Чтение онлайн

Сатаваханская сталь быстро подошла к концу. Пришлось переходить на местное сырьё. Но железо тут стоило очень дорого, зато олово продавалось за бесценок. Дороже последнего стоила медь, но и её имелось в избытке. В итоге Хенг перешёл на самодельную бронзу и изделия из неё.

Благодаря дорогому оружию из булатной стали он заполучил солидный стартовый капитал, на который приобрёл большой кусок земли и привлёк на неё крестьян-арендаторов. Они приносили пусть и меньший доход, чем кузница, зато стабильный.

Чтобы самому не торчать у наковальни, Чжао набрал троих учеников и принялся их обучать кузнечному делу. Через пару лет они успешно справлялись с созданием бронзы и изготовлением популярных у местного населения инструментов и предметов бытового назначения вроде котелков для приготовления пищи.

Бизнес шёл в гору, поскольку остров не изобиловал опытными кузнецами. Товары раскупались почти сразу после выхода из-под пресса. Да, не из-под молота, а пресса.

Хенг автоматизировал процесс штамповки популярных изделий и стандартизировал заготовки под пресс-формы настолько, насколько это только было возможно в местных условиях. Опыт создания пресса для производства капсюлей сыграл в этом не последнюю роль. В результате с помощью пресса можно сделать минимум в десять раз больше изделий, чем ковкой. Налаженная цепочка поставщиков металлов и угля, а также грамотно выстроенный рабочий процесс привели к серьёзному удешевлению себестоимости. Это позволило получать сверхприбыль и платить кузнецам хорошую по местным меркам зарплату.

Когда местный рынок был насыщен, за счёт демпинга получилось сбывать товар купцам, среди которых был старый знакомый. Абхе быстро просёк выгоду и каждый раз к следующей ходке делал у Хенга большой индивидуальный заказ. В ответ на приличную скидку он привозил сатаваханскую сталь, которая стоила дешевле местной железной руды, была более качественной и не требовала постройки металлоперерабатывающей инфраструктуры.

Благодаря прессам Чжао пополнил запас боеприпасов. А в свободное время сделал себе нарезной револьвер на шесть патронов, которые пришлось под него изготавливать отдельно.

Свободные средства он вкладывал в покупку земель. В его планах было расшириться настолько, чтобы с арендной платы позволить себе содержать прислугу и дюжину подготовленных им вояк для охраны себя и своей собственности. И он был близок к этому. Уже через пару месяцев после продажи крупной партии бронзовых изделий он хотел начать отбирать мальчишек для подготовки из них элитного отряда стражи.

Очередное утро вырвало его из постели знакомым чувством приближения бессмертного. Поскольку Дина старалась никуда не уходить, не предупредив его, это встревожило мужчину. Он быстро натянул штаны и схватил меч, который всегда оставался поблизости.

— Надо было сразу начать подготовку отряда! — с досадой прошептал он.

Ещё больше Хенг жалел о том, что оставил револьвер в своём кабинете, как и ружьё. Стоило хотя бы одно огнестрельное оружие хранить рядом с собой. Кабинет расположен на первом этаже, а спальня на втором.

— ХЕНГ! — влетела в спальню Дина. Она застыла с приставленным к горлу клинком. — Э-э… — побледнела она. — Ты тоже почувствовал?

— Да, — убрал он острую сталь от её горла. — Изображай служанку и проскользни в кабинет. Возьми пистолет, спрячь его и прикрой меня в случае, если незваный гость окажется буйным. Думается мне, что наш гость припрётся прямиком через парадный вход.

— Почему ты так считаешь?

— Интуиция. Подержи, — протянул он ей меч.

Пока она держала оружие, он надел рубашку и обулся, подпоясался и лишь после этого повесил на пояс ножны и вложил в них клинок.

— Пусть нам помогут духи! — решительно направился он на выход.

Внизу обнаружилась служанка-домработница — немолодая вдова лет шестидесяти, которая рада была работать за еду и крышу над головой, но вдобавок к этому получала небольшое денежное содержание, отчего держалась за своё место всеми конечностями.

Вдовам в эти времена приходится нелегко. Одной женщине без поддержки мужчины выжить сложно. При потере кормильца вдовам приходится влачить жалкое существование и терпеть презрение окружающих. Поэтому некоторые женщины предпочитают отправиться в мир иной вслед за супругом.

Вараса не нашла в себе сил отправиться в последний путь вместе с погибшим мужем. Она уже думала, что на этом жизнь закончена, как внезапно молодой господин предложил ей работу. Женщина имела типичную индонезийскую внешность с раскосыми глазами, овальным лицом, смуглой кожей, стройной фигурой и ростом в полтора метра.

— Господин, к вам пришла гостья.

— Позови её, — Хенг встал спиной к деревянному столбу, который подпирал потолочную балку.

Гостья не заставила себя ждать. Её появление имело эффект разорвавшейся бомбы — Чжао не мог отвести от неё взгляда, настолько яркой была её внешность.

Рыжие прямые волосы ниспадали до самых бёдер. Они имели настолько насыщенно-яркий свет, что в лучах утреннего солнца казалось, будто это не волосы, а языки пламени. Колдовские зелёные глаза притягивали взгляд… Раза этак с третьего, когда Хенг нашёл в себе силы оторваться от других «глаз» размера шестого. Как она с такими бидонами держала спину прямой — загадка века. Лицо красивое, округлое и типично европейское с заострённым подбородком.

Одежда девушки выделялась так же, как и её яркая внешность. Бело-серую мужскую рубаху из льна дополняли кожаные штаны, которые предпочитают носить некоторые варвары из европейских племён. В ножнах на поясе покоился длинный прямой меч.

— Боадицея из племени Иценов.

— Чжао Хенг, ханец. И я не собираюсь играть в вашу глупую Игру.

— А тебя никто не спрашивает, — её взгляд был полон превосходства, а голос был настолько же властным, как у высших сановников при дворе императора.

— Как ты меня нашла? Тебя кто-то послал?

— Угадал, — хищно оскалилась она. — Меня послала Гера.

— Гера? Ты пляшешь под её дудку?

— Твой язык столь грязен, что я засуну его туда, где ему место — в твою задницу! — высокомерно смерила она его презрительным взглядом с нотками ненависти. — Гера стала моей наставницей и подарила смысл жизни после того, как римляне убили моего мужа — короля кельтов. А потом они убили меня, когда я подняла против них восстание и пыталась отомстить за смерть Прасутага. Она многому меня научила.