Чтение онлайн

Маньяк-Пиноккио среагировал на прыжок, но ошибся в намерении. Генрих думал, что Лекс хочет завладеть его оружием, но Лекс попросту воткнул «черному» пилку в глаз. С воплем Генрих выронил винтовку и завалился набок, тем самым помешав встать тому, что читал книжку. Все же бой в ограниченном пространстве имеет свои преимущества, подумал Лекс и тут же полетел в проход между креслами, потому что Генрих ударил его ногой в живот.

Дремлющий автоматчик вскинулся и недоуменно уставился на Андерса, который перескочил через визжащего «игромана» с пронзенным горлом и через валявшегося Лекса.

— Хайль Гитлер! — завопил Андерс и ударил автоматчика штырем в грудь. Но здесь он просчитался, потому что штырь скользнул по кевларовому бронежилету и ушел в сторону.

Автоматчик кинулся на Андерса.

Лекс пытался вдохнуть, но не мог.

Андерс боролся с автоматчиком.

Генрих мешал подняться «читателю», размазывая по лицу кровь и слизь из проткнутого пилочкой глазного яблока.

И черт знает, как все пошло бы дальше, если бы не Лиска. Девушка поступила максимально верно — схватила оставленный «игроманом» автомат и всадила по короткой очереди в Генриха и «игромана», который так и не успел вступить в игру. Салон наполнился пороховым выхлопом, а «соня», боровшийся с Андерсом, тут же обмяк и что-то закричал по-немецки. Андерс, не нуждаясь в переводе, вырубил его мощным хуком и запинал под кресла.

Салон был захвачен, но оставались пилоты. Или пилот — Лекс не видел, сколько их там в кабине.

Андерс подобрал винтовку Генриха, потом вытащил из его кобуры здоровенный пистолет. Лекс с трудом вдохнул, легкие были словно залиты свинцом, и пробормотал:

— Дальше-то что?!

— А вот что, — сказал Андерс и выстрелил в замок дверцы пилотской кабины. Затем двинул в нее ногой и заорал: — Самолет захвачен! Рули на ближайший аэродром!

— Найн! — закричал в ответ невидимый Лексу пилот, и самолет тут же свалился в крутое пике. Андерса швырнуло назад, Лиску бросило на Лекса, сверху навалился дохлый Генрих, обливая все вокруг кровью. Перегрузка нарастала, салон содрогался, вокруг свистело и завывало, и Лекс почувствовал, что теряет сознание.

Остров Сомерсет, Канада, 19–20 августа 2008 года

Было холодно. Очень холодно.

Лекс открыл глаза и увидел, что над ним нависают пассажирские кресла. Он, таким образом, лежал на потолке салона, который теперь превратился в пол.

Лекс сел и поежился. В открытую дверцу он увидел унылый пейзаж — каменистую заснеженную равнину, по которой мела поземка. Вдали виднелись не менее унылые холмы, а над всем этим кошмаром нависало низкое свинцовое небо.

С трудом поднявшись, Лекс огляделся. Вокруг валялись мертвые «черные». Лиски и Андерса не было, того из «черных», что оставался в живых, — тоже.

— Эй! — испуганно позвал Лекс.

В дверное отверстие тут же просунулась физиономия Андерса — покорябанная, но вполне живая.

— Очухался, — удовлетворенно произнес он. — А мы тебя решили не тормошить, пока не осмотримся.

— Ну и как, осмотрелись?

— Ну да.

— И где мы?

— А кто его знает. Где-то на севере. «Черный» говорит, что это Канада. Вылезай, сам посмотришь.

Снаружи было еще холоднее. Безрадостный пейзаж, окружавший со всех сторон перевернутый «Бичкрафт», нагонял тоску. На крыле сидел боец Рейха со связанными руками и печально рассматривал собственные ботинки. Лиска копалась в сумке, которая раньше принадлежала Генриху.

— Пилот психанул, — объяснил Андерс. — Долбаный камикадзе… А когда самолет ушел в пике и перегрузки многократно возросли, он вырубился. Птичка потеряла управление и свалилась в штопор, но оказалась умной. Есть модели, которые сами выходят из штопора, автоматически. Вот она и вышла. Но все равно шлепнулась изрядно.

— А пилот?

— Сдох, — коротко ответил Андерс. — И рация разбита, и навигационные приборы тоже. Постарался, сволочь.

Лекс обхватил себя руками и принялся притопывать. Нет, особого мороза не было, градуса два-три, но в одежде для тропиков…

— Что ж я такой дебил?! — всполошился Андерс. — Мерзнем, а кругом шмоток полно… Лис, помоги-ка раздеть этих вояк.

— Покойников?! — опешила Лиска. — Я не надену с покойника…

— Наденешь, и еще как! — жестко сказал Андерс. — Иначе помрешь от простуды или замерзнешь.

Лиска замотала головой и жалобно посмотрела на Лекса, но тот показал ей кулак.

Девушка вздохнула и полезла в салон.

Конечно, трофейные куртки тоже не были приспособлены для этих широт, но защищали от холода и ветра значительно лучше. Помимо одежды и обуви, бойцов Рейха лишили оружия, а также распотрошили аптечку и самолетный бар.

— Смотри-ка, не все разбились! — Андерс радостно поднял над головой две уцелевшие бутылки виски.

Теперь у них имелся запас спиртного, воды, несколько пакетов картофельных чипсов из бара и три банки саморазогревающихся мясных консервов из сумки Генриха. Другой еды ни в самолете, ни у черных не нашлось.

— Фигово, — констатировал Андерс, возясь с трофейными винтовками. — Если я правильно понимаю, мы где-то на территории Баффиновой земли или какого-то другого острова Канадского Арктического архипелага.

— Да ты географ, — пошутил Лекс, завязав шнурки ботинка и притопнув. Хорошо, что у всех «черных» оказались здоровенные ножищи. Если обувь велика, это дело поправимое, а вот когда мала…

— Я хорошо учился в школе, — с достоинством ответил Андерс и протянул ему автоматическую винтовку. — Держи. «Димако», канадская переделка пиндосской М-16. Толковая штука, получше оригинала, на мой сугубый взгляд…

Лекс взял винтовку, вытащил и снова вставил полный магазин.

— Это хорошо или плохо? — спросил он.

— Что? Винтовка?

— Нет, то, куда нас занесло.

— Плохо. Здесь никто не живет, это мертвая земля. Эскимосские поселки, наверное, попадаются, но они на берегу, а отсюда моря не видать. Я даже не знаю, в какой оно стороне. Хотя раз это остров, то в любой. Вопрос — на каком расстоянии от нас.

— Так, может, нам лучше добраться до моря, а потом идти по берегу? — подала голос Лиска. Смирившись с необходимостью одеться в вещи покойников, она даже напялила шлем.