Гвардеец Гора
Шрифт:
— Ты когда-нибудь видела свой ошейник? — опять спросила Лола.
— Нет, госпожа, — ответила девушка. — Когда его надевали на меня, на мне был капюшон.
— Хотелось бы тебе увидеть его? — спросила Лола.
— Да, госпожа.
Лола вынула из сундука у стены зеркало, которое она низко опустила над изразцами, чтобы лежащая рабыня могла впервые увидеть ошейник, в который была закована.
— Он красивый, — выдохнула рабыня, касаясь его, — он красивый.
Я улыбнулся. Это был самый обычный ошейник, такой, который носят многие девушки на Горе. Но все-таки, безусловно, он был привлекательный. Он, как большинство ошейников для женщин, был задуман и для красоты, и для безопасности.
— Ты понимаешь значение ошейника для рабыни, не так ли? — спросила Лола.
— Да, госпожа.
— Ты неплохо в нем выглядишь, правда? — поинтересовалась Лола.
— Да, госпожа.
— Он тебе подходит, не так ли? — продолжала Лола.
— Да, госпожа.
— Здесь на ошейнике есть надпись, — сказала Лола. — Она гласит: «Я — собственность Джейсона из Виктории».
— Да, госпожа.
— Он будет хорошо служить, чтобы опознавать тебя, не правда ли?
— Да, госпожа.
— То, что на нем написано, — правда? — спросила Лола.
— Да, госпожа, — ответила девушка, — это правда.
Я заметил, как она вздрогнула от удовольствия. Спустя какое-то время Лола положила зеркало в сундук и закрыла его. Затем она подошла ко мне. Мы вдвоем рассматривали распростертую ниц рабыню.
— Она хорошенькая маленькая штучка, — проговорила Лола.
— Я надеюсь, она окажется удовлетворительной, — заметил я, — для тех целей, для которых она мне нужна. Для обычной рабыни и низкой рабыни, такой, что выполняет рутинную работу по дому и от которой требуется вся домашняя служба.
Лола взглянула на меня.
— Домашняя служба в горианском смысле, — уточнил я.
Лола засмеялась. Безусловно, чувственные возможности бывшей мисс Хендерсон с Земли следовало использовать. Как абсурдно было бы позволить таким покорным изгибам вянуть без дела.
— Каковы твои распоряжения, господин? — спросила Лола.
— Через два дня вечером, — сообщил я, — у меня будет маленький ужин здесь, ничего особенного, просто нечто для нескольких друзей. В основном обслуживание ужина берет на себя таверна Тасдрона, но будет много покупок и кухонной работы и для вас тоже.
— Понимаю, господин, — ответила Лола.
— Дом, естественно, должен быть идеально прибран, — добавил я.
— Да, господин, — откликнулась Лола.
— И я буду полагаться на тебя в смысле украшения дома, чтобы все выглядело праздничным, лампы, ленты, цветы и все такое.
— Да, господин, — ответила она.
— И еще позаботься, чтобы были какие-нибудь вкусности.
— Да, господин, — сказала она.
— Если не все будет великолепно, — предупредил я, — я буду недоволен.
— Господин будет доволен, — уверила Лола.
— Уже поздно, — заметил я.
— Что насчет нее? — спросила Лола, кивая головой в сторону лежащей ничком рабыни.
Мы подошли к тому месту, где лежала бывшая мисс Хендерсон. Я перевернул ее ногой и взглянул на нее сверху вниз.
— Она даже не знает, как лежать у ног мужчины, — отметила Лола.
Она присела и повернула руки девушки так, чтобы тыльная сторона покоилась на изразцах, а открытые ладони были беззащитно выставлены передо мной. Она также подняла ее левое колено, чтобы оно было согнуто.
— Вот, — произнесла она, — так лучше.
Существует, конечно, много способов для женщины лежать у ног мужчины. Лола, однако, выбрала одну из красивейших. Девушка испуганно взглянула на меня. Я обошел ее кругом и ногой снова повернул ее на живот.
— Что с ней надлежит делать? — спросила Лола.
— Вымой ее вонючее рабское тело, — велел я, — и затем устрой на ночь в конуре.
— Посмотри, — вдруг сказала Лола, — она без сознания.
Она нагнулась над девушкой.
— Она упала в обморок, — засмеялась Лола.
— Ей пришлось тяжело, — объяснил я. — Ей слишком много пришлось усвоить сегодня вечером.
— В ошейнике, — проговорила Лола, — девушка должна быстро учиться.
— Это правда, — согласился я и отвернулся.
Я устал.
— Господин, — обратилась ко мне Лола.
— Да.
— Как с ней обращаться?
— Ты — главная девушка, — разъяснили. — У тебя есть право кнута. Смотри, чтобы она хорошо работала.
— Строгая дисциплина? — уточнила Лола.
— Безусловно, — ответил я.
— Прекрасно, господин, — ответила Лола.
Я повесил кнут на крюк и устало пошел к лестнице.
— Господин, — позвала меня Лола.
Когда я поднялся наверх и остановился на площадке перед дверью в мою спальню, я повернулся, чтобы взглянуть на Лолу.
— Да, — проговорил я.
— Ты уверен, что, когда я вымою ее, ты не захочешь, чтобы я прислала ее в твою комнату?
— Нет, — ответил я. — Я не хочу ее видеть до вечеринки.
— Да, господин, — сказала Лола. — Господин?
— Да.
— Ты упомянул угощение.