Шрифт:
Разобиделся старый Рахим-бобо, и весьма сильно. Мимо нас проходит и слова не молвит, только обидчиво сжимает губы. А что мы ему такого сказали? Намекнули на его настырность. Пенсионер, мог бы дома отдыхать, но все в поле ходит: советует, учит, словно малых детей. Вот бригадир Сайд и сказал, что мы используем современную технологию, генетику, селекцию, биоэнергетику, а он нам предлагает дедовские методы. Примитив!
Вот и обиделся Рахим-бобо. Грознее тучи ходит. Пристал к председателю: дай, мол, участок земли, тогда и поглядим, у кого «дедовские методы». А тот ему показал на заброшенный пустырь, который вовсе не использовался. «Вот на нем, — говорит, — и делай, что душе твоей угодно».
С того дня Рахим-бобо там и пропадает. И до чего усерден! Пригнал быка и омачом вспахал участок, кетменем взрыхлил вдобавок, а потом навоза привез и еще что-то. Затем посеял хлопок.
Через неделю прибегает ошарашенный Джамшед и говорит, что на поле Рахима-бобо уже есть всходы. Мы пошли поглядеть, а там посередине участка растет куст, всего один, но уже нам по пояс вымахал. Удивились, а после нам пришлось чуть ли не каждый день удивляться. Рос он с необыкновенной быстротой. Через несколько дней стал деревом, а затем и того выше. Чтобы поглядеть на него, приходилось голову задирать.
О нем газеты написали, ученые приезжали, все пытали Рахима-бобо: как ему это удалось? А он, предовольный, скосил глаза на нас и с улыбочкой произнес:
— Как, как… Дедовскими методами…
Не только ехидным, но и злопамятным оказался.
К лету хлопковое дерево верхушкой доставало облака, а чтобы обойти его ствол, не менее часа требовалось. Но оно все росло и росло. Скоро все окрестные кишлаки оказались в тени. Все радовались, ведь солнце в наших краях жгучее, а так прохладно.
Ребятишки повадились лазить на хлопковое дерево и целыми сутками бродили там. Мы на это сквозь пальцы смотрели, пока не заблудился маленький Алишер, сын тракториста Азиза. До самого вечера его искали, организовали специальные отряды, вызвали на подмогу милицию, потом наконец нашли. Стали вниз спускаться — не можем. Дерево за день так выросло, что мы оказались высоко над землей. Кишлак еле видно, а людей и не разглядеть.
Сидим, ждем. А дерево растет. Верхушку его уже снега покрыли и не тают, несмотря на жаркое июльское лето. У нас стало дыхание спирать воздуха не хватает. Высота же! Боимся, что дерево до космоса дорастет. Тут смотрим: самолеты, вертолеты меж ветвей летают. Несомненно, нас ищут. Мы костер разожгли, только тогда нас заметили и сняли.
В народе это дерево прозвали «шайтан-дерево». Действительно, необыкновенное! Полностью его и не разглядеть, даже не пытайтесь. Хорошо, если ветку какую полностью видно. И теперь, чтобы ствол вокруг объехать на машине, целый день требуется.
В конце августа раскрылись коробочки, а хлопка в них!.. Словами не описать: преогромная ватная гора. Сдай одну такую — весь район план выполнит, полностью дерево обери — республика несколько годовых планов перевыполнит. Но как это сделать?!
Принялись мы обсуждать: как вести уборку? Кто-то предложил использовать альпинистов, другие — местную авиацию, а для этого на каком-нибудь листе соорудить аэродром с поселком для хлопкосборщиков. А Азиз и того более — говорит: надо построить там хлопкоперерабатывающий комбинат да заодно и текстильную фабрику. Ему возражают: построить можно, но сколько времени на это уйдет, а хлопок на днях нужно убирать. Горячие головы о будущем мечтают: о высокогорных курортах, горнолыжных базах с канатной дорогой и всем прочим.
…Сегодня мы сидим всей бригадой в сельской чайхане и размышляем: как собрать хлопок, не дать ему пропасть? Как?
Вместе с нами и Рахим-бобо. Вот он отхлебнул из пиалы терпкий кок-чай, огладил седую бороду и задрал голову вверх. Долго смотрел на свое шайтан-дерево. Вздохнул, а после тихо произнес:
— Да, перестарался… Учил же меня дед Мирзо: «Полегче, внучек, с этими гиббереллинами…»