Чтение онлайн

Так как побеждать и стать чемпионами хотели очень многие, то конкуренция была бешенная. Это привело к тому, что гладиаторы были вынуждены создавать узкоспециализированных персонажей под каждый тип арен. Например Грых, один стат не туда и он бы не стал тем кем стал. Взять при прокачке не тот удар и опять фэйл. По этой причине, ни у Ящера, ни у Вороза, ни у Торна не было прокачанных способностей контроля. Ибо зачем? Все серьезные противники с десяткой в выносливости и их оглушать, обездвиживать, только дух сливать в пустую. То же самое с дальними атаками, каждый из них вкачал по одной на максимум и все, больше не имело смысла из-за размера их арен.

— Постой. — Прерываю его рассказ. — А что мешает на вашу малую арену придти ловкачу и бегать от вас?

— Хех! Ты думаешь таких умников нет? Да полно их! У кого-то даже получается бегать достаточно долго, до того момента, как судья в ринге не выгонит его за пассивное ведение боя.

— Почему?

— Потому как это арена! То есть развлечение для зрителей! Если ты не сражаешься, то тебя оствистают и закидают тухлыми овощами, а потом и выгонят с площадки.

— То есть для вас бой здесь. — Обвожу рукой колизей. — Это сражение не по профилю. Все равно, что выпустить баскетболистов, играть в футбол.

— Ага, но мы знали, на что идем, согласились только по причине того, что будем втроем на одного. Так по правде, признай, не будь у тебя блинка, мы бы тебя уработали без вопросов!

— Если бы у бабушки были яйца, она была бы дедушкой! — Скалюсь ему в отет. Но вот беда у меня это получается совсем не так впечатляюще.

— Что? — Он на секунду подвис в раздумьях, потом до него дошел смысл фразы и Грых засмеялся в голос. — А! Бабушка с яйцами, это дедушка! А-а-а-а! Понял! Аха-ха! Это где такие присказки в ходу?

— Я русский. — Эта информация никак никому не поможет меня найти в реале, слишком нас много, в том году перевалило за четверть миллиарда.

— Русский? — Орк замирает, а потом с криком. — Братушка! — Кидается на меня и заключает в свои медвежие объятия.

Пытаюсь вырваться, но понимаю — бесполезно, сообразив, что задыхаюсь, ухожу блинком в сторону.

Грых оказался сербом, немного повернутым на славянском братсве и жутким ненавистником англосаксов. Он попытался и мне промыть мозги, но я ловко соскочил с националистических тем, предложив ему начать тренировки.

В ответ орк заявил, что вначале мы проведем десять боев, по правилам привычной ему арены. Очертили круг по своему диаметру не превышающий тот, на котором дают свои выступления циркачи. И еще он запретил применять «блинк», но и сам обещал не возрождаться.

Первый бой я провел, как хотел, выдержал его удары, а потом под разогнанным КД измордовал чемпиона. Затем Грых проиграл еще бой, а следом еще один.

А потом, все кардинально поменялось. Грозовой Ящер применил рваный ритм, не сливая скилы с долгим откатом в начале боя. Минуту он простоял, а потом просто меня передамажил. И понеслась карусель моих проигрышей. Пришлось и мне уходить от шаблонного поведения. Прошли целые сутки, прежде чем я начал интуитивно понимать бой. Грых был странным учителем, он ничего не объяснял, ни о чем не спрашивал. Он просто бил и бил, предоставляя мне самому искать решение. Долгое время ничего у меня не выходило. Но постепенно я учился применять скилы вразнобой. Не опираться на расчет и холодную математику оптимальных ротаций ударов, а действовать иначе, совершенно не так как считал ранее правильным. Например, плевать на сиюминутную выгоду и искать выгоду стратегическую. Именно так я и победил на тридцатом часу наших поединков, заставив орка израсходовать весь свой дух, после чего легко с ним справился. Еще через час я справился с чемпионом, сбив ему каст длительного скила и воспользовавшись заминкой обрушил такой град ударов на него, что он его не выдержал. Затем торжествовал идеально проведя ротацию выскоуровневых ударов. Четвертая победа заключалась в том, что я повесил на Грыха максимальное количество возможных дебафов и не давал их ему сбросить, вовремя их обновляя. Но все равно эти победы были редки. Стоило мне придумать что-то, как после проигрыша Ящер тут же находил противоход моей тактике и одерживал новые победы. Так продолжалось долго, пока на меня не нашло просветление, не знаю как назвать это ощущение иначе. Я просто начал ощущать бой, видеть его рисунок, слышать странный, пробирающий до самых костей ритм поединка. В очередном бою я запел:

— О-о-о-о-у! У-у-у-а-а-а-р-а-а!!!

И размазал орка буквально тонким слоем по все всей площади очерченного круга.

— Наконец-то! — Взревел Грых, возрождаясь. — Я же говорил, ты орк в душе! Теперь сражаемся в полную силу. Я с возрождением, ты с блинком!

Мы разошлись в разные стороны. Встали в боевые стойки и песнь полилась из меня сама собой:

— О-о-о-о-у! У-у-у-а-а-а-р-а-а!!!

В ответ, песок арены взлетел вверх, от нечеловеческого рева:

— Лок-тар Огар!!!

И мы сошлись в поединке, который еще не видел этот мир в исполнении детей богов. Два чемпиона, два просветленных боем. Моя песня, мой шедевр ритма, безжалостно рвался боевой яростью и напором зеленокожего. Его боевое безумие, кружилось, оплетенное моим пением. Мы были почти равны, почти, но я был лучше и победил.

Едва орк упал сраженный на песок колизея, как мы услышали звучные хлопки в ладоши.

— Браво! — Донеслось с трибун.

На местах для зрителей сидел гигант, ростом в десять метров и настолько толстый, что было не понятно, как он может передвигаться. Его глаза были настолько масляными, что смотреть в них было физически неприятно и противно.

— Это Борг. — Шепчет мне Грозовой Ящер. Вот я и увидел бога этого мира, так сказать вживую.

— Я доволен. — Бог приподнимается с места и заявляет. — Но это не честно… Я уравняю шансы. — В его жирных руках появляется огромная секира и он кидает её к ногам Грыха. Едва оружие приземляется, он говорит. — Владей! — Сказав это, Борг исчезает с наших глаз.

С опаской, как к притаившейся змее Ящер наклоняется к оружию и берет его в руку. Что бы тут же воскликнуть:

— Вот же! Ё-ё-ё!! Да побледней я! Обалдеть! — С каждым словом восторг Грыха все больше и больше. — Ха-ха-ха-ха! — Смеется он и секира бога тает в его руках, растворяясь без следа.

— Что это было? — Недоуменно спрашиваю его.

— Это значит, теперь я чемпион всего! — Орет орк. И заявляет мне с усмешкой. — Повторим? — Приглашая к бою.

— Повторим. — Пожимаю плечами, не хочет говорить, что получил и Борг с ним.

И вновь над древним колизеем прогремели боевые кличи, еще более старые, чем эта постройка.