Чтение онлайн

Ещё немного «промурыжив» Хелега однотипными вопросами, некоторые из которых повторялись, дознаватель на что-то решился: он дал знак писцу и тот достал заранее приготовленный деревянный сундучок, плоский, светлого цвета. Из него неспеша достали несколько фляг с жидкостями и два десятка небольших тканевых лоскутов, разного цвета.

Тибо аж выдохнул со свистом, от зависти, увидев все эти сокровища у своего коллеги по ремеслу, а тот, подмигнув ему, обратился к сидящему на табурете Хелегу: " Вы, брат мой, будете отвечать на мои вопросы и после каждого из них-лизать языком лоскут…Не удивляйтесь-так надо! Перед этим, выпейте из большой фляги достаточно напитка…та-аа-к…хватит! Начали!». Он дал сигнал писцу и тот стал подвигать лоскуты по одному, к Хелегу.

Вопросы были абсолютно те же, что и до этого: Хелег отвечал и слюнявил ткань, вновь отвечал и снова-слюнявил. Ему было уже несколько всё равно — ощущение, что в любой момент могут вытащить небольшую переносную дыбу, откуда-нибудь вроде поясного кошеля писца и начать «силовой» допрос, не покидало арестанта. Местные-представлялись сплошь садистами, а сам мир-территорией пыток и допросов, лишь в промежутках которых есть светлые пятна, в виде боёв с лазаритами и ночных дежурств возле «срамных заразных».

После использования двух десятков тряпиц, дознаватель прекратил задавать вопросы и удовлетворённо уставился на арестованного: «Вам брат, наверное интересно-что это было?», — спросил дознаватель у Хелега, — " С удовольствием поясню: во времена императора Константина, того, что именуют Великим — была разработана метода допроса, когда до конца не ясно: следует уже вырывать язык человеку или всё же лучше пока не калечить. Тогда местные ромейские травники и медики, настоящие-а не нынешние грекули, и предложили императору: при вранье-у человека меняется функция желез, они работают быстрее и иногда меняют состав своих жидкостей, что выделяют…Травники собрали необходимые медикам гербарии, а те-смогли выделить из них отвары и порошки, что при использовании со слюной обманывающего человека, особым образом меняют цвет. Это позволяет в спорных ситуациях, проявив немного умения-узнать: не пора ли допрашиваемого отдать в руки «мясников»? Или наоборот, отпустить…стоит сей набор довольно дорого, однако госпитальеры, получив у нас подобный заказ-смогли по старинным свиткам и манускриптам восстановить его и изготовить, а теперь у наших крупных штабов есть такие замечательные наборы…Вас, брат Хелег, проводят в камеру. А сегодня к обеду — мы все и определимся что с вами дальше будет. До встречи!»

Дознаватель предложил сержантам вернуть Хелега в его камеру, а сам остался с Тибо и писцом, «считывать» то-что «наслюнявил» арестованный.

В камере Хелега ждал уже новый сокамерник: высокий и жилистый, с коротко стриженной головой. Подождав пока сержанты выйдут, он подошёл и крепко обнял Хелега, а когда тот уже было решил нанести сильнейший удар в пах, столь радушному сокамернику, тот его огорошил ещё раз: «Так ты, брат мой, тоже — «попаданец?»

— мм-м-м-тоже?

— Да! Я как и ты-случайно попал в данный мир…перенёсся!

— Да неужели?! — искренне подивился Хелег и тут же добавил, — Как, ты то как здесь очутился?!

— Всё просто: злой колдун усадил меня в медный таз и напоив вином, до одури, произнёс заклинание. Бац! — громы и молнии окрест И я здесь.

— Ага…интересно.

— Да! Я в тазу проскочил миры: где люди были с двумя головами или конскими туловищами, а также те-где все ходят на руках! Ты тоже, мимо них проплывал?

— В чём «проплывал», в металлической ванной?

— Ну, может быть там текущие воды — металл на себе выдерживают?

Хелег понял что вновь к нему кого-то «подсадили» и уже не мешал человеку рассказывать, сам же просто стал ждать результатов «детектора лжи травников».

Утром уже следующего дня, после почти суточного ожидания, в которое вошли: завтрак и ужин, а также частые беседы с подсаженным «попаданцем»: о великанах и карликах, людях с крыльями и хвостами и прочая и прочая…Хелега вывели, но не в кабинет дознавателя на верхних этажах, а в один из внутренних двориков, где его уже ждал вчерашний " хозяин кабинета», храмовник дознаватель. Он весело похлопал Хелега по плечу и всё также, видимо дежурно всем улыбаясь, сообщил: «Мы так и не смогли к вам найти «зацепки». пока! Однако тряпицы показали., что? — То что вы говорили нам правду. Да уж…Было принято решение-освободить вас, брат мой. Но, в виду того что пока нет полной уверенности в вашей лояльности и того, что вы всё же не являетесь шпионом, например неких «иномирцев», хотя-это уже ересь полнейшая, мы продолжим к вам присматриваться. Не обессудьте! Итак: вы скоро будете отпущены-это раз, вы должны прибыть в военный лагерь под Лейпцигом, где сейчас проходят сборы «маршевых команд» для дальнейшего их движения в Гамбург и посадки, в качестве штурмовых отрядов, на корабли братьев иовитов готовящих экспедицию, дабы покарать местных пиратов. Так как вас, брат Хелег, посвятили в рыцари меченосцев, то в данном звании вы и отправитесь в поход, ибо меченосцы-всегда страдают от малочисленности лекарей госпитальеров приписанных к их отрядам, особенно в походах, а вы…мастер «на все руки», не так ли? Думаю ваша доблесть в данной операции-послужит лучшим доказательством того, что вы не являетесь шпионом и мы просто несколько «подстраховались», задержав и проверив вас. Вам выдадут коня и бригантину, а полный комплект защиты и оружия получите уже в самом лагере. Удачи! И ещё: мы всё же будем наблюдать за вами, иногда. Поэтому: не делайте глупостей, брат Хелег…»

Храмовник развернулся и щелчком подозвал сержанта, дав ему указания: провести Хелега на пропускную комнату и выдать его вещи, отобранные при поступлении, а также проводить до военного лагеря, после он обернулся и вновь попрощался с меченосцем.

Получив свои вещи и выехав из столь, как оказалось, кратковременного узилища-Хелег обернулся и наскоро скользнул взглядом по зданию внутри которого до этого находился: четырёхэтажный огромный каменный дом, с цокольным этажом, двумя двориками-выходящим на улицы и сугубо внутренним и короткая но высокая стена из крупных камней, что опоясывала внутренний двор. В принципе, если не считать размеров-ничего примечательного. Видны были высокие отростки башенок во все четыре стороны света, как уже значительно позже позже объяснил сопровождающий сержант бывшему арестанту — «сигнальные башни орденской связи». Раз в Дрездене находился штаб местного маркграфства, то и информация к центру отделений храмовников должна была поступать со всех направлений, где установлены были их передатчики светосигналов.

Дрезден вновь так и не удалось осмотреть: сержант храмовник вежливо, но твёрдо торопил-указывая на то, что в лагерь следует прибыть засветло, ибо были неприятные случаи когда стоящая в дозоре комендантская «кампания», запросто спутав услышанный пароль: по собственному недомыслию или разыгравшейся непогоде — давала залп из «ростовых» арбалетов в заблукавших, а сидящие в засаде вокруг лагеря «скрытые дозоры» меченосцев-добивали несчастных. По этой причине сержанту и хотелось пораньше сдать Хелега орденским структурам военного лагеря и вернуться назад в Дрезден.

Пришлось рыцарю меченосцу подчиниться сержанту храмовников и лишь окинув беглым взглядом стены и ухоженные улицы Дрездена, быстро выехать за его пределы. Предоставленные сержантом на выходе из города документы-были в порядке и стража, что дежурила у ворот без лишних расспросов их выпустила за городские стены.

Сложности начались уже после того, как выехав из города сержант пришпорил своего коня и попросил Хелега «Не отставать!», направился по указанному ему маршруту — Хелегу, за всё время что он провёл в данном мире так и не пришлось познакомиться с управлением лошадьми: первоначально санитар, коего везли в повозке. Чуть позже-рыцарь меченосцев, в которые его приняли не проверив навыки управления конём, что было для рыцаря основополагающим и в наличии данных умений у Хелега, командир Клаус-просто не сомневался! После задержания храмовниками лейтенанта Тибо, когда Хелега «везли» лошадью-его вначале уложили» кулём», а позже, после встречи с парой молодых путешественников, лмшь усадили в седло и привязав лошадь к одному из коней «штурмовиков», вели за собой. Хелегу так ни разу и не пришлось полноценно управлять самостоятельно конём, не считая случая когда Клаус его лишь привёл в первый день в крепостицу, да и там — он просто болтался на своей лошади, пытаясь держаться как за гриву, так и поводья.

Во время самого выезда из Дрездена-повезло: ехали шагом, лишь иногда ускоряясь и Хелег, копируя движения своего сопровождающего что чуть впереди направлял их путь, просто «угадывал» как себя вести с конём. Гораздо хуже стало после того, как наконец покинув город, сержант решил перейти с конской рыси-на галоп: пока их кони» рысили»-Хелега лишь качало из стороны в сторону как куль с мукой, но переход на галоп тут же привёл к падению меченосца с коня. Хелег свалился чуть сзади своего жеребца и растянувшись на земле-громко завопил, скорее от неожиданности и испуга, чем от боли, так как ему удалось сгруппироваться и он ничего себе не повредил при падении.