Хирург
Шрифт:
— Это любовь с первого взгляда.
— С третьего… В начале я посмотрел на стройность ног, затем оценил грудь, потом лицо… Всё сложил и… ты мне нравишься.
— Ты мне тоже. Но я замужем.
Вольдемар расстроился.
— Кто он, этот твой муж? — немного грубовато спросил Вольдемар.
— Он хирург, главврач в клинике Святой Варвары, я сейчас еду к нему.
— Я тоже, между прочим, хирург!
— Ты?!
— Да, я! И я тоже еду в клинику Святой Варвары!
Незаметно приехали. Но клиника оказалась закрыта на обеденный перерыв.
— У меня есть ключ от «чёрного» хода, — протягивая руку Вольдемару, сказала Любовь. — Пошли.
— Нет. Сюда, — Вольдемар ткнул пальцем, — я войду только через парадный вход.
Они расстались.
Вольдемар немного постоял. Почесал затылок. И покатил к ближайшей станции метро. Вход-выход вяло выплёвывал редких пассажиров. Отбивая по мраморному полу степ, они быстро шли мимо колонн, одну из которых подпирал долговязый парень. В руках он держал табличку «Дипломы». Вольдемар нарезал круги, присматривался.
— Мне нужен диплом хирурга, — Вольдемар смотрел на парня снизу вверх. — Есть?!
Парень оценил Вольдемара блуждающим взглядом, словно искал, где спрятан кошелёк, видимо нашёл: потому что, он сказал: — Да.
И ещё добавил:
— Остался последний — красный, с рекомендательным письмом профессора Солнце-Дарского.
— Сколько стоит?
— Пять… тыщ…
— У меня только тысяча…
— Отдашь в придачу велик. — Парень достал и показал диплом. — Ну что, по рукам…
— По рукам.
Когда закончилось обеденное время, Вольдемар, как и обещал, вошёл в клинику через парадный вход. Дверь захлопнулась, и он оказался в замкнутом пространстве грузового лифта. Возможно, это был морозильник, потому что стены окутал иней, а сверху, как гильотина свисала огромная сосулька, которая излучала свет. Холод заставил его двигаться. Только сейчас, сделав несколько телодвижений, он заметил, что справа от него, словно из глазниц торчат кнопки. Вольдемар смахнул снег. Напротив каждой кнопки увидел указатель: «морг», «реанимация», «палата №», «главврач», «операционная», «Любовь» и т. д… Вольдемар нажал «Любовь». Откуда-то снизу пробурчало:
— Она у главврача.
Вольдемар утопил кнопку «главврача». Лифт дёрнулся, но ни вверх, или вниз, а куда-то в сторону, совершая вращения и изрядно трясясь. Вольдемар косился на сосульку, опасаясь потерять голову. Чтобы устроить личную жизнь, ему в первую очередь нужна голова, а уж потом другие органу движения. Примерно через час Вольдемар доехал до кабинета главврача. Балансируя руками, чтобы не упасть Вольдемар ввалился в кабинет и упал в кресло.
По кабинету туда-сюда, завлекая за распахнутым халатом аптечный запах, суетился тучный, немолодой мужчина. Проходя мимо телефона, он на мгновение тормозил, с надеждой смотрел на аппарат связи, и суетился дальше. Понятно — это главврач. А кто ещё? Любовь из кабинета уже уехала, на лифте.
От теплоты и приятной позы Вольдемара разморило. Он потерял сознание и приобрёл сон.
Звонок и грубый голос разбудил его.
— Да! Я!! — хватая трубку телефона, рявкнул главврач. — Ну! Перечислил?! Всю сумму?! Значит, перечислил!! А-ля-ля-ля-ляяя! Ну что вы сидите?! — набросился на Вольдемара главврач. — Идите сюда!
— Я-я-я…
Вольдемар замялся, достал из рюкзака диплом с вложенным письмом и протянул главврачу. Тот приоткрыл ящик стола и кивком головы приказал: Кидай.
— Я-я-я… — снова заговорил Вольдемар.
— Кроме «я» вы другие буквы знаете? — главврач усмехнулся.
— Да. Я просто чуть-чуть волнуюсь.
— А волноваться не надо. Пусть другие волнуются. По поводу вас уже звонил профессор Солнце-Дарский. Я зачисляю вас в штат, без испытательного срока. Ну, идите сюда.
Главврач поманил Вольдемара рукой. Приоткрыв узкий гардероб, он извлёк белый, как снег халат и протянул новоиспечённому коллеге.
— Это вам. Надевайте. И ещё… Я что-то забыл… Ах да… — он порылся в кармане и достал новенький скальпель. — Вот. Держите.
— Зачем?!
— Как зачем? Резать! В операционной вас ждёт тяжело больной. Ну, идите же!
— Любовь… Я хотел…
— Какая «любовь»?
— Девушка…
— Ах, девушка… А она уже в операционной, ждёт вас. И непросто ждёт, а будет вам ассистировать. Ну же!!
Недовольный главврач затолкал опешившего коллегу в лифт и нажал кнопку «операционная».
Вольдемар не успел собраться с мыслями, потому что лифт удивительно быстро домчал его до операционной. Ему сделалось страшно; впервые в жизни от него зависела жизнь или смерть совсем чужого человека. Вольдемар прикрыл лицо рукой и забился в угол.
— Осторожно двери открываются, — опять снизу пробурчал голос. — «Операционная». Вам выходить.
Дверь распахнулась. В кабину влетел густой туман из жидкого азота. Всё заволокло.
— Ну, выходите же, наконец, — настаивал голос.
Вольдемар нервно топнул.
— Вы что делаете? — обиделся голос. — Больно ведь!
Вольдемар топнул ещё раз.
— Ещё раз топнете, сброшу сосульку, — не унимался голос, — выходите, считаю до трёх, раз…
Он шёл по коридору, горловина которого при каждом шаге, расширялась; туман прибился к полу и Вольдемар увидел: вдалеке на столе лежал человек, пять ассистенток в масках стояли рядом. «Почему пять? — подумал он. — А где Любовь?»
— Я здесь, — сказала Любовь, — В белом халате ты бесподобен. Я люблю тебя…
— О личном, потом… — важно сказал Вольдемар. — Доложите обстановку…
— Давление, пульс в норме, температура нормальная, — отрапортовала Любовь, — к операции всё готово.
Завершив необходимую подготовку, Вольдемар приблизился к больному.
— А почему больной в маске? — спросил Вольдемар.
— Так положено, — ответила Любовь.
— Уберите, я хочу посмотреть.
Любовь сняла маску.