Чтение онлайн

Он рассказал о семье Флойдов и о том, что было связано с этим семейством.

– Все это так странно, – пробормотала Элис.

– Еще более странным я бы назвал то место, где живут эти люди, я бы даже сказал, существуют.

Джеф в самых нелицеприятных выражениях описал дорогу, по которой они ехали до хижины Бэннека.

– Лесная глушь, иначе не скажешь, хотя и это слишком высокая оценка для этого захолустья. Флойды ближайшие соседи этого типа, и, как выяснилось, это не случайно. Судя по всему, Бэннек затаил злобу на Флойдов. Бог его знает, что между ними произошло. Уверен, какое-нибудь грязное дельце. Коннел сказал…

– Кто такой Коннел?

– О, это самое интересное. Он специальный агент ФБР.

– Как ФБР оказалось в этом замешано?

– Хэйес Бэннек годами бегает от Коннела. Что-то связанное с массовым расстрелом.

– Ты серьезно?

– Боюсь, что да. Отпечатки Бэннека сняли в хижине. Сообщили Коннелу. И тот сразу же примчался сюда. Через двадцать минут после встречи с ним и ее рассказа о приключениях в горах Эмори сбежала, почти наверняка с Бэннеком. И пока мы с тобой разговариваем, их следы заметает снегом.

Он помолчал, перевел дух.

– Кажется, я все рассказал.

Наступило долгое, гнетущее молчание.

Наконец Элис судорожно вздохнула.

– Джеф, это трагический поворот событий.

– В самом деле?

– Не язви.

– Тогда скажи что-нибудь менее банальное.

– Хорошо, – Элис снова помолчала, потом продолжила: – Для меня очевидно, что Эмори потеряла связь с реальностью.

Джеф почувствовал, что она чего-то недоговаривает.

– Элис? Дорогая? Ты знаешь что-то такое, чего я не знаю?

– Я не уверена, что это важно.

– Расскажи мне, и я сам буду решать, важно это или нет.

– Я не могу предать доверие Эмори.

– Твоя преданность ей восхищает, но если ты что-то утаиваешь от меня и от властей, то ты только покрываешь ее странное поведение. Она жертвует своей репутацией и уничтожает свое будущее в клинике. На чаше весов ее карьера, а также моя, твоя и карьера Нила. Не только карьера, ее жизнь может быть в опасности. Мужчина, с которым она сейчас, преступник, жестокий убийца. Господи, Элис, к черту доверие, расскажи мне, что тебе известно!

Она глубоко вздохнула.

– Вчера вечером Эмори позвонила мне из больницы. Вернее, это было уже сегодня, ближе к утру. Мне показалось, что она на грани истерики. Она прерывисто дышала, как будто у нее паническая атака.

– И что ее вызвало?

– Ее очки от солнца. Эмори спросила меня, помню ли, как она в течение дня рассказывала, что они были сломаны.

– Она позвонила тебе на рассвете, чтобы поговорить об очках от солнца?

– Потому что ты спросил, когда их склеили.

– Иисусе, ее действительно заклинило на этом. Вечером она спросила меня об этом.

– Эмори гадала, откуда ты узнал, что очки разбились при падении.

– Я этого не знал. Мне было известно лишь то, что в пятницу она уехала из дома в целых очках. Вчера я заметил, что дужка склеена, – он выждал десять секунд и продолжал: – Элис, почему она… Почему она звонила тебе в панике из-за такого безобидного пустяка?

– Для нее это не было безобидным пустяком. Эмори решила, что ты проговорился, когда спросил ее о них. Задав это вопрос, ты, с ее точки зрения, выдал себя.

– Боже всемогущий, – воскликнул Джеф театральным шепотом.

– Я сказала ей, что она просто дала волю своему воображению, но, когда мы уже заканчивали разговор, Эмори все еще не была в этом уверена.

– Моя жена – воровка, которой приятнее в компании беглого преступника, но она обвиняет меня. Невероятно.

– Когда я с ней говорила ночью, я не знала о краже со взломом и обо всем остальном. Но и без этого Эмори вела себя нерационально. Я предположила, что она перекладывает на тебя свою вину.

– Ее вину за кражу со взломом?

Элис не ответила.

– Или вину за что-то другое?

– Джеф, я не могу…

– Эмори переспала с ним, верно?

Элис промолчала.

Он фыркнул:

– Многозначительное молчание конфидентки и подруги.

– Я ей не слишком хорошая подруга, – с искренним раскаянием произнесла Элис. – Я сплю с ее мужем.

– Она знает.

– О боже, – взвыла Элис.

– Расслабься, ради бога. Я не назвал твоего имени, но признался в измене.

– Почему? Почему сейчас?

– Эмори загнала меня в угол. Даже после сегодняшних шокирующих открытий ей хватило наглости напрямую спросить меня, есть ли у меня любовница. В ярости я подтвердил это, но не сказал, с кем я ей изменяю.

Понизив голос, Элис сказала:

– Должно быть, она испытала облегчение, когда это открылось. Неизвестность и сомнения ее мучили.

– Никто бы не усомнился в твоей лояльности к ней, хотя тебе следовало бы немедленно мне позвонить после вашего с ней ночного разговора. Мне следовало знать о ее подозрениях на мой счет.

– Я списала их на переутомление, на действие лекарств, на оставшийся в ней страх после того, что она испытала. Эмоциональное потрясение и…

– Я понимаю. Но тебе следовало бы сказать мне, Элис. Знай я об этом, сегодня все могло бы пойти по-другому.

– Как это? Что бы ты сделал?

– Для начала я бы не стремился поскорее отвезти ее домой. Я бы рекомендовал ей подольше оставаться в больнице и провести под наблюдением еще пару дней.

– Возможно, встретиться с психиатром?