Чтение онлайн

– Еще нет, - в тон ей ответил Виталий и добавил уже другим тоном.
– Я люблю тебя.

– Я тебя тоже.

Виталий опять повернулся к ней. В глазах и радость, и сомнение.

– Смотри на дорогу!
– засмеялась Лара.
– Ну и шофер мне попался!

– Ну и хозяйка мне попалась!
– поддержал он игру, сворачивая в переулок, где находился психиатрический центр.
– Мне подождать в машине или пойти с тобой?

– Разумеется, со мной. Ты же мой телохранитель. А вдруг там на меня кто-то нападет?

У кабинета Лидии Петровны никого не было, и Лариса уже собиралась постучать, когда Виталий чуть придержал её за руку.

– Оставь мне свой мобильник. Если Игорь позвонит, я отвечу.

– О, да у вас бригадный подряд!
– усмехнулась Лара, но достала из сумочки сотовый телефон и передала ему.

Постучав, она вошла в кабинет психиатра, а Виталий сел в кресло. Он не смотрел по сторонам, сидел и думал о Ларисе, неожиданной женщине, каждый раз разной. То она надменная красавица, то наивна, как девчонка, то опытная кокетка, то пылкая любовница. Остановившись на последнем её качестве, Виталий стал себя казнить, почему в самом деле он вел себя с ней как с другими. Больше этого никогда не будет. Пусть её приучил ко всему Игорь, но и он тоже даст ей все, что она захочет. "Правда, это будет ещё не скоро", со вздохом подумал он, и тут затренькал Ларин мобильник, который Виталий держал в руке.

– Я вас внимательно слушаю, - машинально ответил он и услышал встревоженный голос Игоря:

– Привет, парень, а где моя принцесса?

– Беседует с психиатром.

– Что-то опять случилось?
– заволновался тот.

– Нет, просто Лариса любит поболтать с Лидией Петровной.

– А, тогда ладно, - успокоился Игорь.
– Я заказал билеты на субботу, летим на Сицилию. В пятницу будут готовы визы. Еще раз посоветовался с её врачом, тот одобрил. Малышке пока ничего не говори, я сам ей скажу. Через полчаса приеду к вам. Если она выйдет от Лидии Петровны раньше, дождитесь меня, - в трубке послышались гудки отбоя.

Виталий сразу загрустил. Через два дня Ларочка уедет, а Игорь даже не сказал, надолго ли.

"Ну ладно, она же вернется, - успокоил он себя.
– Приедет отдохнувшая, а мы тут пока разберемся со всеми делами. Хорошо, что её здесь не будет, никакие слухи до неё не дойдут."

Лариса в это время сидела напротив психиатра, не подозревая, что близкие люди решают за неё её дела.

– Лидия Петровна, вы знаете Игоря. Мог ли он так поступить?

– Ответ однозначен: не мог.

Лара сразу просияла.

– Как хорошо, что я к вам приехала. Мне говорили об этом и Виталик, и Алла, но я хотела услышать именно от вас.

– Игорь Николаевич мог бы убить в состоянии аффекта, как может любой другой психически нормальный человек, но на предумышленное убийство, а тем более, на подобную низость, как подтасовка улик, - он не способен.

– Вы сказали, что любой человек мог бы убить... Но мне кажется, что лично я никогда не смогла бы...

– О, Лариса, тут вы ошибаетесь. Теоретически в определенной ситуации каждый человек может совершить убийство. Только причины для этого могут быть разные.

– Неужели каждый?
– ахнула Лара.
– И даже вы?

– И даже я. Но для меня единственная ситуация, в которой я могу решиться на убийство, - если кто-то будет угрожать жизни моего ребенка. Думаю, что в подобной ситуации и вы бы на это решились. Представьте, что к горлу вашего сына какой-то мерзавец приставил нож, а у вас в руках огнестрельное оружие. Альтернатива: либо мерзавец полоснет вашего ребенка ножом или причинит ему какой-то существенный вред, либо вы нажимаете на курок. Что вы сделаете?

– Я буду бояться, что он заденет ножом моего сына, но, конечно, выстрелю.

– Вот и я о том же. Пример с ножом, возможно, не удачен, слишком опасно для ребенка. Ну, например, у бандита в руках дубина или камень, которым он грозится ударить вашего сына по голове. Или он на ваших глазах станет жестоко истязать вашего ребенка. Вы выстрелите?

– Конечно, даже не задумываясь.

– Вот видите. А если представить себе, что вашей жизни угрожает реальная опасность? Например, вас похитили. По разговорам похитителей вы понимаете, что вас в живых не оставят, и тут в ваши руки попадает оружие. Вам нужно спасать свою жизнь. Вы выстрелите в похитителей, чтобы самой спастись?

– Выстрелю. Ой, Лидия Петровна, вы даже себе не представляете, насколько все, что вы сейчас сказали, - близко к реальности. 10 февраля меня похитили трое ублюдков, которых даже людьми назвать трудно. Они собирались меня долго мучить, чтобы запугать до отупения и получить все деньги с моей кредитной карточки и банковского счета.

– А в них вы бы выстрелили?

– К счастью, до истязаний дело не дошло. Меня выручила моя подруга Алла. То, что они собирались меня садистически мучить, а потом убить, выяснилось гораздо позже. Пока они везли меня в машине, я бы, конечно, стрельбу не устроила...

– А если бы узнали, что вам предстоят истязания?

– Мне трудно ответить на этот вопрос. Я человек мирный. Лишить кого-то жизни...

– Но они хотели лишить жизни вас.

– Три месяца назад мне бы и в страшном сне такое не привиделось... Но за это время все так изменилось, что теперь я даже не знаю... Не могу ответить на ваш вопрос однозначно, но если бы я теперь оказалась в из руках, то в первую очередь, думала бы не о себе, а о том, что из-за этих душегубов мой сын останется сиротой. А ради этого, возможно, решилась бы их перестрелять, если бы у меня была такая возможность.

– Теперь вы сами убедились, что я права. Так что не нужно доводить человека до крайности. Если жизни самого человека или близких ему людей угрожает опасность, то все возможно. Это к вопросу о том, способен ли человек, в целом благополучный и психически здоровый, совершить убийство. Но может быть, и непредумышленное убийство, например, вы хотели просто оттолкнуть, а человек упал и ударился головой. Или может быть убийство из ревности. Тоже достаточно частое явление. Человек внешне производил впечатление уравновешенного, но ревность очень сильное чувство, и он может повести себя непредсказуемо.