго, царь только спросил об интенсивности болей в случаях гемофилии и способах ее лечения. Его выражение лица свидетельствовало о том, что он был недоволен полученным ответом.

– Вы были правы, господин Рудницкий! – заявил он, с треском опуская трубку. – Я должен извиниться. Профессор Гуэрини…

Хотя царь не закончил предложение, не было сомнений, что акции итальянца упали ниже безопасного уровня.

– Я с самого начала говорил, что этот итальяшка не должен заниматься Алексеем, – вмешался фон Шварц. – У нас мало своих врачей? Преданных отчизне и монархии патриотов? Не нужны нам пришл…

– Хватит! – прервал его монарх. – Забываешься, Рудольф! Возвращайся к своим обязанностям!

Граф молча выполнил распоряжения, но на его лице не было раскаянья.

– Не принимайте его слова на свой счет, мы все сегодня обеспокоены, – оправдал царь подчиненного. – Вернемся к делу, что вы предлагаете?

– Дать морфий и раствор алхимического золота. Я разработал этот рецепт год назад, и до этого времени он хорошо себя проявил. Морфий снимает боль, а золото воздействует на все виды воспалений.

Рудницкий приготовил шприц и вытащил из сумки небольшую шкатулку со стеклянными ампулами. Каждая излучала нежное голубое сияние.

– Этот странный эффект – результат алхимических процедур?

– Не совсем. На каждой ампуле находится символ, что увеличивает эффективность лекарств.

– Это безопасно?

– Абсолютно, – заверил Рудницкий. – Я использовал их на многих серьезно больных пациентах.

– И каким это образом? Насколько я помню, вам не выдали диплом?

– С началом войны качество медицинской помощи в Варшаве значительно ухудшилось, потому алхимикам и даже магам позволили помогать нескольким хосписам и двум-трем больницам. Конечно же, все должны были пройти соответствующую проверку.

– Я правильно понял, что вы имеете в виду благотворительность?

– Что-то в этом духе, – неохотно признал Рудницкий.

Царь сжал губы, когда алхимик вогнал иглу в колено ребенка.

– Когда это подействует?

– Сложно сказать, однако первый эффект должен наступить через полчаса.

– А конкретней?

– Синяки и припухлости должны уменьшиться.

Рудницкий окунул химический карандаш в графин с водой и обрисовал припухлости суставов спящего Алексея и несколько самых больших синяков.

– Это поможет проследить за изменениями, – пояснил он.

Царь почти незаметным кивком выказал одобрение и положил на стол тяжелые карманные часы с золотой цепочкой.