Чтение онлайн

"Её хитрость воистину беспредельна".

— Если я просто посмотрю на портрет, вы же не обяжите меня на ней жениться, матушка? — осторожно спросил принц.

Я чуть не застонала от бессилия. Идя на поводу своего детского любопытства, мальчишка обрекал на рабство невинную душу.

— Если она тебе не понравится, найдём другую, — заверила его Владычица. — Не волнуйся.

— Я хочу увидеть её лицо.

Богиня сделала знак пасынку, и Миарк сорвал покров с картины.

И у принца, и меня перехватило дыхание от красоты девушки.

— Хороша ли невеста, сын? — лукаво спросила Королева. Мне хотелось крикнуть: "Зачем ты спрашиваешь? Разве не видно — он уже влюблён!". Но слуги не имеют права голоса в чертогах властительницы Ортано Косом.

"Я не могу дерзить. Не теперь".

— Она совершенна, — прошептал Ларандин.

Золотоволосой янтарноглазой принцессе не место в унылых пустошах Пустого мира, но именно на них принц обрёк девушку. Я не могла его винить. Он был подобен ребёнку, восхищённому красотой яркой бабочки и пожелавшему во что бы то ни стало её изловить.

— Она будет твоей, драгоценный.

Белая Королева торжествовала. Зароненные ею семена дали первые всходы.

Посреди ночи — то есть, что я привыкла называть ночью в Ортано Косом — меня разбудила Слуга. С тех пор, как принц проснулся, мне не было нужды делить холодную пещеру с Миарком и Лионелем — каждое помещение в доме сотворённой богини стало неотличимым от лучших покоев в богатейших дворцах.

Но любимый был так слаб, что у меня не хватало духа его покинуть. Даже проснувшись от грубого толчка, я первым делом прислушалась к дыханию спящего Лионеля, и только потом спросила у беловолосой женщины:

— Что хочет от меня твоя хозяйка?

— Следуй за мной, — холодно велела беловолосая женщина-голем, не удостоив меня объяснением.

"У Белой появилось поручение для избранной служанки. Я должна гордиться собой: среди жриц Жиюнны незаменимых не встречалось".

Золотистый ковёр на полу, драпировки из кремового шёлка на стенах, повсюду украшения из янтаря и пахучие жёлтые цветы в высоких бронзовых вазах. Непривычная гамма для жилища Королевы Пустого мира. Слишком тёплая, слишком домашняя.

— Дёшево вышло, не находишь?

Сколько в сотворённой богине осталось от Гвиневеры Альбианы, смертной женщины с печальной судьбой? Её страсть к нарядам и сыну ясно говорила, прямо-таки кричала — безумно много. Но во взгляде холодных голубых глаз почти не осталось ничего человеческого. Тех, кто хотя бы один раз заглядывал в них, маскарад Белой уже не мог обмануть.

Очи — окна, через которые мир изучает душу. Миарк предупреждал меня, но я не послушалась и однажды посмотрела в глаза Владычице Ортано Косом.

Глубоко в её существе крылся изъян. Она знала об этом и стыдилась его, ведь именно из-за несовершенства её отверг возлюбленный.

Ненависть к скрытому пороку заставляла Королеву давать бесконечный изощрённый спектакль, и мне, как и всем слугам, приходилось подыгрывать ей, но наедине я не собиралась следовать тексту пьесы.

"Я лгу зрителям, а не самой себе".

— Дело касается принца?

Мои слова прозвучали подчёркнуто сухо.

Сотворённая богиня нахмурилась.

— От тебя ничего не скроешь, девочка-волшебница. Ты права. С некоторых пор меня беспокоит сын. Знаю, он успел рассказать тебе о странных снах… Сновидениях, ему не принадлежащих.

— Эти сны способны разрушить его личность?

"Я не хочу, чтобы милый принц погиб. Он безвинен".

— Сама догадайся, чай, не маленькая уже, — досадливо бросила Белая. По щелчку Слуга поднесла ей длинную тонкую трубку, которую Владычица тут же закурили.

"Значит, могут".

— И ты, госпожа хозяйка, придумала, как бороться с ними? Через женитьбу?

— Осуждаешь меня, дерзкая девица? — выдохнув облачко ароматного дыма, сказала властительница. В её голосе чувствовалось не столько раздражение, сколько интерес.

— Разве честно обрекать девушку на страдания?

— Разве мой сын недостаточно хорош для неё?

Быть может, Ларандин превосходил всех смертных принцев. Но именно поэтому ему не следовало брать в жёны женщину из Эмьвио Косом.

"Ничего хорошего из смешения воды и огня не выйдет". Разницу в природе невероятно сложно преодолеть — если вообще возможно.

— Она будет несчастлива. Твой дворец на редкость унылое место. Мы — Миарк, дети и я — живём здесь, поскольку не можем вернуться домой.

— Но-но! — погрозила мне пальцем Белая Королева. — Между прочим, я защищаю тебя: имена пока тебе ничего не скажут. Есть множество… личностей, жаждущих крови Кориана и Коры — именно крови, чародейка. Что до Миарка… Хелена Лерьэн, ты ещё много не знаешь о моём пасынке, а ведь он полон сюрпризов.

"Да-да, ты могучий дуб, а мы — путники, укрывшиеся в твоей сени в знойный полдень".

Старая песня. Я успела выучить её слова наизусть.

— Принц влюбился в портрет. Общение с живой девушкой может разочаровать его, — прибегнула я к последнему аргументу. — Опасно играть с чувствами…

— Не тебе меня учить, дорогая, — грубо оборвала меня сотворённая богиня. — Сама хороша: не отпускаешь верного стража, навязываешь ему страсть… В современной культуре любовь к мертвецам считается извращением, не так ли?

"Он не мертвец. И я чувствую, что поступаю правильно".

— Я поняла, — поспешила заверить я Королеву. Ни к чему ссориться с существом, владеющим твоей жизнью.

Пока что.

— Вот и славно, — меня милостиво простили. Как… удачно. — Кстати, помнишь, как ты согласилась сделать мне маленькое одолжение?