Харизма
Шрифт:
Она и понятия не имеет, что я оседлала совершенно новое животное, хотя и еще не вполне поняла, как на нем ездить.
– Я не знаю. Что я ему скажу?
– Как насчет «Привет»?
Мой пульс ускоряется.
– Так просто? Привет? Типа «Привет, Джек, это Эйслин, которая от тебя никак не отстанет»?
Она хлопается обратно на кровать и цокает языком.
– Не стоит мыслить так негативно. Он с ума сойдет, когда получит твое сообщение.
Она театрально вздыхает.
– Придя на вечеринку, он сразу начал искать тебя, а потом ушел, когда обнаружил, что тебя нет.
– Ну и?
– Похоже, отличники не такие уж умные. Лови намек.
Она хватает меня за руку и впихивает в нее телефон.
В ее словах есть резон, но от этого мысль о том, чтобы написать Джеку, не становится легче. Но и совершенно невозможной она не кажется. Просто сообщение, верно? Одно маленькое сообщение.
Я нервно сглатываю слюну и пишу: «ПРИВЕТ». Мой палец замирает над кнопкой «ОТПРАВИТЬ».
Эви наклоняется поближе.
– На старт, внимание, марш!
Я делаю глубокий вдох и ударяю по кнопке. Эви выпучивает глаза от удивления. Волна тревоги тут же поднимается в моей груди. Вот черт, что я только что наделала? Джек решит, что я в отчаянии. Он решит, что я странная. Он решит…
«И ТЕБЕ ПРИВЕТ!»
Я едва не роняю телефон.
– О боже, он ответил через десять секунд!
Она подпрыгивает на кровати.
– Скорее, через пять. Так что ты собираешься писать в ответ?
– Писать в ответ?
Она говорит очень медленно и четко.
– Да, настал подходящий момент, чтобы спросить у него что-нибудь посложнее. Например, какие у него планы. Давай, ты отлично справляешься.
Ладно, я официально признаю, что когда мне приходится выслушивать советы по поводу легкой беседы в чате – это выглядит жалко. Не размышляя, чтобы не успеть передумать, я пишу ему.
Пару секунд спустя:
«ЖДУ ЗИКА ЧТОБЫ ПОЙТИ В СКЕЙТПАРК. КАК ТЫ ПРОВЕЛА ВЫХОДНЫЕ?»
«ВЧЕРА ВЫКАПЫВАЛА ГУИДАКОВ». Хммм, это не похоже на желание продолжить разговор – скорее, как желание сознательно лишить себя любых шансов на личную жизнь. Гуидаки? Серьезно?
«НЯМ-НЯМ. ЗАВИДУЮ. А СЕЙЧАС?»
«БОЛТАЮ С ЭВИ. МЕЧТАЮ О ПИАЛЕ С МОРОЖЕНЫМ». Ладно, сказано неубедительно и наобум, но лучше, чем предыдущее сообщение.
«КАК НАСЧЕТ ЗАВТРА?»
Уй. Я чувствую тяжесть в груди, а мое сознание кричит: «Беги!» Но я продолжаю писать:
«Я МОГУ ЕСТЬ МОРОЖЕНОЕ В ЛЮБОЙ ДЕНЬ.»
«СО МНОЙ?»
С ним, на нем, как ему будет угодно. АГА.
«ОТЛИЧНО!»
Поверить не могу. Мы действительно собираемся встретиться. Эви не удается прогнать с лица самодовольное выражение, впрочем, она и не пытается. Но я ее прощаю. Как и она, я уверена, простит меня за то, что я воспользовалась «харизмой». Когда я ей скажу. Когда-нибудь.
Договорившись встретиться с Джеком после работы, я откладываю телефон и пронзительно визжу.
Эви спрыгивает с кровати.
– Это же вообще невероятно! – Она потирает руки. – Ладно, время выбрать идеальный наряд. – Она открывает мой шкаф.
Я сижу на кровати, ошеломленная случившимся. Тем, что может случиться завтра вечером. А вдруг то, что сделало меня достаточно смелой, чтобы написать сообщение, не так уж помогает при встречах лицом к лицу?
Эви вытаскивает из шкафа черные короткие штаны.
– Время очищения. Не против, если я отложу это к тем вещам, которые мы отдадим на благотворительность?
– Конечно.
Ладно, просто дыши. Попытайся вычислить, в какие мысли погрузилась бы перед свиданием нормальная девушка. Ага, макияж, вот что. Я тихонько подхожу к зеркалу, чтобы поэкспериментировать с тенями для глаз, которыми пользуюсь нечасто, а Эви тем временем переворачивает вверх дном мой гардероб.
Отложив на мою кровать несколько подходящих комплектов одежды и собрав куда большую кучу того, что лучше отдать, она подходит ко мне, так что мы обе рассматриваем наши отражения.
– В тебе явно что-то изменилось.
– Может, отблеск страсти. Или вот эти дымчато-синие тени.
Она косится на меня.
– Это нечто большее. Ты кажешься, ну, будто бы более живой, так и искришься. Даже твой голос звучит иначе, как-то хрипло.
Я громко ворчу на два тона ниже обычного:
– Я из-за тебя смущаюсь.
Она окунает кончик пальца в тени и втирает немного в каждое веко.
– Может, уверенность, которую ты приобретаешь в результате экспозиционной терапии, проявляется и в том, как ты выглядишь.
А может, дело в генной терапии. Я глубоко вдыхаю, чтобы желудок прекратил трепыхаться.
Мы продолжаем сортировать одежду, а я тем временем размышляю о переписке с Джеком. Может, это не имеет никакого отношения к «харизме». Все это можно объяснить и тем, что я действительно к нему неравнодушна. Точно так же светилась Хлоя из-за своего нового парня. Влюбившись в кого-то, человек может радикально измениться. Именно об этом поют во всех песнях.
Нам уже пора ложиться спать, когда мы с Эви наконец достигаем согласия по каждому сочетанию предметов одежды, подходящему для «новой меня». Мы как раз обсуждаем вопрос о лаке для ногтей, когда мой телефон вибрирует. Это оказывается рассылка от Хлои: СМОТРИТЕ ТРАНСЛЯЦИЮ НОВОСТЕЙ КАНАЛА KBLB! БУДЕТ ДАЖЕ ПОЛУЧШЕ ТОЙ ВЕЧЕРИНКИ!
Я показываю сообщение Эви. Она хмурится.
– И всё? Ни намека, о чем речь?
Я закатываю глаза.
– Она считает, что если она скажет другим посмотреть, все посмотрят.
Эви открывает флакончик лака для ногтей «Scarlett Secrets» и начинает подкрашивать им ноготь на мизинце.
– Не хочешь попробовать?
– Не-а, – я показываю на лак. – Хм, даже я знаю, что этот оттенок красного подходит только для пальцев на ногах, если только ты не живешь в Джерси.
Прежде чем она успевает возразить, мой телефон жужжит снова. Это Хлоя. ВЫ НЕ ПОЖАЛЕЕТЕ.