Чтение онлайн

Тут Манфред замер, словно поражённый внезапно пришедшей в голову мыслью. Усевшись в кресло, пилот давно заученными жестами запустил электросистему, запитав машину от вспомогательной силовой установки, попутно отключив большинство самых прожорливых систем. Несколько минут он, сжав кулаки, смотрел в экран, молясь богу о том, чтобы проверка прошла успешно. Наконец система уведомила об окончании теста. Тут же экран заполонили уведомления об отказах и отсутствиях сигнала. Но Манфреда в большей степени волновала исправность лишь трёх систем, ведь именно от них и зависело, будет ли у топтунов и у него больше шансов продержаться.

– Эй, пилот, ты что копаешься?!
– рык сержанта раздался над ухом как тогда, когда Манфред нашел нужные ему кадры на индикаторах, - особый случай требует особого приглашения?!!

– Сержант, - выделив звание нависшего над ним человека, произнёс лётчик, - У меня есть вариант, как серьёзно облегчить жизнь нам в ближайшее время. А может быть, даже сохранить жизни ваших бойцов.

***

Полчаса спустя.

– Идут, - коротко прозвучало в наушниках лётчика.

Впрочем, этот комментарий можно было и опустить. Когда пришельцы сбиваются в орду более сотни голов, они резко забывают о том, что такое маскировка и бесшумное перемещение. Словно толпа придаёт им уверенности, опьяняя ощущением коллективной силы. Удивительное сходство с людьми, пусть и не в самом приятном свете.

– Принято, - отозвался Рихтгофен, сидя в кабине обесточенной машины - тратить топливо на холостую, по сути, работу ВСУ не входило в планы пилота. Тем более, что это могло сильно сказаться на их плане.

Манфред мельком осмотрел открывающийся вид. Перед ним простиралось поле длиной километра два, упирающееся в лесопосадку. Только сейчас, глядя на шоссе, лётчик понял, насколько ему повезло. Ведь одна-единственная машина, брошенная на автостраде, могла поставить точку в его судьбе. Но ему повезло - то ли эвакуировались все быстро, то ли наоборот, уехать никто не успел. В любом случае полоса оказалась чистой. Только через месяц лейтенант узнал, что в обязанности военных входила очистка АУД от автомобилей во время войны, а посему случайная, на первый взгляд, пустота на шоссе оказалась отнюдь не случайной.

Очередной рёв возвестил о том, что их противник скоро окажется в зоне прямой видимости. И действительно, через несколько минут первые чудовища вышли из-за деревьев, на ходу выстраиваясь в подобия клиньев.

– Надо же, - подумал пилот, - тоже по науке воюют. Правда, по своей, инопланетной.

– Приготовились!
– рявкнул сержант.

Нашедшее его отделение расположилось по флангам от него, сделав его АКИ центром построения. Тогда это казалось логичным, вот только сейчас Манфреду было очень неуютно. Глядя на то, неторопливо идущая волна монстров постепенно переходит на бег, стремясь как можно скорее добраться до людей, Рихтгофен невольно подумал, что сержант был прав, сказав лётчику, что монстры не упустят возможности выпотрошить пару-другую Homosapiens и пройти мимо физически неспособны, даже если это грозит им большими потерями.

– Им плевать на жертвы, - говорит пехотинец, - как среди нас, так и среди своих. Запомни, летун - что бы они не делали, в конечном итоге этими тварями движет лишь жажда крови, а значит, мимо нас они спокойно точно не пройдут. Максимум, что они сделают - это постараются окружить, но на такой случай у нас есть путь отхода, - махнул он рукой на стоящий рядом БТР.

Тем временем монстры приближались, на ходу формируя полукольцо, стараясь охватить отряд по флангам. Пилот занервничал - конечно, у них был некоторый запас мин, который выставили в том числе и по флангам, но количество противников, в сочетании с их, скажем так, отмороженностью, заставляло сомневаться в эффективности полей. Твари, столкнувшись с минами, скорее разминируют их собственными телами, чем будут искать обходные пути. Ведь за это время столь сочное человеческое мясцо может успеть свалить...

Застрекотали первые выстрелы, собирая кровавую дань. Но огонь людей, казалось, лишь раззадорил монстров. Наступающие ещё больше ускорились, стремясь взять людей в окружение и затем, подтянув силы, задавить числом. Увы, у людей на этот счёт были свои планы.

Усмехнувшись, Рихтгофен включил аккумуляторы и приступил к запуски ВСУ. Скоро ему предстоит внести свой вклад в оборону.

Ретроспектива.

– Ты серьёзно?
– казалось, изложенный план заставил сержанта усомниться в психическом здоровье лётчика.

– Абсолютно, - решительно рубанул Манфред, - более того, если сюда идёт большое число чужих, вам физически понадобиться огневая мощь АКИ.

План, изложенный лейтенантом, был прост. Суть его заключалась в том, чтобы, создав видимость сопротивления, в критический момент прорвать оборону и уйти на транспорте в прорыв. Другое дело, как именно Рихтгофен предложил этот прорыв обеспечить.

Основной проблемой применения лазера в атмосфере было то, что при выстреле пучок гамма-квантов начинал взаимодействовать в любой материей, в том числе воздухом. И если в космосе по понятным причинам это не было проблемой, то в атмосфере это приводило к резкому снижению эффективной дальности до четырёхсот-шестисот метров, в зависимости от погоды. Второй же проблемой было охлаждение. Каждый космический аппарат, начиная с далёкого двадцатого века, был оснащён системой обеспечения температурного режима, СОТР. Времена шли, менялась конструкция, но принцип оставался один - жидкость или воздух обдували блоки и отводили тепло к радиационным панелям, которые и сбрасывали тепло в космос в виде ИК-излучения. Вот только установка лазера резко повышала требования по отводу тепла, а значит, стандартными тепловыми экранами дело обойтись не могло - нужны были дополнительные. Поэтому при подготовке к выстрелу выдвигались дополнительные панели, через которые и отводили тепло.В случае же Манфреда именно это и являлось проблемой - при посадке оказалось повреждено около сорока процентов радиационных панелей, что делало невозможным нормальное охлаждение. Более того, часть исправных было невозможно выпустить по причине того, что машина лежала на брюхе.

К счастью, конструкторы позаботились о том, чтобы машина оставалась "зубастой" даже при повреждённой СОТР. В системе орудия существовал так называемый "чрезвычайный режим", в котором сигнал от гашетки на джойстике шёл в обход реле блокировки выстрела при перегреве. Таким образом, даже при отказе СОТР оружие могло совершить выстрел. Другое дело, что это могло привести к повреждению самого оружия от нагрева, но порой возможность дать залп гораздо важнее вышедшего из строя орудия. И сейчас это могло спасти им жизнь. Манфреду надо было лишь дождаться, пока монстры войдут в зону поражения и разрядить орудие. После чего они уходят в образовавшийся прорыв, напоследок взорвав реактор АКИ.Так себе план, но в качестве альтернативы была перспектива прокладывать себе путь подрывными зарядами, коих было не так много. А здесь отряд имел все шансы не только уйти, но и серьёзно сократить количество преследователей. Что было весьма актуально, учитывая скорость некоторых из них.

Конец ретроспективы.

– Отделение, к БТРу, - скомандовал сержант, услышав долгожданный вой АКИ. Этому безумному пилоту всё-таки удалось раскочегарить свой аппарат. Впрочем, теперь сержант сомневался и в собственной психическом здоровье, раз он согласился на такой безумный план. Ведь можно было бы и уйти, оставив за собой заминированный АКИ. С другой стороны, клюнули бы монстры на такую приманку - большой вопрос, а малое количество людей не смогло бы заставить орду демонов затормозить продвижение - смели бы и не заметили.