Чтение онлайн

— Ну, как-то так, — самодовольно потерев руки прапорщик вышел из комнаты общего пользования.

А уже в фойе солдатской казармы вместо Хиврина, из комнаты для умывания материализовался рядовой Хильченков. Направился в сторону спального расположения. Тихо вошел в помещение для сна, аккуратно прикрыв за собой дверную створу. Очутившись у своей кровати, сноровисто разделся, уложил форму на табурет, юркнул под одеяло.

— Спа-ать! — удовлетворено скомандовал сам себе.

Утро как всегда встретило молодые организмы каркающей, черным вороном, командой: «Рота, подъем!»

Только в это утро в расположение роты наблюдался разброд и шатание. Оказалось, что ночью передралось между собой все начальство младшего звена, да так передралось, что десятерых из шестнадцати человек сержантского состава увезли в госпиталь с переломами, и сотрясением мозга. А к одиннадцати часам утра, комендатурский «воронок» забрал старшину роты, прапорщика Хиврина. Не сразу устраивая «разбора полетов», комдив распорядился убрать оставшихся сержантов в боевые подразделения и укомплектовать учебную роту сержантами из полков. Процесс учебы резко переменил направление с постоянной шагистики и различного рода уборки, в сторону освоения оружия и боевой техники. Новый командир роты старший лейтенант Самойлов, делал упор на физическую подготовку личного состава. Скакнув на майорскую должность, с должности командира взвода разведки, он в душе так и остался разведчиком.

Вот и выходило, много ли было надо, чтобы изношенная машина вновь заработала в положенном режиме? Всего лишь поменять механизм.

К первому снегу, офицеры дивизии в срочном порядке направлялись в командировки в сторону южных рубежей Родины. Такая срочность вызвала интерес у единиц среди солдат срочной службы. Ну, уехали, войны-то ведь нет!

Сергей мыслил нестандартно, понимал, дело идет к вооруженному конфликту, но свои мысли держал при себе. Среди однокашников, по всем дисциплинам был лучшим, однако друзей заводить не торопился. Раз в две недели пописывал письма деду, чтоб не выделяться в этом плане из общей массы срочников, хотя знал наверняка, что дома все в порядке.

В средине декабря «молодых» разбросали по полкам дивизии, и служба приобрела иной ритм жизни. Естественно мимо Сергея прошли ноябрьские события в Чечне. Двадцать шестого ноября состоялась неудачная попытка захвата Грозного силами антидудаевской оппозиции. После ее разгрома в плен попало много русских солдат и офицеров, которые были завербованы Федеральной службой контрразведки России, для участия в боевых действиях. Российские спецслужбы хотели, чтобы захват Чечни выглядел как внутричеченское противостояние, а не внешний захват. Не смотря на информационный галдёж масмедиа, за рубежом и внутри страны, тридцатого ноября Ельцин подписал указ о необходимости проведения военной операции в Чеченской республике.

Война, это всегда грязное дело. Когда в окопах, в грязи и в холоде прозябает обычный Ванька-взводный, в верхах пачкаются грязными деньгами продажные чиновники и банкиры, политики всех мастей, желающие погреть руки на солдатской крови. Планом проведения операции предполагалось, к девятнадцатому декабря взять под контроль всю территорию Чечни, а штурм чеченской столицы осуществить в новогоднюю ночь тридцать первого декабря. Дудаевскому режиму удалось создать свои вооруженные силы, численностью до тридцати тысяч человек, прошедших Афганистан, Абхазию, Нагорный Карабах и Приднестровье. Отряды самообороны существовали во всех населенных пунктах. Оружия в независимой республике, на тот период скопилось столько, что можно с лихвой вооружить сильную армейскую группировку.

В штабе Дудаева этапы операции по захвату независимой Ичкерии были известны детально, была так же известна задача Федеральной службы контрразведки России по выявлению и изоляции лидеров оппозиционеров, способных возглавить партизанскую и диверсионную борьбу в тылу действующих войск.

Как результат всего этого, российские войска понесли большие потери в процессе операции. После взятия Грозного и «кавалерийского» наскока на другие населенные пункты, война перешла в состояние позиционной обороны. После падения Аргуна, Гудермеса и Шали, Чечню поделили на отдельные зоны, а линия фронта представляла собой совокупность не соприкасающихся друг с другом очагов сопротивления, расположенных в населенных пунктах. Несмотря на определенные успехи российских военных в равнинной части Чечни, в горах велись бои с чрезвычайным ожесточением, солдаты гибли в большом количестве.

На юге бушевала война, гибли люди, попадали в плен, техника горела как спичечные коробки, женщины становились вдовами, а дети сиротами. Сергей терпеливо нес службу в мотострелковом полку, в роте разведки, куда попал после учебки. Он ждал своего часа. Прошли три месяца весны. Июнь месяц «ознаменовался» событием атаки Басаева на Буденовск. Сергей скрипел зубами, но внешне продолжал оставаться обычным солдатом срочной службы.

Любят отцы-командиры нетривиальные решения. В ночь с двадцать первого на двадцать второе июня, полк подняли по тревоге. Солдаты и офицеры, получив оружие и боеприпасы, прибыли в автопарк. Технику выстроили в линии походных колонн, ждали прибытия с постановки задач командиров батальонов.

— Как думаешь, — спросил у Сергея Артем Завгородний, молодой парнишка, только что прибывший из учебки в боевое подразделение, земляк Хильченкова. — Нас туда пошлют, или это просто очередная проверка?

Молодой солдат имел ввиду Чечню. Сергей уже прокачал ситуацию, состояние Хара, дало информацию к размышлению. Он понял, о чем говорит Артем.

— Скорее всего, пошлют.

БТРы и БМПшки загоняли на платформы, брали в колодки, и обожженной проволокой, жгутами крепили к специальным крючьям. Подразделения доукомплектовывали боеприпасами до полной нормы. У платформ собралось много женщин и детей. Семьи провожали отцов и мужей на войну. Сергей кожей чувствовал беспокойство и безысходность остающихся, витающие в пространстве, прямо над скоплением людей.

— По ваго-онам!

Разнеслась команда по перрону. И забегали, заплакали женщины, пытаясь в последней попытке удержать родных людей, вцепившись в одежду мужей. Не судьба. Доля воинская такая, что если и чувствуешь, что не воротишься к родному очагу, все едино пойдешь в пекло войны.

Высадившись, полк своим ходом пересек равнинную часть непокорной республики. На каждом километре следования отмечались следы недавних боев. Срочники, глазами поедали сгоревшую и сдвинутую к обочинам технику, развалины домов и проломы подворий. На перекрестках часто попадались обложенные мешками с песком и обнесенные окопами и колючей проволокой времянки блокпостов. Стоявшие на них солдаты в грязной «хебешке», в бронежилетах и касках, безликие и серые, безразличными взглядами, провожали проезжавших на броне мотострелков.

— Смотри, глядят как на оловянных солдатиков, — классифицировал отношение к ним Артем.

— Нормально. Просто устали ребята, каждый день одно и то же. Помолчи, а-а! — попросил сослуживца.

Равнина вот-вот закончится, чувствовалась близость предгорья, и реки текли по-другому, и ландшафт менялся на глазах. Не успели толком рассредоточиться лагерем в месте, отведенном полку, как из вышестоящего штаба поступила боевая задача. Абреки окружили блокпост в горах. Низкая облачность не позволяла авиации отработать по местности, а «вертушкам» забросить десант. Ближе всех к неудачно выбранному месту располагался сейчас только прибывший полк подполковника Леснина. По данным разведки, численность бандитов составляла не больше сотни человек, а значит, на выручку ВВшникам достаточно отправить один из его батальонов.