Чтение онлайн

Дружинники зашептались, взгляд Вышаты несколько потеплел. Не сказать, что он стал лучше к нам относиться, но какую-то толику уважения я заимел.

— Три на три, со щитами, без доспехов, — предложил Вышата. — До первой крови.

— Согласен, — сказал я.

Убивать или калечить друг друга нам незачем, наоборот, нам ещё вместе сражаться, но помериться воинской удалью здесь любят. Померяемся и мы.

— Торстейн, Рогволд! Давайте вы, — позвал Вышата.

Я смотрю, у них тут полный интернационал. Хотя ничего удивительного в этом не было. Плавильный котёл пути из варяг в греки.

— Бранд… — Кьяртан тронул вдруг меня за рукав. — Ты уверен? Твоя голова…

— Пока на плечах, — оборвал его я. — Значит, можно драться.

Нам позволили выбрать щиты из груды одинаковых круглых щитов. Всё по-честному. Оружие у каждого было своё, и я достал из ножен Кровопийцу.

— Так, парни, никого не убиваем и не калечим, обойдёмся порезами, — тихо сказал я своим спутникам.

Кнут громко хмыкнул в ответ, Кьяртан молча кивнул. Кнут, как одноглазый, встал в середину нашего строя, Кьяртан слева, я — справа. Мы сомкнули щиты, встав напротив наших соперников, которые держались порознь, угрожающе покачивая мечами. Ясно, будут пытаться окружать. Неплохая тактика для открытой ровной площадки.

Дружинники Хререка молча двинулись к нам, сначала шагом, но потом ускорились, бросаясь врассыпную. Перед нами остался только сам Вышата, укрывшийся щитом, двое других заходили сбоку, и мы вынуждены были следить ещё и за ними, а ломать строй и превращать бой в череду поединков я не хотел. Один на один они точно сильнее.

Меч Вышаты ткнулся в щит Кнута, я попытался достать богатыря коротким уколом, но тот извернулся ужом и легко избежал атаки, зато мне пришлось срочно защищаться от удара справа, кажется, это был Торстейн. Они пытались навязать нам свой собственный рисунок боя, заставить нас расцепить щиты и достать каждого по одиночке, но мы пока держались друг друга, стоя плечом к плечу.

Приходилось понемногу отступать, не давая себя окружить. Получалось не очень-то ловко, дружинники Хререка умело работали в команде, наседая с трёх сторон сразу, но и мы не пальцем деланы. Всякий раз, когда представлялась такая возможность, мы огрызались, пытаясь хотя бы поцарапать соперников.

Ещё и толпа зрителей, наблюдающих за сражением, подбадривала Вышату и его парней, княжеские воины болели за своих. Мы тут были чужаками, которых сейчас испытывали на прочность, и я краем глаза заметил даже самого Хререка. Ярл тихонько стоял за спинами своих людей и внимательно следил за ходом битвы. Да уж, лучше не проигрывать.

А люди Хререка всё атаковали и атаковали, не давая и шанса ответить. Наш небольшой строй держался крепко, но в любой момент мог рассыпаться, и я решил, что лучше сделать это сейчас, по команде, а не внезапно и больно.

— Рассыпались! — приказал я.

И в атаку рванули уже мы. Я взмахнул мечом, обозначая удар по щиту Торстейна, и тут же двинул щитом, чтобы полоснуть уже снизу. Удачно, на штанине противника расцвела красная гвоздика, и я спешно повернулся к Вышате, который наседал на Кнута, атакуя как раз со стороны выбитого глаза. Мне удалось чиркнуть Вышату по плечу как раз в тот момент, когда он наконец добрался до Кнута, полоснув его по руке. Кьяртан и Рогволд тоже закончили бой, обоюдно пустив друг другу кровь.

Я бросил щит, вытер Кровопийцу рукавом и сунул обратно в ножны.

— Славная драка, — пробасил Вышата. — Надеюсь, все у вас так же дерутся. Добро пожаловать.

В городке мы расположились с комфортом, но оказалось, что Жадина торговался за наш постой совершенно зря. На следующий же день нам пришлось выдвигаться в поход. Пешком.

Я, конечно, думал, что Хререк даст намхотя бы несколько лошадей, чтобы мы могли навьючить на них всю необходимую поклажу, но нет, пришлось идти пешком и тащить всё на себе. Пешком шёл даже Вышата, который вёл нас к необходимому месту. Я, честно говоря, думал, что мы отправимся по реке, но нет. Мы отправились пешком прямиком из Альдейгьи, по каким-то едва заметным лесным тропкам.

Пошли к западу, и я мысленно всё шутил про турпоход по Ленинградской области. Хотя, если так посмотреть, отправить меня в этот поход должен был негр-студент на Дворцовой площади, а не князь.

Команда моя восприняла эти известия достаточно спокойно, с пониманием. В конце концов, служба князю ничем не хуже службы конунгу или кому-либо ещё, тем более, князь платит серебром. Хотя и это мнение разделяли не все.

— Бранд, ты уверен насчёт этого Хререка? — тихо спросил меня Хальвдан, догнав меня на тропинке. — Я впервые о нём слышу.

— Уверен, — сказал я. — Он… Удачливый.

— Мы же хотели сами всё, помнишь? Награбить, домой вернуться, — сказал он.

— Мы так и сделаем. Но чуть позже, — сказал я. — Не переживай, друг.

— Я просто опасаюсь, что случится… Ну, так же, как с Лодброксонами, — ещё тише произнёс Хальвдан.

А я вот не опасался. Я был уверен, что Хререк слово сдержит. К тому же меня прельщало то, что князь и без нашей помощи сумеет основать династию, которая будет править Русью почти восемь веков, а вот сыновей Рагнара из Англии всё-таки выбьют.

— Не случится, — сказал я. — Это шанс, Хальвдан. Подняться на вершину. Снова.

— В этой глуши? — хмыкнул он.

— А чем она хуже той же Нортумбрии? Здесь проходит путь на юг, в Миклагард. В Царьград. В самый богатый город на свете, — сказал я. — А значит, часть его богатства будет идти и сюда. А в Англии? Только то, что собирают сами англичане.

Осесть на Днепре, пожалуй, было бы ещё выгоднее. Но про Аскольда, который княжил сейчас в Киеве, я не слышал почти ничего, а вот про Рюрика знает каждый школьник, так что выбор стороны был очевиден. Во всяком случае, для меня.

— Понял, — сказал Хальвдан.

— Остальным тоже объясни, — попросил я.

Он кивнул и отошёл. И ежу понятно, что Хальвдан подходил ко мне не просто так, что его подослали как парламентёра. В конце концов, всей команде интересно, почему мы вдруг нанялись на службу к какому-то малоизвестному ярлу.

Через несколько часов пути мы устроили привал на небольшой светлой полянке. Весело щебетали птицы, солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, лёгкий приятный ветерок играл среди ветвей. Короче говоря, ничего не предвещало.