Чтение онлайн

«Каждый должен возделывать свой сад». Кто это сказал: Дидро или Руссо? — думала Джинджер, с удовольствием глядя на живую изгородь из роз, над которой она только что закончила трудиться. Пожалуй, теперь даже самая привередливая старушка признает, что у нее лучшая изгородь в Средней Англии.

Все намеченное на день было выполнено. Осталось лишь отнести садовый инвентарь в хозяйственную пристройку. А потом она пойдет и примет ванну. Господи, как она устала! Все тело ноет. И отчего-то кружится голова.

Джинджер положила на место секаторы и ножницы. Завтра ей предстоит новое сражение с упрямыми сорняками, для которого потребуется специальная тяпка. Но где же она? Джинджер потянулась к железной полке с инвентарем, и тут ее нога, неловко наступившая на свернутый шланг, скользнула и подвернулась, и она полетела назад, увлекая за собой содержимое полки с инструментами. Затем она почувствовала резкую непереносимую боль в затылке, и мир поплыл куда-то вбок и вверх, сворачиваясь в черную точку, вспыхнувшую напоследок ярким светом. Джинджер потеряла сознание.

Пупси скулила, словно плакала. Почему хозяйка не отвечает на ее поскуливания и даже не отмахивается от облизывания? Почему она лежит так неподвижно?

Мартин отодвинул в сторону столик с ужином. Из того, что принесла ему служба доставки, он смог съесть едва половину. Он беспокоился, его мучило недоверие к этой женщине. К утру она может оказаться Бог знает где. Мартин быстро собрался и почти бегом бросился к машине.

Пупси приветствовала его прибытие вдохновенным лаем. Мартин нахмурился. Дом был погружен в полную темноту, что ему показалось странным. Дверь кто-то предупредительно оставил открытой. Но где, дьявол, сама Джинджер?

Мартин пошел за Пупси, которая, то забегая далеко вперед, то останавливаясь и потявкивая, привела его к боковой пристройке, в которой без сознания лежала ее хозяйка. Маленький хвостик собачки бил землю, а черные глазенки-пуговки доверчиво и преданно смотрели на Мартина.

Мартин склонился к Джинджер, распростертой на земле, в тот самый момент, когда та с видимым усилием разлепила веки.

— О, моя голова. Раскалывается… — прошептала Джинджер сквозь слезы.

— Вы ударились обо что-то. Не двигайтесь. Я вызову «скорую помощь», — мрачно сказал Мартин.

Когда он приподнял голову Джинджер, то увидел темное пятно запекшейся крови, от которой слиплись волосы на затылке; кровь обнаружилась и на ручке лопаты.

— Вы кто? — спросила Джинджер беспокойно.

— Разве вы не знаете? — И тут же отругал себя за грубый тон: он увидел слезы в испуганных женских глазах.

— Нет, не знаю. — Она задрожала и совершенно отчаянно прошептала: — Не уверена, что вообще знаю хоть что-нибудь.

Он не ответил ей, но нахмурился и быстро прошел в дом, чтобы вызвать «скорую».

Приблизительно через пятнадцать минут Мартин уже беседовал с санитарами.

— У нее, кажется, что-то с памятью, — сказал он, убедившись, что Джинджер, аккуратно перенесенная в санитарную машину, не может их услышать.

— Бывает, — буднично отозвался один из прибывших, — вполне может быть сотрясение мозга. Картина прояснится только после обследования. Я сообщу вам. Кстати, вы находились с нею, когда это произошло?

— Нет, к сожалению… — Мартин в самом деле был огорчен и обеспокоен.

— Вы говорите, ее зовут Джинджер Грэхем, а вас?

— Мартин Фостер, — представился Мартин.

— И вы не женаты. — Второй санитар сделал какую-то пометку в бумагах и отчего-то пожал плечами. — Если хотите, можете проехаться с нами до больницы, но в своем автомобиле. Уверен, что доктор захочет переговорить с вами.

— Но я… — начал было Мартин, однако санитар уже прыгнул в машину, и она резко сорвалась с места.

Быстро запихнув Пупси в свой автомобиль и даже не защелкнув предохранительную кнопку, Мартин последовал за «скорой». Пупси была первой собакой, переступившей порожек его шикарной машины, но, в конце концов, что он мог поделать с несчастным созданием, так отчаянно и преданно глядящим ему прямо в глаза?

Раньше Мартин называл маленьких собачек старушечьей радостью или мокроглазками, считая их даже не вполне собаками. Настоящими собаками, по его мнению, были доги, бульдоги, на худой конец — доберманы. Но эти дрожащие лапки, эти вечно крутящиеся хвостики… Бр! Однако в Пупси было что-то от подлинного благородства, и это трогало Мартина до глубины души.

— Если не возражаете, подождите здесь, господин Фостер, специалист поговорит с вами буквально через мгновение.

Джинджер уже минут десять как увезли на каталке, а он растерянно топчется в холле отделения первой помощи больницы; сейчас, насколько Мартин мог судить по суете в соседнем помещении, консультант осматривает ее, после чего Джинджер определят в одну из палат.

— Господин Фостер?

Кивнув, Мартин пожал протянутую руку серьезному молодому человеку в идеально отглаженном халате.

— Как она? — спросил Мартин без преамбулы, когда они прошли в маленькую комнату рядом с приемным покоем.

— Прилично на первый взгляд. Имеется сильный ушиб и небольшое кровотечение, но, слава Богу, никаких признаков внутреннего кровоизлияния.

Консультант посмотрел на часы и нахмурился. Он уже три часа, как должен быть дома, но опять неожиданная пациентка заставила его задержаться.

— Сознание восстановилось полностью, каких-то проблем я не вижу, и мы можем сегодня же отпустить ее домой под ответственность родственников.

И консультант вопросительно посмотрел на Мартина.

— Домой? — Мартин засомневался в правильности решения. Конечно, специалисту видней. Но все же Джинджер теряла сознание, не лучше ли для нее еще некоторое время побыть под наблюдением врачей?

Доктор не мог не почувствовать недоверия в голосе Мартина.

— Но, разумеется, придется неотлучно находиться с ней, — предупредил он Мартина.