Чтение онлайн

Он пробормотал ее слова следом за ней, как будто пытаясь их запомнить.

– Отличительные черты?

– Какие, например?

– Большие уши? Бородавка на носу? Борода и усы? Шрамы, татуировки?

Продолжая ласкать язычком мой «разряд молнии», ты действуешь на свой страх и риск, Док.

Почему? Что происходит?

Он ударяет в мой член.

Эмори отвернулась от проницательного взгляда Найта.

– Никаких отличительных черт, насколько я помню.

– Откуда вы ехали, когда подъезжали к городу?

– Думаю, с севера. Но я не уверена. Мы много раз поворачивали.

– Гм.

После короткого молчания заговорил Грейндж:

– Так как теперь мы точно узнали, по какой тропе вы бежали в субботу утром, туда отправились несколько помощников шерифа. Они повторят ваш маршрут и поищут следы.

– Зачем?

– Чтобы найти того человека, который помог вам, – ответил ей Найт. – Чтобы поблагодарить его и все такое.

Эмори ни на секунду не поверила, что именно по этой причине они хотят проследить ее путь. Ее сердце забилось быстрее.

– Я не думаю, что это человек хочет получить благодарность.

– Как это?

– Он произвел на меня впечатление человека… стеснительного, которому не по душе свет софитов.

– Гм!

Это повторяющееся восклицание Найта было более чем красноречивым. Оно давало понять, что детектив не верит тому, что слышит.

Грейндж не искал окольных путей.

– Вы заметили стеснительность этого мужчины, но не можете ничего сказать ни о его росте, ни о его телосложении?

Эмори посмотрела на них по очереди.

– Почему он так вас интересует?

– Особых причин нет, – ответил Найт. – Нам просто кажется странным, что после того, как этот человек приютил вас на четыре дня и ночи, так хорошо о вас заботился, он просто взял и высадил вас на обочине, вместо того чтобы доставить вас к мужу или передать офицерам полиции.

Эмори попыталась придумать ответ, который не показался бы слишком надуманным.

– Вы упоминали цирк на заправке, – медленно начала она. – Думаю, он понимал, что мое появление, мое воссоединение с мужем, вызовет именно такую реакцию. Этот человек явно ценит свое уединение. Думаю, стоит отнестись к этому с уважением и оставить его в покое.

– Значит, он знал, что у вас есть муж, который сходит с ума от тревоги.

Эмори посмотрела на Грейнджа, сообразив, что сама устроила себе ловушку. Да, лжец из нее никакой.

Так как она молчала, помощник шерифа продолжил:

– Даже если дороги обледенели, и по ним было опасно передвигаться, почему он по крайней мере не позвонил кому-нибудь, чтобы сообщить, что вы в безопасности?

– Возможно, его мобильный не работал.

– У него был ваш телефон, доктор Шарбонно. И сегодня утром он работал.

Она не могла придумать ответ, поэтому сочла за благо промолчать.

– Почему вы не позвонили мужу? – задал следующий вопрос Грейндж.

– До сегодняшнего утра я то приходила в себя, то снова впадала в забытье.

– Но у вас были светлые моменты.

– Я бы не назвала эти моменты светлыми. Я не спала, но мысли у меня путались.

– Так путались, что вы не могли даже позвонить?

– Разумеется, это приходило мне в голову. Но мысль только мелькала, оставалась абстракцией. Я на ней не задерживалась, потому что телефона под рукой не было. У меня не было сил ни спросить о нем, ни встать и найти его.

– У этого человека были ваша права. Он знал, кто вы такая, где вы живете. Но он не предлагал вам позвонить вместо вас?

– Может, и предлагал, а я не помню. Повторяю еще раз, я…

– В вашем телефоне сотни запрограммированных номеров, – Грейндж уже давил на нее. – Достаточно было пару раз дотронуться до экрана, и он бы мог сообщить кому-нибудь, что вы живы.

Эмори опустила глаза. Очень долго ни один из них не произносил ни слова, но она чувствовала, как их взгляды буравят макушку ее склоненной головы.

Найт первым нарушил напряженное молчание.

– Вы не совсем честны с нами, доктор Шарбонно, не так ли?

– Я сказала вам все, что знала.

– Что ж, то, о чем вы рассказали нам с Грейнджем, нас беспокоит.

Эмори подняла голову и посмотрела на него.

– Почему? Я вернулась. Со мной все в порядке. Разве этого мало?

– Может быть, достаточно. Вот только нас интересует этот тип. Он проигнорировал серьезное вознаграждение и не желает, чтобы его поблагодарили за гостеприимство. Мы думаем, что у него есть причина избегать средств массовой информации. Он захотел остаться неизвестным. Вполне вероятно, что он вовсе не добрый самаритянин.

Мы думаем, что ваше сотрясение мозга может и не быть результатом падения. Есть вероятность, что он не нашел вас на тропе, а напал на вас на тропе, ударил по голове, но потом по каким-то одному ему известным причинам передумал вас убивать.

Камень.

Тебе не следовало этого видеть. Я знал, что это тебя огорчит.

Когда Эмори не ответила, Найт подался к ней, оперся локтями о колени, вызывая ее на откровенность.

– Эмори… Я могу называть вас Эмори? Вам следует сказать нам, если этот мужчина нанес вам какой-либо вред.

Ты уже жалеешь?

– Нет, он этого не делал.

– Я понимаю, что вам слишком больно говорить об этом с нами, – продолжал Найт. – Если так, то мы можем пригласить женщину-офицера, чтобы она записала ваше заявление. Но нам нужно знать, совершено ли преступление. Не имеет значения, чем он угрожал вам, если вы…

– Сержант Найт, – Эмори подняла руку. – Я должна прервать вас. Я не была его жертвой.